Хозяйка Тишины (СИ)
Совёнок нахохлился.
«И сейчас ты меня осчастливишь своим безумным планом, на что ты хочешь потратить этот месяц?»
Я вздохнула.
- Горько признавать свои ошибки, но я сделала очень большую. Просто потому, что была трусихой. Теперь надо исправлять. И знаешь… - Я поморщилась от очередного приступа боли, которая доползла уже до самого плеча. – Кажется, выхода-то у меня нет. Если я останусь в Тихом лесу… пророчество меня убьёт. И тогда обновлять чары станет просто некому. Тишина в любом случае победит – и если я останусь, и если через месяц не вернусь назад. Поэтому остаётся один-единственный вариант.
«Самый безумный и сумасбродный, конечно же»
- Самый правильный и верный. Хотя даже при одной мысли о нём у меня всё внутри переворачивается от страха.
«Зато ты наконец-то начнёшь ценить мои мудрые советы и признаешь, что надо меня слушаться», - проворчал Совёнок привычным тоном, чтобы скрыть, что ему тоже страшно.
- Уже признала!
Я поцеловала его в клюв.
- В общем… держись, дружище. За ближайшие недели мы должны сделать невозможное. Найти человека, о котором я не знаю ничего, кроме имени. Понять, что между нами происходит. Отыскать способ порвать связь, вылечить меня и вернуть всё обратно, как было.
«И для этого…»
- Да. Мы с тобой прямо сейчас уходим из Тихого леса.
Глава 15.
Я всегда очень точно чувствовала границу Тихого леса. Ту незримую черту, за которой словно дышать становилось легче и светлело под сенью листвы. Здесь даже птицы пели громче, как будто им не приходилось оглядываться и пёть «шёпотом» на всякий случай.
И в то же время странным образом за чертой я больше не чувствовала себя в такой безопасности. Это уже не был мой дом. Это было их место. Других людей. Территория чужих, на которой я была не Хозяйкой, а всего лишь незваным гостем.
Тишина смотрела мне в спину, пока я уходила всё дальше и дальше, борясь с мучительным желанием оглянуться. Но оглядываться нельзя.
И было в её взгляде не злорадство и не самодовольство дикого зверя, который уже скоро получит шанс вырваться из клетки на свободу. Нет – в нём была тоска злой собаки, которую хозяин оставил одну на цепи.
- Ой, нет! Никаких чужаков и незнакомцев тут сегодня не проходило. Тэм, а у тебя нету еще той настоечки? Ну, от прыщей? – улыбчивая Алисия смущённо потупилась. Мне нравилась эта слегка глуповатая, но добрая и милая девушка. Я всегда предпочитала иметь дело с её семьей – родители, похожие на два румяных колобка, тоже не внушали мне особых опасений, да к тому же не лезли с лишними расспросами.
В деревне Волчий Лог всё было тихо и мирно, как всегда. Она ютилась на самом краю Тихого леса, к северу от черты. Крестьяне держали коз – на коров не хватало места под выпас, разводили огороды, собирали дары леса на окраинах, не слишком забредая вглубь. Люди не могли этого объяснить, но чутьё тоже подсказывало им, где именно проходит граница, которую не стоит нарушать. Правда, и уходить с насиженных мест никто не спешил – я не особо вслушивалась обычно в местные разговоры, но даже до меня краем уха доходили сплетни о том, что в более населенных частях страны, а уж тем более в городах, живётся намного труднее.
- Нет, от прыщей сегодня не захватил, - вздохнула я, и Алисия погрустнела. – Спешу. Мне пора!
- Куда спешишь-то? Вечер на носу, – удивилась девушка, дёргая за цепочку наглую козу, которую она как раз вела домой с выпаса. Я окликнула её у самой калитки, на зелёных досках которой были начертаны белой краской два круга с точками посередине. Значение символа давно позабылось, рисовали его по привычке. Но я-то знала, что это «совиный глаз», древний оберег от Тишины. Сам по себе он не работал, но я тайком накладывала на ворота защитные чары, когда приходила в деревню за провизией.
- О, какие гости! – окликнула меня мать Алисии, распахнув окно и отирая извалянные в муке руки о передник. – Тэм, заходи! Переночуй у нас – я как раз тесто на блины ставлю.
Сначала я хотела отказаться – каждая минута дорога. Но с другой стороны… я шла весь день, ужасно устала, а все предыдущие ночи спала отвратительно. Да и отдача от заклятия заставляла терять силы всё быстрее и быстрее.
Совёнок завозился на плече.
«Тэмирен – мы же всё равно не знаем точно, в какой стороне искать. Раз тут не проходил, то придётся наугад. А по ночам наугад ходить нельзя в незнакомых местах. Ты не забывай – мы уже не дома. Среди людей намного – намного опаснее, чем в самой дикой чаще. Давай останемся? Этих мы хотя бы знаем».
- Так и скажи, что блинов захотел, - проворчала я, но не нашла причин отказываться.
Сидя под окном с геранями, за покрытым белой скатертью столом, блаженно доедая кружевной блин на козьем молоке и едва сдерживаясь от того, чтобы пальцы не облизывать, я задумалась.
И всё-таки – ну почему Дункан не пошёл через Волчий Лог? Я же говорила ему, что эта деревня ближе всего. Почему-то была уверена, что его путь пройдёт через это место, и я смогу хоть что-то узнать у местных. Жаль, что единственная ниточка в моих руках оборвана. Придётся идти дальше, искать населённые места и спрашивать, не знает ли кто человека с таким именем.
Я мысленно повторила его.
Дункан Роверт. Чёрный меч Севера.
Мне нравилось, как оно звучит. Нравилось ощущать его на языке.
Миссис Эшли подложила мне ещё один блин – обжигающий, золотистый, с рваным хрустящим краем. Долила молока в глиняную кружку.
- Кушай, мальчик, на здоровье! Тощий какой – без слёз не взглянешь!
Алисия хлопотала у большой печи, на полатях которой засыпали её младшие братья. Где-то прокричал петух. Уютно пели сверчки. Совёнок на моих коленях расправлялся с половинкой моего предыдущего блина и алчно косился на новый.
- У нас гости? Почему я не знаю?– раздалось за стеной добродушное бурчание.
Пухленький бородатый мистер Эшли скидывал в сенях обувь, мыл руки в настенном рукомойнике, под который подставлена была деревянная кадушка.
- Тэм пришёл! Покормила парнишку. Уложу спать на лавке – куда его на ночь глядя в лес обратно отпускать.
- И то верно! – довольно улыбнулся отец семейства, заходя в дом. – Может, согласится, наконец, к нам в наймиты. Лиску скоро замуж сбагрим – лишние руки в хозяйстве не помешают.
Пунцовые щёки Алисии подтвердили, что она очень бы даже и не против.
Хозяйка торопливо выставила на стол рядом со мной ещё одну тарелку.
А мистер Эшли вдруг, не дойдя до своего места, свернул по широкой дуге и направился в другую часть комнаты, задёрнутую цветастой тканью. За ширмой виднелся угол кровати.
- А пожалуй… лучше здесь поем, - проговорил он, слегка заторможено.
И тут я наконец-то поняла одну важную вещь. Даже рука с блином застыла – я забыла, что несла её ко рту. Ох, и глупая! Как же раньше не замечала. Это ведь было очевидно! Я всегда сторонилась мужчин из-за пророчества, опасалась приближаться, и даже о снадобьях своих лечебных предпочитала сторговываться с женщинами. Может, поэтому и заметила только сейчас.
Они тоже меня избегали! Мужчины. Тоже опасались приближаться. Держались на отдалении – инстинктивно, не сознавая того. Точно так же, как люди избегали приближаться к границам Тихого леса из страха перед Тишиной. Я точно так же их пугала – даже несмотря на то, что они принимали меня за парня.
И только один хотел, чтобы я была рядом. Шла плечом к плечу и прикрывала спину.
Только один с такой же лёгкостью перешагнул мои нелепые попытки держаться от него подальше, с какой сбросил перчатку с моей руки. Для настоящего прикосновения.
Ночью мне никак не удавалось заснуть. На лавке было жёстко, чужое место и чужие запахи напрягали, сопение незнакомых людей рядом заставляло дикого пугливого зверька во мне сжиматься от желания уйти обратно, в спасительную лесную тишину. Но я держалась. Да и Совёнок, что уселся рядом на краю стола, сомлевший от блинов и довольный, обещал караулить мой сон.