Непокорный трофей (СИ)

У меня были и другие вопросы к колдуну.
— Как обстоят дела с моим зельем? Уже прошло шесть месяцев со смерти короля, а я до сих пор не могу его получить.
— Мой близкий друг из-за перевала пообещал, что его почтовая сова скоро доставит последний ингредиент, госпожа Несбит. Вы же понимаете, насколько это сложное колдовство и как долго мы к нему готовились? Нужно подождать еще немного.
— У меня нет этого времени. У графини Абердин я чуть не попалась Гедеону. Он шастает где-то рядом. Очень скоро ему надоест ждать, пока я выберусь из своего укрытия, и он сам постучится в мои двери. Единственная причина, почему он не добрался до меня — это война с южанами. Но скоро и ей придет конец. Поговаривать, что Гедеон собираются заключить мирный договор с Южным королевством.
— Я понимаю. И делаю все, что в моих силах.
Спорить с со стариком не было смысла. Он и так делал для меня больше, чем ему было положено. Я надела перчатку и с книгой в руках вышла из мансарды.
Вязь продолжала сиять и, казалось, стала еще ярче.
Я сменила теплую перчатку на кожаную для верховой езды. Она была не такой объёмной, а плотное покрытие не давало свету пробиться. Посторонние не замечали ничего странного, но все мои мысли были заняты только волчьей вязью. Даже ожидаемая посылка с последним ингредиентом уже не так волновала, как светящийся браслет вокруг моего запястья.
Накануне смерти отца на меня было наложено колдовство, которое не позволяло пересечь границы Северное королевства. Королева с сыном не хотели, чтобы я сбежала, прихватив с собой пусть и непослушный, но очень ценный дар.
Официально король умер от болезни и не оставил прямых наследников. В ходе государственного переворота к власти пришли Макфраеры, а новым правителем стал Гедеон. На следующий день после закрытой коронации кареты, запряженные черными лошадьми, увезли из своих домов тех бастардов Рэйгарда, которые беспечно остались в стране. Больше их не видели.
Меня же никто не тронул. Дар перемещения сделал меня слишком ценной, чтобы просто избавиться, как от других потомков старого короля. Однако я жила в ожидании, что в любой момент за мной могут прийти люди Макфраеров.
Лишь резкое обострение конфликта с Южанами отнимало время у молодого короля и отвлекало от моей персоны. Но ходят слухи, что в скором времени Гедеон подпишет мирный договор с Южной империей. И тогда ничего не помешает ему прийти за мной.
Единственное спасение — побег, и все это время я готовлюсь к нему. Но чтобы Зедекия приготовил зелье, которое сможет выпустить меня, не хватало одного ингредиента. А теперь еще и это напасть с вязью волколака. Мимо воли взгляд цеплялся за руку.
За пару дней моего отсутствия в поместье накопились дела, и я хоть немного смогла отвлечься от гнетущих мыслей. Весь день согласовывала траты, решала продовольственные вопросы и делала выговор пьющему конюху, который чуть не поджег конюшню. Благо, его быстро заметили и не дали пожару разгореться.
Лишь под вечер я вернулась в свою комнату. Лизбет подала мне ужин. В одиночестве я сняла перчатку и стала рассматривать светящийся узор. В полумраке он казался еще ярче.
Я поднесла руку к лицу, и свет луны упал на орнамент. Тонкая нить, словно паутинка, начиналась от узора и простиралась через всю комнату. Заканчивалась она в замочной скважине двери, что вела в ванную. Я убрала руку от света — нить тут же пропала. Подошла к двери, прислушиваясь к своим ощущения. За столько лет уже научилась распознавать предвестников моего непутевого дара.
Подняла руку, позволяя свету луны коснуться запястья, и нить снова заиграла полупрозрачными переливами, соединяя мою руку и дверь.
— Как собачонку на поводок посадил, — горько усмехнулась.
* * *
Книга про оборотней была изучена от корки до корки. Трое суток я пыталась не замечать светящийся браслет, но на четвертые сдалась. С ним нужно было что-то делать. К тому же Зедекия сказал, что его зелье может не сработать, если я буду под чарами волколака. Выбора у меня не оставалось. Нужно было снять этот браслет.
 
Я продумывала план. Волшебная нить, что появлялась при свете луны, днем исчезала. Возможно, она могла привести меня обратно в комнату к Илаю. Если мне повезет, то я найду шкатулку и разобью ее. Главное — не встретиться с ее хозяином.
А если встречи не избежать, прикинусь глупышкой из отеля. Если то, что написано в книге, правда, большого вреда он мне не причинит. Разве что в постель затащит.
Я передернула плечами, отгоняя воспоминания. Илай стал моим первым мужчиной, и хотя я понимала, что сама позволила этому случиться, обида на него у меня осталась. Все же не так я представляла свою первую ночь с мужчиной. Как любой девушке, мне хотелось большую свадьбу, красивое платье и пойти под венец с любимым. А потом ночью при свечах слушать его слова о любви и терять голову от его поцелуев…
Но вышло все по-другому.
Ничего, я сбегу от Гедеона, отделаюсь от Илая и начну новую жизнь. Буду счастлива, несмотря ни на что!
Я распахнула дверки шкафа, рассматривая свою одежду. Лизбет с интересом наблюдала за мной.
— Мне нужно переодеться.
— Да, конечно, госпожа. Я подготовила для вас новую ночную сорочку.
— Я хочу надеть платье. Я должна выглядела в нем красивой.
— Хорошо. Сказать кучеру, чтобы подготовили экипаж?
— Не нужно. Я останусь у себя в комнате.
У горничной на лице пронеслась тень удивления, но она быстро ее скрыла. Наверное, решила, что у меня помутился рассудок, если я на ночь глядя надеваю платье и остаюсь в комнате.
Девушка засуетилась возле шкафа. Все, что она предлагала, было либо очень сдержанным, либо слишком теплым. На приемах я редко позволяла себе открытые платье, ведь даже в отапливаемых помещениях всегда достаточно прохладно. Приходилось носить жакеты или высокие перчатки.
При первой встрече с оборотнем мне повезло. Помимо пропавшей туфли в коридоре замка Шато-де-Виль осталась и моя накидка. Поэтому он по одежде не понял, откуда я родом. Хотя, наверное, мой наряд был последним, что его интересовало.
— Может, красное платье подойдет? — спросила Лизбет. Прочитав на моем лице непонимание, добавила: — То, что вам прислала сестра вашей матери. Мы убрали его в коробку за ненадобностью, ведь оно было слишком летним.
Девушка вышла из комнаты и через пару минут вернулась с объёмным коробом в руках. Внутри оказалось платье из тонкого шелка, которое тетушка подарила мне на совершеннолетие. Ей было слегка за шестьдесят, и она всегда отличалась своими эксцентричными поступками. И наряд, который она прислала, рассчитан на южное лето.
В памяти оно осталось ярко-красной тряпкой из тонкого шелка. Вещь красивая, но вызывающая. Я такого никогда не могла себе позволить. В Снежном Утесе всегда было холодно для него, а в Оттоке я старалась быть незаметной. Меня и без броских нарядов Гедеон доставал своим вниманием.
— Думаю, это подойдет.
У горничной загорелись глаза. Она, как и я, хотела посмотреть, что выйдет из этой авантюры. Платье село по фигуре как литое: обтянуло талию и приподняло грудь, которая едва не вываливалась из глубокого декольте. Из-за этого я чувствовала себя неуютно. Нервно подтягивала рукава, которые изящно спадали с плеч.
— Как же вам хорошо, госпожа! — ахнула камеристка.
Я крутилась перед зеркалом, разглядывая себя со всех сторон. Лизбет права — наряд мне шел, но смущал излишней откровенностью. Может, девушки на юге и носили подобные, но для северных широт подобный вид стал бы причиной скандала.
— Оно слишком открытое, — произнесла с досадой.
— Снимаем?
— Нет. Пусть остается.
Если оборотень будет в комнате, то я должна выглядеть как девушка из его окружения. К тому же других летних платьев у меня не было.
— Прическу делать?
— Пусть останутся распушенными волосы. Так они хоть немного прикрывают плечи.