Сун Хун Чай, не осерчай! (СИ)

— Спасибо за предупреждение, — кивнул я медику. — Не волнуйтесь, это вполне ожидаемо.
— В таком случае, оясуминасай, Сун-сан, — делая типичный поклон, попрощался белый халат.
— Аригато годзаимас, Ясуда-сан, — ответил я, выудив из памяти реципиента стандартное прощание. Надо будет плотно заняться не только тренировками, но и сортировкой памяти.
Впрочем, первым делом стоит задуматься о сохранении своего ментального тела, которое в отличие от физического, сейчас не в самом лучшем состоянии.
Пройдя первую адаптацию организма к новому сознанию, я получил доступ к более сложным процессам. Воспринимать ментал тоже стало проще. Ровно как и осознать весь масштаб проблемы и перспективы для дальнейшей работы.
А работы мне предстояло не мало. Весь массив данных, собранных мной за три века использования ментала, предстояло заархивировать в кратчайшие сроки, опуская вероятность получения проблем с физическим телом. Раз уж я всё равно в больнице, можно не сдерживать себя и напрягать ментальные мышцы на полную.
Чем я и занялся, запустив полноценную диагностику ментального тела.
Проведя анализ полученных данных, я едва не рассмеялся в голос, причем нервным смехом. Можно сказать, что тот «я», который сейчас находится внутри Хун Чая, и тот «я», который ещё вчера прощался с Данилой, это две разные сущности. Ведь ядро моей личности заметно смешалось и деформировалось, во время «перерождения» вгрызаясь внутрь реципиента.
Если говорить аналогиями, бочку мёда вылили на ложку дёгтя, причём под напором, счищая изначальное содержимое. И сейчас я нахожусь в состоянии эдакого огрызка, не совсем себя, но и совсем не Хун Чая. А чтобы вернуться в прежнее состояние, нужно собрать все остатки, пока те не растворились в ментальном поле. Ну или начинать жизнь может и не совсем с нуля, но без массива накопленного опыта. Чего мне бы очень не хотелось.
Впрочем, без плюсов всё же не обошлось. Повреждения пока что были минимальными, а моих возможностей даже без использования сторонних мозгов было достаточно для архивации. Всё же сохранить, не равно усвоить.
Единственное, что сильно смущало — крайняя нестабильность конструкции. Пока что мне везло, и колебания ментала не привели к появлению ментальных царапин и трещин, но до окончания архивации мне лучше воздержаться от использования техник.
Снимать с меня трубки пока никто не спешил, так что я просто прилёг обратно и погрузился в подобие медитации. Хотелось бы узнать больше об этом новом мире, но я не могу позволить себе потерять себя. Да и телефон у меня изъяли, а нового гаджета не завезли.
Примерно через час после ухода Ясуды в палату заглянула уже знакомая мне медсестра. Айкава, кажется. Не хочу тратить лишние силы на уточнение.
— Сун-сан, не спите? — немного робко спросила у меня девушка. — Не против, если я приступлю к работе?
— Айкава-сан, для вас, что угодно, — приоткрыв глаза, улыбнулся я. — Вверяю себя в ваши руки!
Не скажу, что я такой уж специалист по общению с девушками — основной массив данных по этой теме сейчас болтается где то в ментальном поле — но проявить немного внимания можно и без должного опыта.
— Спасибо за доверие, — улыбка так и расцвела на лице медсестры. — Не волнуйтесь, я сейчас сделаю немножко больно, но это быстро пройдет.
Извлечение из мясного тела трубочек и датчиков и правда оказалось не слишком приятной процедурой. А глушителя боли при себе у меня не было, да и не пользовался я им, не считая совсем уж крайних случаев.
— Вау, а вы крепкий орешек, — перейдя на шёпот, сказала Айкава. — Даже не поморщились!
— Спасибо, всё благодаря вам, — сказал я, настроив тембр голоса на более подходящий ситуации. — Не придется теперь лежать без дела, наконец-то смогу размяться.
— Вы мне льстите, — озорно ухмыльнулась японка. — Но это приятно, не буду скрывать.
— Мне не сложно, — присел я на кровати, наконец сравнявшись в росте с низенькой, но очень аппетитной медсестрой. А далее уже на рефлексах поддержал разговор. — Если что, обращайтесь, буду рад составить компанию. Тем более, что я здесь на какое-то время задержусь.
 
— Я подумаю, — не скрывая улыбки, кивнула японка, но не стала развивать эту тему.
И вот уже из этого сразу становится ясно, что это ответ в духе «ваш звонок очень важен для нас». Так уж тут принято, нужно уметь читать воздух — или атмосферу, если по нашему. Вежливо предложил, получил не менее вежливый отказ. Все довольны, всем спасибо, все свободны.
А вот в случае, если бы это было согласие на дальнейшее взаимодействие, то я бы уже сейчас узнал где и когда случится следующая встреча. В таких случаях важна именно что точность и планирование, а не абстрактные понятия.
Впрочем, не велика потеря. Попробовать стоило, но и рассчитывать на интрижку с знающей себе цену японкой пока рановато. Одно только имя, уж не говоря о текущем статусе, отталкивает от меня всех потенциальных девиц из числа местных. Тут уж ничего не поделаешь, в этом теле любое взаимодействие с местными изначально начинается с отрицательного баланса.
— Если что-то будет нужно, нажмите на кнопку вызова, — показала Айкава взглядом и дождалась пока я прослежу за ним. — Вот эту, да. Хорошего вам дня, Сун-сан!
Попрощавшись с медсестрой, я уже собрался продолжить архивацию, но нет, сегодня я был нарасхват. Те же самые сотрудники полиции вернулись закончить начатое.
— Конбанва, Сун-сан, — обратились ко мне офицеры. По нашему, это «добрый вечер», с уважением между равными по статусу.
— Конбанва, — поклон, все дела. — А вы?..
— Оониси-сан, — представился один из них, а затем и второй. — Утида-сан.
— Догадываюсь, о чём вы хотите меня спросить, — перехожу сразу к делу. — Готов дать показания по случившемуся.
— Благодарю за содействие, — кивает Утида-сан, доставая блокнот. Обычный такой, размером чуть меньше ладони и с палец в толщину. Заметив мой взгляд, офицер поясняет. — А. Это больше для вида, ну и на случай, если нужно будет отметить детали.
— А так, разговор записывается, — продолжает Оониси-сан. — И сразу же переводится в текст. Технологии!
— И как, хорошо работает? — решаю поддержать разговор. — Не окажется потом, что ответы записаны с ошибками?
— Ещё как работает, с этим у нас строго, — кивает Утида-сан. — Не волнуйтесь, все ваши слова будут в чистом виде, без предвзятости и перевирания. Человеческий фактор полностью исключён.
— И более того, одновременно с этим сразу же ведётся проверка на достоверность, — не скрывая улыбки продолжает Оониси-сан. — На случай, если вы решите что-то утаить или исказить информацию.
О как, до чего техника дошла. Не ментал, но тоже чего-то стоит. Надо бы тоже раздобыть себе такую игрушку и провести калибровку навыков для обхода проверки на достоверность. А пока, придётся справляться самому.
Повторить уже заготовленную версию, зная о том, что мои слова — точнее сказать, данные организма — считываются устройством, которое для меня тот ещё чёрный ящик, было не так-то просто.
Впрочем, в ответ на сканирование себя, я вполне себе читал реакции офицеров, и мог с уверенностью сказать, что все этапы проверки прошли успешно.
— Тяжело вам пришлось, Сун-сан, — вполне искренне сказал Утида-сан после допроса. — Не завидую вам, даже несмотря на то, что всё закончилось более, чем успешно. Поздравляю с новым телом, в вашем возрасте получить разряд, всё равно что заново родиться, уж простите за прямоту.
— Спасибо, Утида-сан, — киваю ему. — Самому не верится, что это произошло.
— Да-даа, учитывая что вы пережили, не лишним будет скорее прикупить лотерейных билетов, — добавляет Оониси-сан. — Пока удача не сошла, не поздно!
— Оониси-сан, не стоит забывать, что мы на работе, — по-дружески шикнул на него Утида-сан. — Не навязывай другим свои привычки, тем более вредные.
— Не слушайте его, Сун-сан, — отмахнулся от коллеги Оониси. — Утида-сан просто завидует, ведь сам ещё ни разу не выиграл.