Яд минувшего

– Да, так и есть, – похоже, в ставке от этой самой радости слегка ошалели, да и кто бы не ошалел? – И все же я должен объяснить, почему мы нарушили приказ. Нам предписывалось ждать, а мы решили атаковать…
– Ну надо же! – упорно остающийся безымянным генерал махнул рукой и расхохотался. – Воистину сегодня день удач… Вы сделали именно то, что вам предписывалось, и сделали прекрасно. Видимо, отвозивший приказ адъютант с вами разминулся и то ли струсил, то ли, что вернее, пустился по следу, увидел, как вы идете в бой, и счел поручение выполненным. Я как начальник штаба с паршивцем, само собой, разберусь, но не сегодня. Четырех сотен серебряных таллов на угощение воителям хватит?
– Да, – начальник штаба, значит? Уже что-то, хотя имя было бы лучше. – Благодарю вас.
– Помилуй Создатель, за что?! Это Талиг вам благодарен! Именно так вашим удальцам и передайте… Надеюсь, вечернюю передислокацию вы проведете не менее стремительно и умело, чем утреннюю.
– Мы постараемся.
Надо же, как все просто! Думали, переживали, советовались, решались, а надо было лишь немного подождать, то есть как раз не надо! Они ударили вовремя, не раньше и не позже, это в ставке тянули с приказом, пока все не повисло на волоске, хотя сейчас о таком говорить не стоит. Через пару дней начальство во всех смыслах протрезвеет, тогда напомним сразу про все. Сегодня пронесло, но раз на раз не приходится.
 
2
 
Денег у Колиньяров хватило бы на золотого коня с жемчужными зубами, но Дени была нужна именно Манча. Теньент это даже не понял – почувствовал, когда, вылетев из седла, увидел над собой готовую его защищать мориску. И неважно, что кобылу этому учили и она точно так же прикрыла бы любого другого, расстаться с ней после такого Колиньяр был не в силах. Оставалось объяснить это маркизу Алвасете, но как? Алва лошадьми не торгуют, а рассчитывать на подарок Дени не мог. Манчу ему одолжили, чтоб он быстро добрался до своего генерала, правда, тот с кэналлийским наследником в давней дружбе… Попросить о помощи Савиньяка? Момент вроде самый подходящий, но измотанный генерал дремал в седле. Будить его такого было неописуемым свинством, только потом всем станет не до кобылы. Так просить или нет?
Теньент с сомнением покосился сперва на Савиньяка, потом на украшенный «Победителем Дракона» холм: они почти добрались.
– Мой генерал, – свинство не свинство, а доложить надо, – мы на месте, но вряд ли Манрик сейчас наверху.
– Наверху? – Савиньяк мотнул головой, прогоняя сон, и с явным удовольствием зевнул. – А… Да, едем сразу в лагерь. У тебя, пока я с начальством ругаюсь, хватит сил найти Алонсо… маркиза Алвасете?
– Конечно!
– Уверен? Грохнулся ты паршиво… Да уж, хороши мы с тобой, ничего не скажешь, ни подраться, ни напиться…
– Мой генерал… – если говорить, так сейчас. – У меня к вам есть просьба. Разрешите?
– Давай, – Савиньяк снова потряс головой и зевнул. – Хоть бы Алонсо шадди прихватить не забыл. Так что там у тебя?
– Мой генерал, я очень хочу… хочу, когда Манча будет вам не нужна, воевать на ней. Но я незнаком с генералом Алва и…
– Зато я знаком. Девицу Хончо тебе под мою ответственность отдаст, куда денется, но чтоб через год ездил как человек и не приходил в восторг от любой ерунды.
– Спасибо!
– Мне б твои заботы или хотя бы выспаться… Постой! Вот же она, наша пропажа! Нашлась.
Нельзя сказать, что прежде Дени не видел бергеров, видел, но тогда они выглядели как все. Ну, здоровенные, ну белобрысые, а в остальном вояки как вояки. Сейчас вдоль палаток маршировало с полдюжины железных памятников, к тому же, по уши заляпанных чем-то бурым. Кровью…
– Рейнхард, постой-ка! – крикнул Савиньяк, высылая мориску наперерез немедленно замершим статуям. – Добрый вечер, хоть сейчас не разминулись!
– Спасибо Создателю, – полковник фок Варзов от своих громил отличался разве что прицепленным к поясу футляром для писем. – Удачный был день, есть что отметить.
– Это как у кого… Дени!.. – окликнул Савиньяк и сам себя перебил. – Леворукий, ты ведь тоже…
 
Сообразить, что именно он «тоже», Колиньяр не успел, Манча шустро сдала вбок и, подогнув ноги, медленно опустилась наземь. Загодя бросивший стремена генерал встал, причем все равно красиво, кривовато усмехнулся и объяснил:
– Я тут по малости обезручел. Утром по правому плечу прилетело, а потом и по левому, я и не понял толком ничего.
– Кости хоть целы?
– Да вроде… К следующему бою буду в порядке, а вот кавалерия – не уверен. Слушай, Рейнхард, куда вас утром унесло, ведь договорились же…
Когда нет приказа, решаешь сам. Может, Савиньяку адъютант сейчас и не требовался, но самому адъютанту торчать посреди лагеря на чужом линарце не хотелось. Один раз слез с коня, даже не охнув, слезешь и второй!
Спина и колено придерживались на сей счет другого мнения, но их не спрашивали. Теньент благополучно спешился, сунул повод понятливому «маковому» из генеральского конвоя и на свой страх и риск присоединился к расположившемуся на травке начальству, предусмотрительно зайдя со спины. Пропустил он немного: генерал как раз поминал всё спутавшего Леворукого, по чьей милости пришлось атаковать.
– Дрянь какая… – посочувствовал полковник, которого тянуло назвать бергером, хоть он и был талигойцем, к тому же знатным. – Нет, хотели-то они как лучше… Сейчас…
Бумагу в руках фок Варзов Дени узнал, то есть не именно эту бумагу, а составленный по всем правилам маршальский приказ. Выходит, бергеров отозвал… Манрик?
– Ничего себе! – Савиньяк уткнулся в злополучный документ. – Старик, конечно, тревожился, и в этом даже смысл был… Но мне-то почему не сообщили? Я ж не ясновидящий! А если бы я отступил? По плану, как договорились? При новом раскладе это бы все угробило! Дени, ты тут?
– Мой генерал!
– Ты, когда в ставке был, ничего про гонца к нам не слышал?
– Нет… Маршалу сразу плохо стало.
– Понял, что начудил, – пожал стальными плечами полковник. – Бывает.
– Начудил? – переспросил генерал. – Бред какой-то… Вас передвинули, но в бой-то вас кто бросил? И когда?
– Мы сами. Топтались на месте, приказа все не было, вот и решили оглядеться. Увидели, как ты крутишься, решили, что надо бить. С гонцом мы, похоже, разминулись.
– Так гонец все же был?!
– Был, только опоздал. Но лучше уж он, чем мы…
– Постой… А как он мог опоздать? Манрик его отправил до того, как свалился, иначе не сходится… Я сначала действовал, как решили, но уж больно крепко на нас насели… Пришлось отбивать атаку на позициях… Послал вас предупредить о задержке, адъютант вернулся ни с чем… Мне только и оставалось, что атаковать, но сперва я погнал Дени в ставку… Он доехал, довел Манрика до приступа, после этого никого никуда явно не посылали… Мы в это время сцепились с «павлинами», вы это заметили, пошли в бой… Гонец от маршала к этому времени до вас бы доехал уже четырежды.
– Пожалуй, – фок Варзов свел брови, точно что-то подсчитывая, и кивнул. – Да тут пешком добраться можно…
Можно, если, конечно, добираться!
– Он… курьер мог удрать! – выпалил в генеральскую спину Дени и сам себе удивился. – Корнет Сэц-Лумэль удрал… Я встретил его у оврага… Подлец решил меня пристрелить, я его заколол… А сперва врал, что ищет Аррижа! Так и тут могло быть, он…
– Тогда кто? – устало перебил Савиньяк, – Кто из твоих товарищей на такое способен?
Из товарищей?! А ведь верно… Он же еще недавно болтался при Манрике… Но чтоб кто-то из них? Хотя на Сэц-Лумэля тоже не подумать было. Мерзавец даже не в адъютантах, в строю воевал…
– Не знаешь… Вот уж мерзость, подозревать и не знать точно… Придется теперь еще и с этим… разбираться.
– Разберутся, – бергер, то есть фок Варзов сжал кулак. – Мне этот… начальник штаба обещал.
– Кракл?
– Точно, Кракл, никак вспомнить не мог, с приказом… Правду говорят, любая война – это в первую голову путаница. Хотя и струсить могли, и перебежать… Пэллот вон перебежал.