Дорогой сосед (ЛП)

— И умён, поверь. Ходят слухи, что он окончил Массачусетский технологический институт.
— МТИ? Серьёзно?
— Ага. Не суди книгу по обложке. Дэмиен что-то изобрёл, патент продал, а вырученные деньги вложил в недвижимость. Теперь он просто собирает арендную плату и занимается тем, чем действительно хочется — искусством.
— Ничего себе. Это… впечатляет.
— Только, если что, я тебе этого не говорил.
— Поняла, Мюррей.
— Какие планы на вечер?
— Да ничего особого. Сейчас возьму что-нибудь из еды навынос и обратно домой.
— В таком случае, приятного ужина.
— Спасибо.
Двадцать минут спустя я вернулась в квартиру с тостонес3 и пуэрто-риканским рисом с голубиным горошком из моей любимой закусочной «Casa del Sol».
Быстро расправившись с едой, я села в спальне и немного помедитировала, чтобы подготовиться к беседе с доктором Литл, «специалисту по травме отношений».
Брала за сеансы она немало — двести долларов. Идея поговорить с кем-то о своих чувствах принадлежала моей маме. Хоть я и не была уверена, что это помогало, наши разговоры всё также состоялись каждый вторник в полдевятого.
Наверное, мне стоило отправлять счета за них Элеку.
* * *
Складывая постиранное бельё в спальне, я одновременно общалась со своим терапевтом по громкой связи.
— Ты часто поднимаешь этот вопрос, Челси. Любил ли тебя Элек по-настоящему. Думаю, это можно объяснить, проведя аналогию с единорогом.
— Единорогом?
— Единорог — это что-то фантастически прекрасное и недосягаемое, так?
— Допустим…
— Такой была Грета для Элека. Она находилась под запретом, и он исключил возможность отношений с ней. Тогда Элек сумел полюбить тебя, и эти чувства были вполне искренними. Однако когда единорог внезапно оказывается в пределах досягаемости, всё меняется, ведь его притягательность необычайно велика.
— То есть Элек действительно меня любил, но только когда думал, что не может быть с Гретой. Она его единорог. А я нет.
— Верно… ты не его единорог.
— Я не его единорог, — повторила я шёпотом. — А можно…
— Мне жаль, Челси, но наш сеанс на сегодня закончен. Продолжим эту тему в следующий вторник.
— Ладно, спасибо, доктор Литл.
Тяжело выдохнув, я плюхнулась на кровать и попыталась осмыслить только что услышанное.
«Единорог. Хм…»
Услышав смешок, я замерла.
Сначала я думала, что мне показалось, но смех повторился, и он исходил из-за стены у изголовья кровати.
Я вскочила на ноги.
— Единорог. Что за хрень? — произнёс глубокий голос, прежде чем опять рассмеяться.
Дэмиен.
«Он слышал наш разговор!»
Мой желудок сжался.
Как ему удавалось всё слышать через стену?
— Ты подслушиваешь? — спросила я.
— Нет, это ты мешаешь мне работать.
— Я не понимаю.
— В стене дыра, и во время работы мне приходится выслушивать твои бредовые сеансы по телефону.
— Дырка в стене? И ты о ней знал?
— Да, руки не доходят починить. Она была здесь до того, как я купил здание. Её, похоже, использовали как дырку для члена4 или ещё какого-нибудь дерьма.
— Ты слушал мои разговоры… через дырку для члена?
— Нет, это ты трепалась с людьми, которые разводят тебя на деньги, и действовала мне на нервы… через дырку для члена.
— Ты такой…
— Мудак?
ГЛАВА 4
От тебя бекона сносит крышу
На следующий день на работе меня не отпускала мысль о том, что Дэмиен слышал мои разговоры с психологом. Это вообще законно?
После его признания прошлой ночью, я быстро прервала нашу беседу, уйдя в гостиную. Там я прикончила бутылку вина «Зинфандель», закусывая смесью для выпечки печенья.
К счастью, времени на обдумывание произошедшего особого не было: день в центре выдался напряжённым. Там состоялся ежегодный вечер «Завтрак на ужин», когда все работники готовили на просторной кухне огромный завтрак для детей. Мне поручили пожарить несколько килограммов бекона.
Однако мысли о вчерашнем вечере вновь настигли меня, когда я возвращалась с работы, насквозь пропитавшись запахом бекона. Я заметила, что отверстие в стене находилось прямо за изголовьем кровати. Единственным плюсом было то, что, если моя спальня прилегала к кабинету Дэмиена, возможно, по вечерам он не часто там бывал. И, может быть, он слышал не все сеансы. Или я просто занималась самообманом.
 
Сколько же ему было известно? Я делилась с доктором Литл довольно личными вещами. Пытаясь вспомнить всё, что могла выболтать, я чуть не врезалась в прилавок с фруктами по дороге домой.
Подойдя к нашему зданию, я уже довольно сильно распалилась и сгоряча направилась мимо своей квартиры прямиком к Дэмиену. Его псы, обычно молчавшие по вечерам, почему-то заходились в лае.
Громко постучав в дверь, я планировала потребовать от соседа подробного отчёта о том, что именно он слышал через стену. Когда он не открыл, я постучала ещё сильнее. Лай усилился, но ответа по-прежнему не было. Дверь отворилась только тогда, когда я уже собиралась развернуться и уйти.
Стоявший за ней Дэмиен был полностью мокрым. С его тёмных волос стекали капли воды, скатываясь по лбу и перетекая на грудь. Пресс, словно высеченный из камня, служил доказательством того, что тренировался парень не зря. Дэмиен обернул небольшое полотенце вокруг талии, а в остальном его тело осталось полностью обнажённым.
Обнажённым, мускулистым и рельефным.
«Чёрт. Как же он горяч».
Я заставила себя поднять взгляд.
— Почему ты открываешь дверь в таком виде?
— А почему ты как ненормальная сюда долбишься? Я не хотел выходить из душа, но подумал, что случилось что-то серьёзное. И что за запах? Это ведь не бекон?
— Это он. Я готовила на работе…
— Твою мать! — прорычал он сквозь стиснутые зубы.
— Я пришла обсудить с тобой дыру в стене, которую надо заделать, но, очевидно…
Прежде чем я успела закончить предложение, из-за его спины выбежали два чёрных ротвейлера, врезались в меня всем своим весом и повалили на пол. Пока я лежала, они лихорадочно облизывали моё лицо, шею и грудь, иногда прикусывая ткань футболки.
— Убери их от меня! — испуганно выкрикнула я.
Дэмиен с трудом оттащил огромных псов, оставляя меня покрытой слюной с ног до головы.
Затащив их в квартиру, несмотря на сопротивление, он вернулся в коридор и захлопнул за собой дверь.
Когда я взяла протянутую мне руку, он медленно, но настойчиво поднял меня с пола, словно я была лёгкой как пёрышко.
Не находя слов, я опустила взгляд и увидела, что от моей футболки оторвали кусок, выставляя напоказ лифчик.
Дэмиен выглядел растерянным.
— Челси, я…
— Теперь доволен? Смотри, что они натворили!
— Чёрт, ты серьёзно? Чему тут радоваться? Они просто без ума от бекона, он на них действует, как валерьянка на кошек, вот они и набросились. Дёрнул же тебя чёрт прийти сюда с этим запахом.
— Мне пора, — ответила я, направляясь к своей двери.
— Погоди. — Дэмиен попытался меня остановить.
— Не надо, пожалуйста. Просто хочу стереть произошедшее из памяти.
Я вернулась в квартиру, оставив его стоящим на лестничной площадке в одном полотенце.
***
После горячего душа я немного успокоилась и решила, что, возможно, слишком бурно отреагировала, обвинив Дэмиена в нападении собак. Он быстро стащил их с меня, а это было не просто, ведь ему пришлось в то же время удерживать полотенце, чтобы оно не слетело.
К тому же он, скорее всего, собирался извиниться, когда я его прервала. Вопрос с подслушиванием всё ещё предстояло решить, но сегодня на это у меня уже не осталось сил.
Я взяла сумку и направилась на выход из квартиры, чтобы купить в ближайшем магазинчике что-нибудь для легкого ужина, но чуть не запнулась за небольшой пакет, оказавшийся за дверью. Наклонившись, чтобы его поднять, я узнала логотип магазина «У Каспера», в котором продавали одежду с забавными надписями.