Яд минувшего

– Я слышал, – бросил Дикон, чувствуя за собой дыхание солдат. – Капитан, ваше дело, чтоб никто не вошел и не вышел. Где комнаты маркиза?
– На втором этаже, но господин не велели…
– Показывай дорогу!
– Слушаюсь, монсеньор. – Привратник больше не спорил, но Дик на всякий случай кивнул Джереми: пусть присмотрит.
Лестница была пологой, широкой и запущенной до предела – ни ковров, ни светильников, только мутный зимний свет, пробивавшийся в заляпанные окна. На площадке между этажами мраморная девица страстно обнимала кого-то змеехвостого, рядом ежилось давным-давно высохшее деревце в кадке, из которой торчали горлышки бутылок.
– Оставьте здесь двоих, – велел цивильнику Ричард, – мы займемся личными комнатами, а вы соберете слуг там, где я смогу их расспросить. Джереми вам поможет.
Капитан согласно наклонил голову. Он казался смышленым и расторопным, но его выбирал Айнсмеллер.
На втором этаже в ряд выстроились аж четыре кадки с ветвистыми скелетиками, на одном еще держалась пара овальных листочков.
– Налево, монсеньор, – сообщил слуга и замялся: – Прошу простить… Мне было приказано…
– Что тебе было приказано? – не выдержал Дик.
– Никого не пускать, – отрезал выплывший из коридора Салиган и зевнул. – Терпеть не могу гостей.
– Сожалею, – бросил Ричард, – у меня к вам неотложное дело.
– К вашему сведению, молодой человек, – маркиз зевнул еще раз, – я вообще не принимаю, это слишком хлопотно. Если вам захотелось скоротать вечер в моем обществе, поедемте к Марианне.
Ничего не знает? Или знает все и ломает комедию? Нокс и дюжина солдат за спиной незваного гостя к светской болтовне не располагают. Честный человек сразу спросил бы, в чем дело, а Салиган вертится ужом.
– Я уже был у Капуль-Гизайлей. – Дик внимательно посмотрел в припухшие глаза. – После чего поехал к вам.
– Оставив баронессу? – удивился хозяин. – Кто же вас спугнул? Граф Гонт, помнится, занят, граф Савиньяк за тридевять земель, а виконт Валме и того дальше.
– Вам многое известно, – Дикон постарался улыбнуться, – откуда?
– Это известно даже котам, – усмехнулся картежник. Он выглядел еще более неопрятным и сонным, чем всегда, возможно, из-за украшенного винными пятнами халата. – Хотите сыграть, возвращайтесь к Капуль-Гизайлям, а я к вам присоединюсь.
– Я не играю, – отрезал Ричард, с трудом сдерживая отвращение.
– Удивительно. – Маркиз поплотнее запахнул халат. – Тогда я тем более не представляю, зачем вы явились, да еще с таким эскортом.
– Вам известно, что произошло ночью? – резко бросил Дик прямо в опухшую физиономию.
– Произошло? – Маркиз подавил очередной зевок. – Где именно? Мир велик.
– В доме Капуль-Гизайлей.
– Значит, я ошибся, и вы ушли от баронессы в надлежащее время. – Салиган поклонился. – Примите мои извинения. И поздравления.
– Меня вызвали ранним утром. – И как Марианна терпит этого шута в своем доме?! – Очень ранним.
– И вы пошли? – восхитился хозяин. – Я на подобную галантность не способен… Так мы отправляемся к Марианне? Если да, я намерен переодеться.
– Монсеньор! – Цивильник. Надо полагать, они с Джереми собрали слуг. Очень кстати.
– Слушаю.
– Монсеньор, – негромко доложил капитан, – мы кое-что нашли. Мне кажется, вам нужно это видеть.
 
4
 
Скрученные шпалеры, раскрытые сундуки и ящики. С посудой, кубками, подсвечниками. Алатский сервиз с леопардами. Еще один с несущимися во весь опор всадниками. Хрусталь, фарфор, бронза, серебро, эмали, седоземельские меха, гайифские шкатулки с гербами: Килеаны, Ариго, Манрики, Колиньяры, Штанцлеры, Фукиано…
– Эти сервизы, – цивильник указал на идущих по алому леопардов, – были вывезены из особняка Ариго перед погромом. Их искала вся городская стража и таможенники.
Салиган связан с Ариго? Это он написал письмо, едва не погубившее Катари?!
– Откуда вы знаете про сервизы? – Ги и Иорам не стоили ни своего имени, ни своей сестры, но пусть их тайны останутся тайнами.
– Я служил при таможне, – равнодушно пояснил цивильник. – Мы искали тайно провезенные товары, но иногда приходилось заниматься и другими делами…
 
– Об этом позже. Итак, сервизы Ариго хранились здесь?
– Нет, – бывший таможенник был доволен, как загнавшая дичь дайта. – Их нашли в доме некоего Капотты. Он долгое время служил в Гайярэ ментором. Найденное таможня передала на хранение в тессорию. Когда Манрики сбежали, исчезло много ценностей. Считалось, что их вывезли в Придду.
Какая мерзость! Одни сражаются, другие шарят по опустевшим домам в поисках поживы. Дикон, не зная зачем, тронул алое блюдо. Теперь оно принадлежало новому графу Ариго, но он был в Торке, а в Ракане слишком много мародеров. Придется взять имущество брата Катари на хранение, благо места хватает…
– …картины кисти Альбрехта Рихтера принадлежат Фукиано. – Капитан добросовестно перечислял найденные сокровища: – Украшенный бирюзой кинжал украден из особняка Залей прошлой весной, серебро Килеанов… Тоже было передано в тессорию…
– Стойте! – Узкий серебряный футляр с гравировкой. Гроздья глицинии и сплетенные буквы «К» и «А». Ричард сам не понял, как вещица оказалось у него в руках. Нежно тенькнул замочек, на черном бархате знакомо и зло сверкнула звезда.
– Алая ройя. – Какой грубый у таможенника голос, грубый и навязчивый. – Числится в описи вещей, исчезнувших из дворца после пленения Оллара.
– Он обокрал королеву. – Ричард смотрел на кровавую каплю и не верил собственным глазам. – Королеву?!
– Всего лишь жену узурпатора. – Оказавшийся за спиной Салиган захлопнул один из сундуков и уселся сверху, закинув ногу за ногу. – Давайте остановимся на этом, в противном случае вы проснетесь со мной в одной постели. В Багерлее.
– Маркиз Салиган, – мерзавца нужно вздернуть в Занхе, как «висельника», – у вас обнаружены не принадлежащие вам вещи!
– Допустим, – отвратительное лицо расплылось в улыбке. – А сколько не принадлежащих вам вещей будет обнаружено у вас? Хотя что это я говорю? Какое там «у вас»… Своего дома у Окделлов в столице нет уже лет пятьдесят.
– Замолчите, или я за себя не ручаюсь! – Если б не цивильники, он бы знал, как говорить с этой мразью, не цивильники и не должность!
– Разрубленный Змей, вы всерьез вообразили, что у вас больше прав на вино и побрякушки Ворона, чем у меня на тарелки Ариго? Увы, мой юный друг, пред Создателем все мародеры равны, хотя ваши заслуги больше моих. Я за Ариго перчаток не таскал.
– Государь освободил нас от ложных клятв. – Святой Алан, сколько его будут попрекать Вороном?! – Сюзерен ценит настоящую верность, тебе этого не понять, слышишь, ты, вор?!
– Вор? – осклабился Салиган. – Только после вас. Вам скормили дом Алвы. Вы проглотили. Сейчас я возьму ночную вазу Колиньяров и преподнесу вам. Или вашему полковнику.
– Не смей равнять себя с государем! – заорал Ричард. – Еще одно слово, и…
– Монсеньор, – Нокс непостижимым образом оказался между Диком и Салиганом, – монсеньор, разрешите мне задать этому человеку несколько вопросов.
Полковнику легче, для него Салиган просто вор, которого подозревают в убийстве. Нокс может быть беспристрастным, Окделл – нет.
– Задавайте. – Дикон рванул воротник, чувствуя, что сейчас задохнется. – А потом – в Багерлее! За оскорбление его величества и мародерство.
– Да, монсеньор. – Ричард Салигана не видел, только две прямые, черные спины – Нокса и вставшего с ним рядом Джереми. – Салиган, ваше участие в грабежах доказано, но вы уличены еще в одном преступлении. Камеристка баронессы Капуль-Гизайль слышала ваш разговор с истопником Гильермо. Речь шла о покушении на жизнь герцога Эпинэ.
– Ваннина врет. – Какой гадкий голос, словно железом по стеклу. – Может, я и сказал истопнику пару слов. У Марианны всегда слишком жарко, все остальное – бабьи выдумки…
– Были бы выдумки, не случись бы нападения. Герцога Эпинэ спасло лишь мастерство фехтовальщика. Двое разбойников в наших руках. Они признались, что в дом их впустил Гильермо, он же показал потайную дверь в будуар баронессы, о которой не подозревала даже она.