В горах моё сердце (СИ)

Давид представил, как Лена смотрелась бы рядом с его матерью сейчас. Неловко и мило. В который раз пожалел о своей безмозглости. Зачем ей изменил? И с кем?! Не привык отказываться от женщин, если они сами лезут. А надо было отказаться.
Хотел бы все исправить, но теперь уже поздно. Родители спят и видят внуков и повзрослевшего сына подле себя. Единственный плюс: Мадина шикарна. Красивая и яркая, как алая роза. Или нет. Скорее как кукла.
— У вас же племянница есть незамужняя, насколько я помню, да, Изета? — вопрос, который задала мать, выдернул Давида из задумчивости.
Будущая тёща согласно кивнула.
— Да, ее зовут Лена.
Мать радостно хлопнула в ладоши.
— Ой! Моя подруга ищет сыну невесту из хорошей семьи. Мы могли бы их познакомить, если она свободна, конечно. Кто знает, может быть, они понравятся друг другу. Будет еще одна красивая пара. Там очень хороший мальчик. Образованный, работящий.
— Добавь еще: молодой и красивый, — Давид не смог сдержать сарказм.
— Да! Так и есть. Ровесник моего Давидика.
Давид поморщился. Мать чувствовала, что он не остыл к Лене. Всегда читала его как книгу. А теперь интригует, чтобы не совершил глупостей.
— Было бы хорошо! Леночка у нас такая тихая и скромная. Очень переживаю, что останется старой девой. Двадцать три года ей уже, так и сидит одна. Ни с кем не знакомится. В село уехала жить. Вот скажите, Майя, разве может молодая девушка в двадцать три на примете никого не держать?
Давид не выдержал:
— А что за село?
В воздухе повисла небольшая пауза. Три пары глаз уставилось на него.
— Один маленький аул. Это неважно, — отмахнулась Мадина, кинув на него серьёзный и проницательный взгляд.
Расспрашивать не было смысла. Не скажут. Решил продолжить тему:
— С Артуром ее знакомить собралась? У него, кажется, есть девушка.
— Тебе только кажется, — мило прощебетала мать. — И его мама тоже так не считает. Решено. Скоро праздник будет. Мы устроим банкет для близких друзей и знакомых. Там и сведем наших одиноких голубков! Я вас уверяю, это очень хорошая семья. Ваша девочка будет в надежных руках! Скажу своему мужу, чтобы он с Муратом поговорил. С его одобрения устроим знакомство!
Давид усмехнулся. Стервы! Технично убирают Лену с дороги. И самое обидное, у них все получится. Артур хоть и придурок, но сразу просечет, что к чему. Вряд ли он откажется от такой девушки.
Глава 21. Праздник урожая
В последний понедельник осени Лена ждала гостей. Ноябрь выдался холодным и ветреным, несмотря на солнечную погоду, холмистые леса больше не были изумрудно-зелеными или рыжими, листья облетели, и холмы оделись в ершистый панцирь из голых деревьев. Лена натаскала из сарая побольше дров, чтобы не бегать лишний раз на холод, замесила тесто, приготовила начинку. На обеденном столе призывно поблескивала бутылка араки (самогона), которую они с Софьей и Лейлой дружно гнали летом, а потом также дружно разделили между собой. Дядя Мурат будет доволен ею. Лена в этом уверена. Рядом с аракой стояли баночки с солениями.
Старые деревянные окна пропускали уличный шум, и Лена ждала шелеста шин подъезжающей машины, но уже в который раз услышала, как застучали копыта Вавилона, поскакавшего мимо ее дома. Силой воли удержала себя на месте и не выглянула на улицу, а ведь так хотелось украдкой взглянуть на наездника. Воображение рисовало Аслана на красивом рыжем коне, которого она однажды погладила украдкой, а в другой раз скормила ему яблоко.
Аслан все эти недели провел высоко в горах. В селе бывал изредка. И избегать его получалось довольно успешно. Правда Лена не прилагала к этому делу практически никаких усилий, почему-то само собой выходило, что их пути не пересекались. Иногда ее больно колола мысль, что это не она, а он ее сторонится.
Теперь там, на высоких склонах, где паслось стадо, выпал первый снег, и Аслан вместе с остальными мужчинами вернулся в аул на радость Софье, которая ждала Джамала, и Лейле, которая ждала Аслана и своего мужа.
А вот Лена уверяла себя, что не ждала никого. Но сердце пропускало один удар каждый раз, стоило ему появиться в зоне видимости. Лене стоило больших усилий удержать беспристрастное выражение на лице, но было обидно, что он не обращает на нее никакого внимания. Он так же беззлобно шутил над всеми, улыбался, помогал соседям, осматривая их скотину и прочих животных. Иногда, по мере своих возможностей, лечил людей, в общем, жил своей насыщенной сельской жизнью, в которой Лена стала просто еще одной соседкой. Никем. Как она и хотела.
 
По ночам душа переворачивалась, не давая уснуть. Буйное воображение рисовало Аслана в объятиях другой женщины, почему-то похожей на Мадину. Лена удивлялась себе. Но стоило уснуть, как она переносилась в жаркую августовскую ночь, где под пение кузнечиков он ее снова целовал.
«Это скоро пройдет», — говорила она себе, но время шло и ничего не менялось. А однажды Лена не смогла открыть красную дверцу между их участками. Ее с той стороны чем-то подперли. Это резануло по сердцу даже больнее, чем его равнодушие.
Со стороны улицы слышалось деловое перекрикивание соседей. Сегодня начинается праздник урожая, а это значит, что гуляние будет продолжаться неделю. Последний понедельник осени особенный, как и первый понедельник зимы. В эти дни семья празднует в своем узком кругу. Все остальные дни недели люди ходят друг к другу в гости и отмечают конец сбора урожая вместе.
Печь дышала жаром. Пироги выходили как на подбор. Хоть в каталог национальной выпечки выставляй, если такой существует. Послышалось, наконец, как колеса машины прошуршали по гальке. Лена выглянула из окна — дядя Мурат приехал, а с ним и тетя Изета с Мадиной.
Лена выскочила на улицу.
— Наконец-то вы приехали! Я уже заждалась!
Первые объятия достались дяде.
— Я тоже соскучился, — улыбнулся дядя Мурат, погладив Лену по голове.
Из машины выпорхнули тетя и сестра. Сестра демонстративно куталась в шубу и сверкала драгоценностями так, будто собралась в театр, а не на шашлыки. Соседи заинтересованно на них поглядывали.
— И ты здесь живешь? — оглядываясь по сторонам, спросила тетя Изета. — В селе несладко.
— Мне нравится, — усмехнулась Лена. — Тяжело было первое время. Оказалось, что я ничего не умею, хотя раньше считала себя хорошей хозяйкой.
— Каждому свое, — сказала Мадина, пожав плечами.
Дядя Мурат хмуро на нее посмотрел.
— Салико дома, ты не знаешь? — спросил он.
— Дома должен быть. Они собирались жарить шашлыки из баранины. Судя по запаху, этим и занимаются.
Запах в воздухе действительно витал одуряющий, почти в каждом дворе жарилось мясо.
— Он говорил, что его сын мясо хорошее продает. Я поэтому ничего с собой не привез. Шашлык в горах — святое дело! Пойду, спрошу у него.
— А мы тортик привезли, какой ты любишь, — сказала Мадина, глядя на уходящего отца.
Наступила пауза, чтобы хоть как-то ее заполнить Лена решила сказать комплимент:
— Спасибо за торт. Чудесно выглядите. Похорошели обе.
— Спасибо, дорогая. Майя Сергеевна постаралась.
— Да, у мамы шикарный салон красоты, — вздернула подбородок Мадина.
— У мамы? — непонимающе спросила Лена.
— Майя Сергеевна просит называть ее мамой. У нас Давидом все серьезно.
— Рада за вас с Давидом. Пойдемте в дом?.
Тетя Изета с видом полноценной хозяйки положения прошла вперед.
Мадина схватила Лену за локоть.
— Лена, постой. Скажи, а это кто? — стрельнула она глазками в сторону соседского дома.
Лена повернулась, хотя знала, кого она там увидит. Аслан стоял к ним спиной и снимал седло с Вавилона. Точные, изящные движения рук, свободный свитер, под которым угадывалась игра мышц, старые джинсы, облегающие стройные ноги, заправлены в кожаные сапоги. Девушки подвисли. Первой опомнилась Лена.
 
— Это мой сосед.
— Да?! Ходячий секс. Он, пока мы разговаривали, на нас так смотрел! Я ему точно понравилась, — с придыханием сказала Мадина.