Не беси Комаришкина (СИ)

В одном из углов мастерской находится контора с управляющим. Этот человек следит за тем, чтобы производство не останавливалось, он ведет учет, бухгалтерию и каждый день выделяет задания мастерам.
Вот к нему то я и направился. По тому, что меня никто не одернул и не поинтересовался, а с какой целью я тут брожу, стало понятно, что производство тут дутое. Похоже клан Кот использовал мастерскую как прачечную для отмыва грязных денег. Доход в 100 000 тут только на бумаге.
Захожу в конторку и сразу представляюсь:
— Привет. Я ваш новый хозяин. Мастерская перешла ко мне во владение.
— Рады приветствовать вас, Ваше Благородие! — управляющий поднял на меня глаза, но и не подумал подниматься сам.
— Давай уж просто, «шеф» и на «вы». — смысл разводить политес я не видел. — До совершеннолетия и Благородия мне еще полгода.
— Как скажете, шеф. — угрюмо продолжил управляющий.
— К чему столько трагедии?
— Так мастерской проставляется брак с производств фактически по цене исходного сырья, без учета обработки и оплаты труда. Пока все было внутри рода — это одно, но вам по такой цене поставлять не будут.
— А у мастерской есть свои наработки? — мне стало интересно, насколько все плохо. — Какой продукт вы производили последним?
— Лампы «Летучая мышь», шеф.
— Они действительно летают? — обрадовался я. — Работают на магии?
— Они стоят на столе или подвешиваются, шеф. — обломал меня управляющий. — А заправляются керосином.
— Это же прошлый век! — от радости не осталось и следа.
— Точнее позапрошлый. Именно тогда клан Кот стал владельцем мастерской. Но мы до сих пор выпускаем эти лампы. В количестве 10-20 штук в месяц для любителей предметов «под старину».
— Мда. На таком товаре мастерская и сама себя не окупит. — я был действительно разочарован. — А как тут с производственными мощностями?
— Станки слева от входа сильно изношенны и люфтят. На них только черновые заготовки производить. У мастеров в кабинетах ювелирные станки прошлого века, с ними получше, но они только для доводки деталей или мелкой обработки.
С одной стороны эта мастерская является плюсом, так как не «прачечная», с другой стороны — производить в ней что-то реальное по современным меркам невозможно.
И не продашь! Мастерская действительно моя, а вот земля под ней — передана мне в личную бессрочную аренду без права передачи. Кому нужно такое предприятие, которое и товар толком произвести не может и арендную плату за землю в любой момент могут задрать.
— Ладно. — буду решать проблемы по мере поступления. — На сколько времени хватит лежащего на складе брака?
— Пару недель.
— Работайте! За это время я решу вопрос с материалами и профилем работ. Можете не провожать меня.
Кажется последнее я сказал зря, управляющий провожать и не собрался.
Пока ехал в такси размышлял, что надо бы озадачится и посмотреть в сети имена маман и сестры. Все же они родня этому телу, надо проявить хоть немного уважения.
Дом, дверь и пара пинков в нее. Тишина. Не понял, а где собственно слуги то?
Маман я нашел в гостиной правого крыла.
— Маман! — тон мой выражал озабоченность. — А где слуги?
— Семенушка! Тут такое дело… — маман замялась.
— Продолжайте, мама, продолжайте.
— Я шла с сумкой до биржи слуг, но по дороге встретилось казино.
— И?
— Захотела коктейль, а на рулетке они бесплатные.
— А слуги то где? — я уже примерно понимал, но мне хотелось уточнения.
— Так деньги в сумке кончились, я и не дошла до биржи.
Мда… Что я там говорил об уважении? Забыть! И не вспоминать!
— Ладно, завтра сам схожу.
Вот так. Все сам, все сам. На что, интересно, род Комаришкиных вообще живет?
И ведь замуж ее не выдать. Точнее можно, но тогда появится в доме самец и начнет претендовать на полноту власти. Нет уж! Пусть лучше маман вредит по мелочи, чем разборки с новоявленным папашей устраивать.
А в казино надо будет наведаться. Вот раскормлю финтифлюшку и возьму с них все свое! С процентами!
Пользуясь случаем обошел все этажи дома, для ознакомления с обстановкой, так сказать. Из существенного — нашел вход в подвал, хороший подвал вентилируемый. С потолком в 2.5 метра. Множество закрытых дверей, каких то каморок, пустых стеллажей.
  
Приглядел маленькую невзрачную каморку с хорошей, прочной дверью. За пять ходок перенес в нее все сумки с экспроприированным у клубного босса. Оставлять столь ценное добро в комнате при такой то матери-хозяюшке? Нет уж! Не дождетесь. Себе оставил четыре пачки самых крупных купюр. На расходы и наем слуг.
Дверь, открывающуюся внутрь, заклинил клинышком с помощью телекинеза. Чуть позже надо будет озадачиться, а пока и так сойдет. Кто не знает — может долго пытаться открыть дверь. Но без хорошей кувалды и ломика все равно не выйдет.
Перед сном полазил в магфоне, почитал что пишут в академском чате. Кто-то сделал нарезку с дуэли и из столовой. Теперь мои объяснения этикета сопровождались видео пользования столовыми приборами. Большинство считало, что я просто понтовщик. Эх… дерёвня. Ничего в этикете не понимают, а туда же — рассуждать.
На ночь дал установку своему подсознанию — ассимилировать поглощенный и разложенный по полочкам опыт. Он уже отлежался, будет восприниматься просто как знания, без изменения личностной матрицы.
Пора начинать разбираться в мире, мне тут жить еще долго. Надо не только встраиваться в общество, но и потихоньку прогибать его под себя.
Начинаю готовиться ко сну, расстегиваю ремень брюк и … бабац — из-за пояса падает пистолет. Это что? Я таскал его целый день с собой и даже на дуэли с ним был? Мда… Внедрение великого меня, погибели богов, похитителя черных дыр, и тд и тп в тушку юного дарования не прошло бесследно. Притупел я, скатился в адекватности до уровня молодого юноши.
Впрочем, я всегда был несколько эксцентричен, да и от чувства тела отвык. Даже и не обращал внимания на небольшой дискомфорт, раз что-то упирается в поясницу — значит так и надо.
Сунул пистолет под подушку и завалился в кровать.
Ночной сон всегда хорош. Особенно после активного дня насыщенного событиями. Он глубокий, безмятежный. Им можно наслаждаться двенадцать часов подряд без перерыва.Особенно сладок сон под утро, когда первые лучики солнца только проникают сквозь тюль занавесок. Они еще не столько сильны, что бы разбудить, но организм их уже почувствовал и старается по максимуму насладиться тем небольшим промежутком времени, который остался до пробуждения.
— Братик! — наслаждения сна прервал истеричный визг.
Я натурально подскочил на кровати и уставился на сестренку стоящую посреди моей комнаты с недовольно-обиженным видом, смотрящую в угол, где еще вчера лежали баулы с деньгами.
— Где деньги, братик? — перевела она недовольный взор на меня.
— А ты не охренела, сестренка? — честно говоря я был еще в ступоре от резкого пробуждения. — Врываешься в МОЮ комнату, орешь, да еще и за деньги спрашиваешь!
— Тут вчера были деньги! — лицо сестры перекосила ярость. — Я их сама отсюда брала горстями! Пять раз за день! Признавайся, подлец, куда ты их дел!
Сестра произнося свой спич приблизилась ко мне почти вплотную и, похоже, была готова вцепиться в меня своими ухоженными когтями.
— Бац! — хорошая оплеуха откинула потерявшую человечность самку на полметра и слегка привела ее в сознание.
— Вообще то, это МОИ деньги. И тебе дела быть до них не должно! — все же не зря я вчера убрал сумки подальше и понадежнее. — Какого ты на них вообще позарилась?
— У тебя тут нет ничего своего! — аура сестренки забурлила, не иначе, как решила прибегнуть к магическим аргументам. — Мы род! У нас все общее!
— Сидеть! — я устроил разность потенциалов между полом и пятой точкой сестренки.
Щелкнул разряд электричества, за ним раздался визг и «бамс». Сестренка выполнила команду. А как не выполнить, когда мышцы ног вздернулись, расслабились и теперь дрожат самостоятельной жизнью.