Расплата (СИ)

 Визуализация 
Знакомимся с героями по коллажам кудесницы Елены Булдаковой (Пастушенко)
 Глава 4 
- Я его потеряла! Но он проверял мой паспорт, - добавила скандалистка, ткнув в охранника, – и может подтвердить, что я Рузанова!
  
Матвей повернулся и вопросительно выгнул бровь.
- Матвей Михайлович, - затараторил бодигард, - я проверял, да. Фамилия совпала, а имя нет. Но дамочка сказала, мол, секретутка ошиблась, неверно записала. Ну я и…
Он развёл руками.
- Разве у вас не должно быть отмечено, что Елизавета Рузанова уже прошла? – поинтересовался Макаров.
- Отмечено, но тогда на входе стоял мой напарник, и я не видел, когда это случилось. А эта, - охранник двинул подбородком в сторону Рузановой, - сказала, что ей пришлось выйти на пять минут. Сейчас она возвращается в зал, и я не имею права задерживать, потому что все сидят и ждут только её. Она пёрла танком, я даже несколько растерялся. И сам не понял, как её пропустил.
Макаров перевёл взгляд на нелегалку, и та вдруг захлопала ресницами. А потом провокационно облизнула губы.
И он слегка опешил: «Ничего себе, какие метаморфозы? Артистка, однако…»
- Ладно, мальчики, все немного ошиблись. Бывает, да? – пролепетала женщина. – Я не держу зла. А теперь пропустите, не хочу опоздать на оглашение.
- Извините, - Матвей снова заступил ей дорогу, - вынужден попросить вас удалиться. Я лично сверял список с текстом завещания, и никакой Екатерины, - он выделил голосом это имя, - Рузановой там не было.
- Но я мать Лизки! Старик и так отобрал у меня наследство мужа, пришло время вернуть имущество законной наследнице! Я знаю, что непременно должна фигурировать в завещании! Пропустите или я обращусь в суд.
- Обращайтесь, это ваше право, - Матвей старался говорить вежливо, но твёрдо. – Уверяю вас, на эту, - подчеркнул он голосом, - встречу вас точно не приглашали. Но если впоследствии обнаружится новая информация, дополнение или своеобразный постскриптум, вас непременно известят. Всего доброго! Роман, Дмитрий, проводите гражданку.
Он рисковал, приоткрывая тайну завещателя, но надеялся, что дамочка поймёт и удалится, чтобы спокойно ждать возможного вызова. Или не спокойно – не суть важно. Главное, он дал ей надежду, что всё ещё может измениться.
Но Екатерина Рузанова пропустила его слова мимо ушей и продолжила скандалить.
Что ж, он сделал всё, что мог!
Повинуясь приказу, охранники бережно подхватили женщину под руки и, невзирая на её сопротивление и вопли, почти понесли к выходу.
- Да ты! Да я!
По мере удаления громкость снижалась, но окончательно звук пропал только тогда, когда Екатерина оказалась на улице.
Матвей выдохнул и поспешил назад, в зал.
К моменту его появления Игорь заканчивал знакомить присутствующих с вводной частью. В частности, с заключением врачей, подтверждавших, что Николай Рузанов писал завещание в здравом уме и твёрдой памяти.
Учитывая размер состояния, с его стороны это совершенно нелишняя предусмотрительность!
Уж кто-кто, а юристы знали немало примеров, когда наследники первой, второй и даже третьей очереди, обиженные несправедливым, с их точки зрения, распределением имущества, оспаривали последнюю волю усопшего. Такие тяжбы иногда тянулись годами, выматывая силы и высасывая средства!
И хоть у Рузанова была только одна кровная наследница, он поступил весьма разумно, заручившись медицинским свидетельством своей дееспособности на момент составления завещания.
- Что там, Матвей Михайлович? – Трунов на пару минут отвлёкся на вошедшего Макарова.
- Всё в порядке, женщина просто перепутала время и место, - коротко ответил тот.
- Прекрасно, тогда приступаем к оглашению, - кивнул ему Игорь Константинович.
Сначала шли имена тех, кого Николай Рузанов желал наградить за верную службу и крепкую дружбу. То есть, начбез, помощники, наёмные работники из числа слуг и не только.
Каждый получил некоторую сумму денег, какую-то вещь в память о работодателе и…
Лиза слушала с интересом, а Олег с тихой яростью.
Потому что к деньгам и подарку прилагались акции Техногрупп. Да, не много и не в процентах на человека, а в штуках. Но в общей сложности эти штуки сложились в целых пять процентов!
И пусть никто из новоиспечённых, мать их, акционеров не имел права свои бумаги продавать, дарить или передавать другим лицам! По распоряжению Рузанова они могли только получать с них пассивный доход, но не могли распоряжаться самими ценными бумагами.
Всё равно это был подлый удар в спину.
Целых 5 процентов, которые он теперь никогда не сможет вернуть! И это значит, что не видать ему контрольного пакета…
Но юрист продолжал зачитывать текст, и Олег слегка успокоился.
Оказывается, ещё не всё потеряно! Рузанов оставил-таки лазейку: в случае, если человек решит, что больше не хочет держать акции, он может в любой момент продать бумаги главной наследнице, Елизавете. Ей и только ей!
Аллилуйя!
«Поговорю с каждым, заплачу, припугну… В общем, решу эту проблему, - выдохнул Левин. – Как миленькие откажутся от акций в пользу Лизы. А она передаст их мне. Чёртов старик! Думал, что всё предусмотрел? А вот фигу тебе! Забыл, что на каждый хитрый болт найдётся своя гайка с левой резьбой?»
Закончив с второстепенными персонажами, юрист перешёл к более важным фигурам – самому Олегу и Елизавете.
Левин с удовлетворением прослушал, что Николай завещал ему коллекционное оружие, свои личные часы очень дорогой и известной во всём мире марки, а также шесть бутылок редкого вина, каждая дороже миллиона. И…
И Трунов перешёл к доле основной наследницы.
Олег оцепенел – но как же? А где его акции? Рузанов обязан был завещать ему ценные бумаги. Пусть не весь пакет, но процентов 10 как минимум!?
Зажал! Слугам дал, а его прокатил!!!
Сволочь…
«Всё равно они будут моими, - мстительно подумал Левин. – Если успею, то прямо сегодня потащу Лизку к своему нотариусу и оформим передачу мне всех акций!»
- Елизавете Сергеевне Рузановой отходят, - юрист монотонно зачитывал длинный список недвижимости и прочего имущества усопшего.
Две яхты: одна стоит заграницей, другая в марине Сочи. Дома, квартиры, счета, драгоценные вазы династии Мин и прочая дорогостоящая чепуха в виде коллекционного фарфора и картин-подлинников. Старинные украшения. Несколько автомобилей. Три гостиницы: две в Москве, одна в Питере. Два ресторана: в Москве и в Сочи.
Олег слушал и тихо очумевал: знал, что Рузанов весьма состоятельный человек, но оказалось, он и наполовину не представлял – насколько!
Олег покосился на Лизу.
Та сидела с нечитаемым выражением лица, словно не она только что превратилась если не в самую состоятельную женщину страны, то в одну из самых богатых женщин столицы.
Правда, когда он заберёт акции Техногрупп, её рейтинг заметно понизится, но и без них Елизавета явно по миру не пойдёт.
«Чёртов старик – как ловко зашифровал имущество! Если бы я знал весь список, то непременно бы внёс коррективы в наш договор. Ну зачем ей столько бабла, скажите на милость? Да она профукает всё, а я бы вложил в дело. Надо будет попробовать с ней поговорить. Может, получится убедить передать мне хотя бы рестораны и отели?»
И в этот момент юрист наконец дошёл до холдинга.
Левин приосанился, приготовившись внимать.
Но…
Но душеприказчик внезапно огорошил:
  
- Распоряжения относительно холдинга Техногрупп и принадлежащего ему контрольного пакета акций Николай Дмитриевич оставил в дополнительном завещании закрытого типа. Согласно воле усопшего, оно будет вскрыто в течение 15 дней со дня оглашения первой части. О времени и месте все заинтересованные лица будут уведомлены в письменном виде.