В горах моё сердце (СИ)

— Я слушаю, — повторила она.
Молчание. Конечно! Что они скажут?! Что они вообще могут сказать?
— Лена, я думаю, мы завтра поговорим, когда ты успокоишься…
— Я спокойна. Не кричу, не тыкаю в вас пальцем и даже, — она порылась в сумочке, достала влажные салфетки, — на вот, сестричка, у тебя помада размазалась. И у тебя тоже, Давид.
Лена протянула еще одну салфетку Давиду, подняла букет и швырнула обратно в салон.
— Нужно стойкой пользоваться, чтобы избегать подобных конфузов, — сказала Лена, сама не веря в свою выдержку.
— А ты у нас спец, сестричка. Спасибо за совет.
— Не за что… сестричка, — улыбнулась Лена. — Ну! Я вся внимание.
— Я сказал завтра.
Лена смотрела на него несколько мгновений. Принц на глазах превращался в лягушку, а ее сердце покрывалось кровоточащими трещинами. Дура! Слепая дура! Но теперь все встало на места!
Она не стала спорить, с Давидом. Решила, что не нужны ей их жалкие оправдания Посмотрела на них свысока. Кричать и позорить сестру Лена не будет.
— Скажете всем, что у меня голова болит. Я домой.
— Вызову тебе такси, — Давид потянулся за телефоном.
— Вызови.
Дома Лена сразу же приняла душ, собрала свои вещи. На дворе было лето, но она собрала все: и летнее, и зимнее. Переносила все это в старенькую машину в несколько заходов. Проверила зарплатную карточку. Забрала ноутбук. Благо работа на удаленке — повезло. Мадина даже этому завидовала. Хотя ничего ей не мешало найти клиентов и работать. Они вместе оканчивали курсы по фотошопу. Нашла чему завидовать.
Сидя в машине, набрала тете Изете и рассказала всю правду. Отметила про себя, что тетя даже не удивилась. Вот и все, что ей нужно знать о близких людях.
— И куда ты собралась на ночь глядя?
— В горы, тетя. Не хочу вас больше видеть. По крайней мере, не сейчас.
Глава 7. Фамильный дом
Решение ехать ночью в горы показалось Лене глупым с того самого момента, как асфальтированная дорога свернула вбок, утонув в тишине и мраке непроглядной ночи. Не особо помогали фары. Лене стало неуютно. Создавалось ощущение, что она едет по краю бездны наощупь.
Продолжать путь было страшно, ведь можно слететь с обрыва. Двигаться приходилось буквально на ощупь. Машина медленно катила по каменистой горной дороге, под колесами громко шуршал гравий.
В какой-то момент ей захотелось вернуться, но представила, что встретит дома сестру и неприятное стыда чувство за чужой проступок затопило ее. Разозлилась на себя. Ей нечего стыдиться, а смотреть в глаза Мадине все равно трудно. И ночевать с ней в одной комнате невыносимо! Да и развернуться на узкой горной дороге невозможно ночью.
Потом хотела заночевать на обочине, но не решилась — страшно. Будто в подтверждение ее мыслей вдалеке раздался вой шакалов.
До села добралась через четыре часа, вместо двух. С трудом нашла свой дом. В темноте он показался чужим. Подобрав ключ из связки, отперла калитку, отворила низенькие ворота. Под лай соседских собак вкатила машину во двор.
— Ты кто такая? — раздалось с улицы. В темноте невозможно было разглядеть говорящего.
— Я… новая хозяйка. Недавно купила этот дом.
— Аслан в курсе?
— Какой Аслан? — по спине Лены пробежал холодок. Неужели ее обманули с документами.
— Хозяин дома. Ааа! Тебе Анжела продала!
— Да-да. Анжела Цаллагова!
— Ловко она! Интересно, а Аслан в курсе? — повторил он вопрос.
Лена вглядывалась во тьму, стараясь хоть немного разглядеть незнакомца. Судя по хриплому дрожащему басу, он был уже немолод.
— А в чем, собственно, проблема?
— Да это у них фамильный дом. Общий. Ладно, потом разберетесь. Помочь тебе?
Человек вышел на свет. Незнакомцем оказался довольно крепкий сухонький старичок. А по зычному голосу, Лене показалось сначала, как будто огромный мужик с ней разговаривал.
— Нет, спасибо. Я сама справлюсь.
— Ладно, — сказал он, прищурившись, — завтра к тебе моя хозяйка зайдет. Познакомиться. Доброй ночи! Меня Салико зовут. Живу вот в этом доме. Напротив.
Он вошел в свою калитку. В тишине раздался женский голос:
 
— Это кто?
— Девушка какая-то приехала. Забыл имя спросить. Анжела ей дом продала.
— В три часа ночи приехала? Странно. Аслан знает о доме?
— Завтра ему позвоню. Пусть с ней сам разбирается.
Где-то в темноте хлопнула дверь, продолжали лаять собаки, мирно спали в своих кроватях люди. Лена посмотрела вверх — чёрный бархат неба украшали миллиарды звезд. Они были так близко, что, казалось, протяни руку и сможешь сорвать себе одну. Земля в горах близко к звездам. Человек в горах тоже близок звездам и бесконечно одинок.
В душе царила космическая пустота — любви больше нет, да и семьи тоже. Ведь предательница Мадина как-никак дочь дяде Мурату и тете Изете. Ей они все простят, потому что любят. Она их родная дочь. А Лена кто? Так, приблудная племянница. Да и поступила она как истеричка. Сбежала из дома, будто преступница. Перед внутренним взором встало лицо Давида, но если еще вчера она видела его в теплом золотом ареоле своей любви, то теперь его образ мерзко перемешивался с образом Мадины, причиняя боль. К горлу подкатил ком. По щеке пробежала горячая, полная обиды слеза.
— Не буду плакать, — сказала она тихо, стерев кулаком мокрый след. — Не буду плакать из-за этого гада!
Но слезы потекли и Лена села на порог, закрыв лицо руками. Перебирала в уме свое горе с мазохистским упоением.
Еще этот страшно загадочный Аслан. Ничего про него не слышала от Анжелы, и в документах такого имени не было. Лена вздохнула и сжала кулаки. Нет уж! Хватит. Этот дом у нее никто не отберет, потому что это единственное место на свете, которое она сейчас может назвать своим пристанищем. Заринка все документы тщательно проверила. Дом ее и точка! А с Асланом, если понадобится, она будет воевать. Она встала и решительно захлопнула калитку и закрыла ворота на засов.
В доме было темно и тихо. Пахло спертым, застоявшимся воздухом и пылью. Пришлось светить себе фонариком телефона. Деревянный пол под ногами поскрипывал. Завтра нужно будет найти рубильник, а сегодня Лена найдет кровать.
Проснулась она оттого, что на улице с диким визгом носились дети. Лена не сразу поняла, где находится. Растерянно стала разглядывать комнату залитую солнечным светом. На телефоне мигал значок пустой батарейки. Непринятые вызовы от родственников и бывшего жениха укололи совесть — заставила людей волноваться. Некоторых из них, по крайней мере. Она решила набрать Зарине.
— Привет.
— Привет, — послышался встревоженный голос. — Как ты? Все волнуются, Мурат чуть не убил Мадину. Хорошо хоть скандал не вышел за рамки семьи.
— Я в порядке. Поживу на даче. Про какой скандал ты говоришь?
Зарина запнулась.
— Лена, ты почему сбежала? Из-за них, да? Заур хотел набить Давиду м… лицо, когда узнал, что ты уехала не пойми куда ночью. Теперь говорит, что сестры у него больше нет. Почему все думают, что Мадя его невеста?
К горлу подкатил ком. Лена с трудом сглотнула.
— Потому что… Зарина, я тебе потом расскажу все, ладно? — ее голос дрожал и с головой выдавал то горе, которое выпало на ее долю. — Слушай, у меня более важный вопрос. Здесь про какого-то Аслана мне сказали. Он может претендовать на дом?
— Никто не может. Я все проверила. Документы чистые. Возвращайся, Лена. Глупо было убегать.
— Я понимаю, что глупо, но не могу. И еще этого Аслана дождусь. Мой телефон сейчас отключится. Не пугайся, ладно?
— Хорошо. Звони, если что.
— Пока…
Только она положила трубку, как в дверь постучали.
Сначала у Лены упало сердце от страха. Неужели это тот пресловутый Аслан, который снился ей всю ночь? Сон получился фантастически маниакальным. Сначала ей приснился Давид. Он что-то ей говорил голосом Мадины, а потом сон изменился: Лена стояла на краю обрыва и говорила незнакомцу, что это ее дом, и она не позволит его забрать. Потом незнакомец женился на Мадине… Сумбур, в общем.