Крещение огнём (ЛП)
Изумрудный луч прошёл от левого плеча в голову «Бушуокера», разлившись по армированному стеклу фонаря кабины. Кабина затряслась с немыслимой силой, бросая Коннора то на ремни безопасности, то на спинку кресла. Ремни больно впились в его грудь, и перед его глазами стояла багрянистая дымка от яркой вспышки лазера.
Зазвучало ещё несколько сигналов тревоги, звук в закрытой кабине «Бушуокера» был оглушающим. А Синклер видел недостаточно хорошо, чтобы понять, какие возникли неполадки!
Дышать было тяжело, грудь и живот были в ссадинах от ремней безопасности. Сигналы тревоги продолжали звучать. Коннор заморгал, избавляясь от оставшихся на сетчатке пятен. Туман исчезал, и зрение возвращалось.
Только поляризационное напыление на армированном стекле кабины и на лицевой пластине нейрошлема спасло лейтенанта от необратимых повреждений, хотя в бою даже секундная слепота могла оказаться смертельной.
Диаграмма повреждений показывала серьёзную потерю брони на всём мехе. Броня на левой руке «Бушуокера» теперь была частью истории, изумрудные лучи средних лазеров «Оуэнса» наконец пробили защиту и перерезали миомерные мышцы и плечевой привод. Она теперь бесполезно свисала вдоль бока боемеха. Остальной урон в основном был сосредоточен на левой ноге, правом боку и голове, обещая получение пробоин в этих местах в скором времени.
Если он даст воину Дымчатых Ягуаров шанс.
Быстро отключив раздражающие сигналы тревоги, Коннор, работая рычагами, начал по небольшому радиусу обходить лёгкий мех.
«Оуэнс» начал разворачиваться, но недостаточно быстро. Пар и грязный чёрный дым сочились из нескольких пробоин, покрывавших верхнюю часть корпуса небольшого омнимеха. Повреждение тепловой защиты, которое он получил ранее, перегрело «Оуэнс», лишив его скорости и, вероятно, затрудняя прицеливание. Скорее всего, пилот клана не имел возможности заменить радиаторы машины на модели Дымчатых Ягуаров, оставив «Оуэнс» уязвимым после лазерных залпов.
Это было преимущество.
Это было всё, что нужно.
Коннор мрачно улыбнулся, предугадав действия воина Ягуаров, и направился вперёд по малому кругу за теперь ограниченный сектор поворота «Оуэнса». Слишком рвущийся в бой клановский пилот пытался зайти в заднюю арку к «Бушуокеру», и вырвался слишком далеко. Теперь же Коннор зашёл «Оуэнсу» в спину.
Большой лазер выпустил рубиновый луч, пробивший лёгкую броню омнимеха, ещё больше повреждая тепловую защиту. Дрожь, заколотившая «Оуэнс», вероятнее всего говорила о том, что луч также задел корпус гироскопа.
Пулемёты машины Коннора начали бить в дыру, пробивая путь к адскому пламени, скрывающемуся в сердце каждого боевого меха.
Золотое пламя вырвалось из пробоин в броне груди «Оуэнса», оно пожирало мех изнутри, пламя выплёскивалось из коленных и тазобедренных суставов. Машина разлетелась на части как тряпичная кукла, у которой разрезали все швы. Осколки брони осыпали «Бушуокер», покачнувшийся от взрыва. Несколько больших фрагментов, бывших когда-то сервоприводами и титановым скелетом, врезались в мех Синклера, словно «Оуэнс» пытался забрать более крупного противника с собой.
Лейтенант удержал мех на ногах, снова удержавшись в кресле только благодаря ремням безопасности. «Бушуокер» возвышался над изломанным остовом «Оуэнса» и выжженным полем боя, усеянным дымящимися обломками. На нашлемном дисплее не было видно никаких врагов.
Поле боя было чистым.
* * *В десяти минутах ходьбы от того места, где он уничтожил «Оуэнс», Коннор нашёл три машины мобильной полевой базы, стоящие треугольником на дне неглубокой промоины. Томас Соренсон выбрал удачное место. Коннор, проверив состояние брони и урон левой руке меха, с облегчением отметил, что это место было достаточно ровным для разворачивания ремонта. Также надо было осмотреть автопушку, Синклер не собирался снова терять своё лучшее оружие посреди схватки.
Пятидесятипятитонный «Бушуокер», несомненно, когда-то выглядел и лучше. Однако было подбито три клановских меха и уничтожена станция связи. Неплохой день, хотя лейтенант бы на этом и остановился, пока везёт.
Этому не суждено было случиться.
— Рады видеть вас, лейтенант, — помахал рукой Соренсон, стоящий на земле возле одной из МПБ и державший ручную рацию. — Готовы захватить планету? Надеюсь, что да.
Синклер остановил «Бушуокер» между тремя машинами, но не начал процедуру отключения.
— Что вы имеете в виду?
В словах Соренсона не содержалось каких-то личных чувств, как и должно было быть в хорошем отчёте разведки.
— Я имею в виду, что мы всё ещё должны атаковать фабрику. Вы, Доминик Пэйн и эти три МПБ.
— Доминик выжил?
— Он вышел на связь всего несколько минут назад. Направляется к нам. На связь с «Эклипсом» также вышли выжившие из Коммандос-два. Два меха и машина МПБ пытаются завершить задачу на южной гидроэлектростанции.
Это были не лучшие новости, но, по крайней мере, обнадёживающие. Вторая команда должна была десантироваться после его людей. Если двое из них успели высадиться, то Тесса и Кейт также должны были выжить и, возможно, сейчас пытаются встретиться в условленном месте. Но…
— Эвакуации не будет?
Даже из своей кабины лейтенант видел, как Соренсон покачал головой.
— Запустите плёнку, — приказал капрал.
Зазвучал чей-то голос. Коннор узнал его, несмотря на металлические нотки и искажения от записи и ретрансляции, это был Натан Тэйлор, капитан «Эклипса».
— Мы так и не определили состояние межпланетного корабля «Блэк Хаммер». Полагаем, он сбит. Действуйте в соответствии с инструкциями, пока мы не обеспечим вашу эвакуацию. Тэйлор, конец связи.
— Это официальный ответ капитана Тэйлора на мой запрос об информации, я подумал, что вы сами захотите его услышать. Он посадил свой корабль в горах на севере полуострова, не желая подвергать его риску быть сбитым тем же, что сбило «Блэк Хаммер». Коммандос 4, 5 и 6 стараются пробиться через горные перевалы на полуостров, чтобы встретиться с нами и вытащить отсюда, но все они столкнулись с сопротивлением. В общем и целом, на данный момент, когда произойдёт наша эвакуация — неизвестно. От нас ожидают выполнения боевой задачи.
Ни одна обычная операция бы не продолжилась после таких катастрофических потерь. С другой стороны, это была не рядовая операция мехвоинов по захвату планеты. И, несмотря на то, что всё складывалось против них, Коннор не мог обвинять Тэйлора в том, что тот не хотел рисковать «Эклипсом», их единственным путём отступления с Транквила, после того, что произошло с «Блэк Хаммером». Что бы ни произошло с «Блэк Хаммером».
Синклер заставил себя заговорить уверенным голосом.
— Если мы будем двигаться достаточно быстро, и тут же ударим, мы сможем уничтожить заводской комплекс на конце полуострова. Тактика коммандос. Это была наша задача, и мы всё ещё можем выполнить её.
С половиной запланированных сил? Синклер отбросил сомнения.
— Пусть Доминик идёт на нашем фланге в нескольких километрах. В своём захваченном клановском «Шэдоу Кэте» он будет хорошим прикрывающим — сможет следить за нашим направлением наступления и атаковать приближающиеся войска прежде, чем они поймут, на чьей он стороне. Это поможет удерживать клановские силы на месте, пока мы направляемся прямо к фабрике.
Соренсон не смог удержать сомнений, они проявились в голосе и самом вопросе:
— Вы действительно считаете, что это сработает?
Коннор выключил систему связи и, не ответив, начал процедуру глушения меха. Это спасло его от выбора между ободряющим преувеличением и уклончивым ответом. Кроме того, Соренсон был достаточно умён, чтобы узнать правдивый ответ самому.
Но какой у них был выбор?
Глава 3.
В огонь
— Хорошо, я направляюсь вперёд. Не опаздывайте.
— Вас понял. Удачи, Доминик.
— Угу, само собой.
— Ладно, лейтенант. Доминик Пэйн вышел вперёд, чтобы атаковать с фланга фабрику мехов. Он войдёт на территорию комплекса, как только вы начнёте движение, и встретится с вами на втором мосту. Оттуда вы сможете продолжить атаку комплекса.
— Также мы, наконец, добились успеха в расшифровке кодов из уничтоженного центра связи на пляже. Эта информация позволила нам частично взломать клановскую систему шифрования, что позволит нам перехватывать их радиопереговоры. Нужные коды были загружены в компьютер вашего боевого меха, так что с данного момента вы сможете напрямую слышать их планы. Надеюсь, это поможет.
— Давайте покончим с этим.