Низвергнутый 3: кланы высшей школы (СИ)

Рядом зашевелилась Рикка. Она медленно встала и обвела взглядом окрестности. Вымокшая насквозь девчонка мелко дрожала, тонкая ткань футболки облепила её худенькую фигурку. С длинных черных волос капала влага, тут же поглощаемая жадно тянущимися травинками.
— Рэйджи, где мы?.. — прошептала девушка. В её глазах читалось изумление.
— Мы прошли через портал. Мать тебе когда-нибудь рассказывала о других мирах, Ширасаги? — так же тихо, словно боясь спугнуть, прошептал я.
Она коротко кивнула и прижала ладони к себе, даже не стесняясь просвечивающей сквозь ткань груди.
— Отец рассказывал, как в одной из вылазок их банды он наткнулся на документ. Очень секретный и старый. И там говорилось, что есть в нашей галактике один мир, главная особенность которого — гигантская дыра, уходящая в недра планеты. Там всё иначе: растения, животные, даже привычные законы физики там не работают. Никто и никогда не достигал дна этой дыры. Её прозвали Великая Бездна. И мы сейчас здесь.
Нет больше смысла таиться и играть в конспирацию. Если я начну говорить, она неминуемо догадается сама, или начнет мучить меня вопросами. Но если я буду молчать, мы оба умрем здесь. В одиночку в Бездне не выжить: ни богу, ни архонту, никому.
— Матушка никогда не упоминала... — сглотнув, Рикка обвела взглядом окружающий нас пейзаж и медленно, пошатываясь, подошла к краю утёса.
Перед ней раскинулась громадная кольцевая стена, терявшаяся вдали за молочно-белыми облаками. Нижний слой терялся в серебристом светящемся тумане, а сверху лучилось радужными кругами маленькое желтое солнце. Внизу на стенах виднелись поросшие лесами утесы, в воздухе копошились мириады черных точек, а из стен, словно вырезанных ножом прямо в земной тверди, торчали причудливые обломки и шипы, напоминавшие вмурованные вглубь руины городов.
— Боже... — выдохнула девушка.
Порыв ветра поднялся снизу и затрепал её волосы, заставляя отшатнуться. От фантастического зрелища у неё перехватило дух, но стоило вдохнуть, как она звонко чихнула. Я поднял голову, заметив блеснувшую наверху точку — и рванулся к Рикке.
— Осторожно!
Едва она подняла голову навстречу угрозе, я сбил её с ног и повалил на землю возле скалы. Над нами с истошным воплем пролетела громадная тень. Клацнув по камням когтями, громадина взмыла над деревьями и вернулась к пропасти.
— Тише, — я прижал Рикку к земле и осмотрелся: не мелькнет ли где поблизости ещё один такой хищник?
— Прости, Рэйджи! — зашептала она, вертя головой.
— Мы здесь как на ладони. Уходим, пока другие не налетели, — я помог ей подняться, и мы быстро ушли под сень закрученных винтом деревьев.
— Слушай внимательно, Рикка, — я стянул с себя футболку и отжал её. — В Бездне практически нет безопасных мест. Внимательно смотри по сторонам, не отходи от меня далеко и будь осторожна. Флора и фауна здесь не такие, как на Земле — есть вполне безобидные животные, но есть и те, кто с радостью выпьет из тебя всю кровь месте с внутренностями. Как тот зверь в болоте.
Девушка поёжилась, пристраиваясь за мной. Я услышал шорох мокрой одежды — она снимала прилипшую к телу футболку.
— Поняла.
— Дальше, не спеши пользоваться магией. Здесь ядро очень медленно восстанавливает её запасы.
Точно, а боги и вовсе не могут получать сому извне Бездны. Только те, кто идёт с тобой, могут дать тебе желанную энергию. Поэтому путь в одиночку — заведомая смерть. Бездна живет по своим законам и уравнивает всех, кто посягнет ступить в неё.
— У тебя случайно попить ничего не осталось? Очень пить хочется.
— Неа, мы же налегке шли, все вещи в лагере остались, — я вздохнул. — У нас нет никаких запасов, так что придётся питаться тем, что найдём. Разводить костёр только под деревьями, а спать придётся в укрытиях.
Верно, выживать здесь придётся с нуля. Сейчас даже жажду утолить было нечем — водой с наших грязных футболок мы только потравимся.
— Смотри, ручей! — воскликнула Рикка, указывая на показавшуюся впереди скалу между деревьев. Из глубокой трещины вытекал ручеёк и скапливался в ровной круглой чаше в основании глыбы. Спешно натянув футболку, она подбежала к чаше и села рядом, занося ладонь над поверхностью.
 
— Стой, не пей это!
Она замерла, остановив ладонь в паре сантиметров над поверхностью. Я подошел и сел рядом, вглядываясь в толщу воды. Прозрачная и почти недвижимая, она даже не колебалась от стекающей в неё струйки.
— Смотри, — я убрал её руку и, нависнув над чашей, плюнул в воду.
— Фу, зачем ты... — возмутилась она, как застыла с выпученными глазами. Лужа забурлила, словно была живой. Слюну, медленно опускавшуюся в её толщу, начало дергать в стороны, словно сама вода раздирала её на части, поглощая и рассасывая. Окрасившись бледно-алым, сгусток расползся на наших глазах, дергаясь как раненая амёба, и медленно истаял. А жидкость успокоилась, снова замерев как зеркало.
— Это колония водных паразитов, — пояснил я. — Они прозрачные и идеально сливаются с любым фоном. Если бы ты выпила их, они начали бы разъедать тебя изнутри, как кислота. Можно пить воду или нет, проверяй плевком, или сунь в неё что-нибудь живое. Но даже это не спасет от личинок сперагастуса — вот этих насекомых.
Я кивнул на небольшое создание, похожее на бабочку с шестью крылышками, замершее на небольшом лиловом цветке. Рикку передёрнуло.
— П-поняла тебя, Рэйджи... просто очень пить хотелось, — она облизнула пересохшие губы. — А вон те фрукты есть можно?
Она указала на продолговатые черно-фиолетовые плоды, чем-то напоминавшие земные баклажаны. Они гроздьями свисали с верхних ветвей винтовых деревьев, разнося пряный аромат.
— Можно. Давай, подсажу, а ты достанешь?
— Не надо! — она обогнала меня, подняла камень с земли, прицелилась — и метким броском сбила сразу два фрукта. Те гулко шлёпнулись в траву — и из-за дерева тут же к ним ринулись два мелких зверька, не больше белки размером. Вцепившись в фрукты, они так же шустро потащили их в сторону.
— А ну стойте, это мои! — вскрикнула Рикка. Но осеклась и, понизив голос, смущённо покосилась на меня. — Ладно, ещё собью.
За десять минут мы вдвоем наколотили приличную кучу фруктов. Мелкие зверьки, что звались никке-ти, толпой налетели на угощение, но хватило его и им, и нам. Пушистые воры были слишком мелкими, чтобы мы их ели, так что пришлось терпеть их наглость. Утолив голод и жажду сочной мякотью, мы напихали полные карманы плодов и пошли дальше.
Узкая дорожка между деревьев плавно заворачивала вдоль стены Бездны, уходя вниз. Я шел впереди, внимательно осматривая окрестности, и искал взглядом выход к центру пропасти.
— Рэйджи, что ты ищешь?
— Дорогу обратно, — пояснил я и улыбнулся: впереди показался нависающий над Бездной утёс, поросший деревьями.
Вертя головами во все стороны, мы подобрались к утёсу, устроились под деревом, простиравшим свои ветви прямо над пропастью, и подползли к краю. На всякий случай прихватив девчонку за ворот, я посмотрел вниз.
— Боже... — прошептала Рикка. — Как красиво...
Перед нами простирались немыслимые просторы центрального ствола, окутанные радужными облаками. Метрах в пятистах под нами они были столь плотными, что походили на громадные комки ваты. Воздух дрожал от теплых потоков воздуха, придавая видневшимся вдали стенам серо-голубой оттенок. Стены же были усеяны уступами, изрезаны уходящими вниз по спирали дорожками и лесами, липнущими к скалам.
На стенах тут и там виднелись причудливые водопады, лившие воду лишь на пару десятков метров вниз — поток обрывался, разбиваясь на мириады капель, и летел уже вверх, увлекаемый ветрами с нижних ярусов.
— Дна совсем не видно, — Рикка боязливо перегнулась за край и посмотрела вниз. — Насколько же она глубокая?
— На километры. Может, пятнадцать, или двадцать, никто не знает. Её делят на ярусы, или горизонты. Говорят... кхм, я читал, что их всего девять, или десять. Но ниже седьмого никто не спускался. Вернее, может и спускались, но обратно никто не вернулся, — я поднял голову и сощурился. — Мы на первом. Видишь? Вон, наверху, торчат края. Мы на глубине примерно одного километра.