Salvatio. В рассветной мгле

— Итак, капитан Бержер, нам поступило сразу два сигнала о ваших связях с преступными… — Эззерт осекся: ощутимо дрогнула земля, мигнули лампы.
— Что это? — машинально спросил он у собеседницы, и тут же, не дожидаясь ответа, прижал наушник гарнитуры. То, что он там услышал, ему не понравилось.
— Так, ждите здесь. У нас проблемы, — сказал майор и исчез. Сквозь широкое окно кабинета Бержер увидела, как по ярусам забегали люди, вытащила из кармана собственную гарнитуру и подключилась к сети Комитета.
  
«…Центр… Пожары… Критическая ситуация в отдельных районах…» — общий словесный хаос внезапно перекрыл мощный и уверенный голос Председателя Комитета, генерала Альмары Коракс:
— Внимание! В связи с чрезвычайной ситуацией всем находящимся в штаб-квартире офицерам званием выше младшего лейтенанта через пять минут явиться в зал 103 на первом уровне. Повторяю, в течение пяти минут собраться в зале 103. Тревога не учебная!
…Их было несколько десятков — на удивление много для этого времени суток. Подтянутые, суровые, все как один с тяжелыми взглядами, все в одинаковой форме.
— Смир-рна! — раздалось сбоку.
— Вольно, — бросила Коракс, поднимаясь на кафедру с гербом. — Итак, вы все уже, вероятно, в курсе, что в центре Метрополиса сложилась определенная ситуация. Руководство уверено, что к утру все будет под контролем. Пока же у нас возникла иная проблема: в окраинных районах города замечены несознательные лица, пытающиеся покинуть Метрополис. Приказ: разыскать и незамедлительно водворить на место проживания всех возможных беглецов. С применением силы, если потребуется. Секторы поиска в настоящий момент загружаются на ваши планшеты, к местам выполнения задачи вас доставят под землей. Каждому под командование выделяются шесть сотрудников Службы общего контроля, отряды уже прибыли и готовы к отправке. Вопросы есть?
— Разрешите узнать, какова вероятность, что пожары будут потушены к тому времени, как мы начнем возвращать беглецов? — спросила Бержер.
— Пожары будут потушены, капитан! — громко, как на митинге, воскликнула Коракс.
— Генерал, я опасаюсь, что…
— А вы не опасайтесь. Иначе простым выговором не отделаетесь. — Бержер закрыла рот и вытянулась.
— Так, всем: коридор семь ведет к поездам подземки на Окружной линии, — продолжила Коракс. — Первый поезд уже подан под погрузку. В средствах себя не сдерживать, сопротивляющихся доставлять силой. Выполняйте!
— Есть, — рявкнули несколько десятков глоток.
* * *
— …Капитан Бержер, вот это ваш отряд, — доложился адъютант и исчез.
Сумрак секретной станции подземки разгоняли только несколько выносных ламп, расставленных по перрону, да свет из окон и раскрытых дверей поезда, в которые организованно грузились вооруженные люди в форме. Перрон уже почти опустел.
Бержер подошла к приданному ей отряду. Шесть матерых молодцов в форме Службы общего контроля. Всем за двадцать пять, накаченные, морды злые, в руках автоматы. На гопников, которых отправляют патрулировать улицы, не похожи. Занятно.
— Старший, ко мне, — скомандовала Бержер. От шеренги отделился крайний, сделал два парадных шага вперед, повернулся, сделал еще два шага, затем повернулся лицом к Бержер и козырнул.
— Фамилия, звание!
— Старший сержант спецгвардии Войд! Поступаем в ваше распоряжение, госпожа капитан!
— Оружие заряжено боевыми?
— Так точно!
— Разрядить.
Войд замешкался.
— Разрядить! — рявкнула Бержер. Гулкое эхо разнеслось по всей станции. «Соколы» послушно повытаскивали магазины из своих автоматов.
— Первого, кто откроет огонь по безоружным гражданским, пристрелю на месте, ясно?
— Так точно! — ответил Войд.
— Это всех касается, понятно?!
— Так точно! — дружно рявкнул отряд.
— В колонну по одному, за мной шагом марш.
Отряд погрузился в покачивающийся вагон. Они были последними. Двери закрылись, и поезд, после непродолжительных раздумий, тронулся.
Бержер в последний раз попыталась дозвониться до Элизе. Безуспешно: «Соединение невозможно. Rega Nortemperia».
  
13 мая. Salvatio
 
…Еще издали Наталия увидела, как Антон дерется с каким-то грязным типом, которому явно уступал по силам. Виктор поспешил на помощь. Капюшон, замотанное платком лицо, свистнувший мимо носа кулак, джеб под ребра, апперкот, и противник распластался на груде битого кирпича.
— Цел? — спросил Виктор Антона.
— Да что мне сделается, — выдохнул тот, утирая юшку.
— Опять в голову словил?
— Ерунда, не сильно.
Все, кого Виктор и Наталия вывели из центра города, разбежались кто куда — с криками, что вечно этот ад продолжаться не может, что пожары рано или поздно потушат, что не может быть такого, чтобы…
Их осталось трое. Виктор. Брат и сестра. Преодолев пешком какое-то несусветное расстояние, они добрались до окраины. Сколько времени прошло, сказать трудно. Как хватило сил — тоже. Но они добрались.
После долгого перехода Виктор переводил дух, прислонившись к обгоревшему обломку стены. Действие обезболивающего заканчивалось, и по ноге черной кляксой снова расползалась ноющая боль. Вокруг все продолжало громыхать, и, кам лось, уже само небо полыхает огнем.
Но хуже всего оказалось другое: между всеми зданиями вдоль Кругового шоссе, опоясывавшего город, в несколько рядов тянулась колючая проволока.
— И тут под напряжением, похоже, — пробормотала Наталия.
— Даже проверять не буду, — ответил Антон.
Где-то вдалеке что-то взорвалось, земля дрогнула.
— Черт! Черт! — прохрипел Антон, оглядываясь. На них смотрели только запертые подъезды да разбитые окна, зарешеченные на нижних этажах и почему-то заколоченные на верхних. И каменная площадка, с которой они только что спустились по ржавой лестнице.
— Значит, идем дальше, — хрипло произнес Виктор, запивая обезболивающее. Вода была почти на исходе. — Не могли же они весь Метрополис обтянуть колючкой.
— В самом деле? Не могли? — раздался вдруг низкий женский голос. На каменной площадке, опершись на перила стояла капитан Стабикома Сесиль Бержер.
— Вам некуда отсюда деваться, — сказала Бержер, свирепо оглядывая испуганных беглецов.
— A-а, Сесиль, какое эффектное появление! — светским тоном произнес Виктор.
— Ты?.. — выражение гнева сменилось изумлением, но Бержер моментально с ним совладала.
— Вы что, знакомы? — спросила Наталия.
— Да, случилось познакомиться при весьма щекотливых…
— Замолчи! — перебила его Бержер.
— Впрочем, тогда формы Стабикома на ней не было.
— Довольно! У меня приказ вернуть вас обратно, и я это сделаю.
— Обратно куда? В пекло? Ты не знаешь, что делается в центре? — спросил Виктор. Как по заказу, с той стороны тотчас же донесся раскатистый грохот.
— Нет, не знаю. Хватит разговоров, идем!
— Взгляни на небо, — сделал шаг вперед Виктор. — Посмотри хорошенько. Ты действительно собираешься возвращаться туда?
— Приказ есть приказ. К утру там всё потушат. Идем, иначе…
— Я своими собственными ушами слышал, как полицейским был отдан приказ не выпускать никого из горящих зданий, — перебил Виктор, подходя к лестнице и пристально глядя на Бержер. — И некоторые ретиво бросились его выполнять!..
Новый взрыв; земля заходила ходуном, Антон и Наталия едва устояли на ногах. Виктор схватился за перила лестницы.
— Ты вправду хочешь сгореть так же, как и они?! — выкрикнул он. — Ты действительно…
Новый взрыв прогремел уже совсем рядом. Посыпались стекла. Антон, прикрывая собой сестру, утащил ее подальше от стены и дождя осколков. Сесиль потеряла равновесие и повисла, схватившись за перила.
  
— Ты и в самом деле должна прыгать в этот жертвенник?! — прогремел Виктор.
Бержер, почти оглохшая от грохота, с трудом поднималась на ноги, которые вдруг предательски ослабли. Ее переполнила растерян ность, а следом пришел удушливый страх, такой же, какой она испытала той ночью в Пустоши… Сесиль посмотрела вниз — там стоял человек, спасший ей жизнь. Нет, он не лгал — это было видно. Подняла глаза — ярко-оранжевое небо было будто готово излиться огнем. Но в ее голове звенел чей-то визгливый голос: «Назад, быстро!.. Ты должна!.. Долг есть долг!.. Погибни не рассуждая, если надо!.. Верни этих назад, они тоже должны…»