Крещение огнём (ЛП)

— Вся звезда? Потеряна? Некомпетентные сураты! Я окружён отбросами инкубаторов. Мне следует назначить вас всех вытирать носы сибам, а не командовать боевыми мехами.
Древин дрогнул, но затем встрепенулся.
— Мы сдержим их, звёздный полковник.
— Вы уничтожите их, или ваши гены погибнут вместе с вами. Вам ясно, звёздный коммандер? Воспользуйтесь взрывными зарядами и запечатайте гору. Если понадобится — обрушьте её на себя, эти крысы не должны уйти. Воут?!
  
— Ут, звёздный полковник. Ут!
Раташ Озис прервал связь ещё одним яростным ударом по кнопке. Немного аккуратнее он послал через ноутпьютер приказ подготовить его личный боевой мех и предупредить его звезду, что они незамедлительно должны выступать.
— Они могли уничтожить завод, — сказал себе звёздный полковник в безопасности оперативного пункта. — Ут, они могли. Если они сделали это, значит, они опасны настолько, что даже командир галактики Корбетт должен будет признать это. Воин, который уничтожит их, получит огромное повышение, когда клан возродится тут, на Транквиле.
Командир галактики? Должность сахана? Что может быть недоступным? Раташ Озис поднялся и вышел из комнаты широким шагом.
— Я буду этим воином, — поклялся он.
  
Глава 5.
 
Сложные решения
 
 
— Благодаря нашему набегу на административный комплекс, у нас есть хороший набор карт этой подземной фабрики. И это их фабрика по производству мехов, лейтенант. Исходя из того, что я смог пока выяснить, она, вероятно, их единственная на Транквиле. Она также плохо защищена. Ягуары слишком сильно полагались на то, что местоположение фабрики будет неизвестным.
 
— Главный вход был преднамеренно обрушен, грубый, но эффективный барьер против штурма, пока Ягуары не закончат несколько новых омнимехов. Эпона Ри находится на позиции у входа, она полагает, что смогла бы пробиться, но не уверена в этом. Так как времени у нас мало, я нашёл ещё один путь. Вы зайдёте с противоположной стороны с помощью пары фокусов из области прикладной инженерии.
 
— Ожидайте передачи данных.
 
Транквил, родные планеты кланов
1 мая 3060 г.
Коннор знал, что под концентрированным огнём его «Ориона» и трофейной «Пумы» Доминика у семидесятитонного «Тора» нет шансов.
Первый лазурный луч из двух пушек-излучателей частиц Пэйна оставил шрам из расплавленной брони в нижней части башнеобразного корпуса. «Орион» атаковал следом, его ракеты сорвали последние остатки защиты на левой ноге врага и расширили дыру на левом боку омнимеха, обнажая каркас. Автопушка Коннора вгрызлась глубже, проникая в бункер с боеприпасами для установки РБД «Тора» и подрывая боеголовки и горючее.
С огромной силой весь боезапас из более чем сотни ракет взорвался. Расцвёл огненный шар, детонация разворотила весь левый бок омниса, серьёзно повреждая тепловую защиту и крепления левой руки. Главное оружие «Тора», гауссовая пушка, бессильно повисла вместе с конечностью.
Только система раздельного хранения боеприпасов предотвратила уничтожение меха, направляя взрыв наружу, а не дальше, вглубь корпуса. Маленькое утешение, так как ужасная сила развернула «Тор», заставила его оступиться и, наконец, опрокинула машину на левый бок.
Прямо под выстрел второй ПИЧ Доминика.
Рукотворная молния с треском прочертила извивающуюся змеёй линию от орудия «Пумы» до головы «Тора». Поток энергии пробил броню и армированное стекло кабины, мгновенно превратив кабину в крематорий. И то, что было небезнадежным падением, превратилось в роковое погружение в смерть, современный омнимех превратился во много тонн деталей и металлолома.
Две мобильные полевые базы въехали в громадную пещеру, третья была потеряна на поверхности, когда звезда ягуарских омнимехов застала коммандос врасплох. В той битве Доминик потерял «Шэдоу Кэт», машина была полностью уничтожена, но пилоту удалось успешно катапультироваться. Если бы клановские пилоты работали вместе, а не как пять отдельных воинов, они бы смогли бы прикончить и Коннора.
Тяжело дыша от поднявшейся температуры в кабине, Синклер окинул взглядом подземный шахтный комплекс, от которого оставались лишь искорёженные дымящиеся обломки. Три клановских меха также лежали на усыпанной гравием земле. Они больше не представляли угрозы, и вместо них лейтенант смотрел на разрушенный конвейер. Соренсон обещал, что они смогут использовать его, чтобы попасть в фабричный комплекс.
Пещера, в которой тот размещался, была не более чем в ста метрах. Но она была за цельной каменной стеной, так что не было разницы, сто или тысяча.
Капрал словно услышал своё имя в мыслях Коннора, и его голос зазвучал в наушниках.
— Мы засекли слабый сигнал от Эпоны Ри. Она наполовину разобрала дорогу до фабрики и попытается успеть встретиться с нами, пока мы будем продвигаться дальше. Её последняя мобильная полевая база доведёт меня, а вы продолжите перемещение в сталелитейный цех.
— Просто прекрасно, — сказал Коннор. — Но как мы попадём туда, если конвейер сломан?
Конструкция проходила в семи метрах над землёй, это был длинный мост от рудного сепаратора сталелитейного цеха до рампы у каменной стены на месте добычи руды. Соренсон планировал, что два меха поднимутся по рампе на ленту конвейера, войдут в сепаратор и пробьют внутреннюю стену, что позволит им выйти с другой стороны сталелитейного цеха. Хороший план, однако, сейчас мост был обрушен посередине. А лазание никогда не была сильной стороной боевых мехов.
Шум помех предупредил о новой перехваченной передаче Дымчатых Ягуаров.
— Слишком тихо. Что они делают? Всем постам, выйти на связь!
Хотя качество передачи было плохим, Коннор посчитал, что говорит звёздный коммандер Древин, находившийся на фабрике воин. Соренсон перехватил несколько радиопередач между Древином и Раташем Озисом. Древин был в отчаянном положении. Люди в отчаянном положении опасны. Клановские воины в отчаянном положении — опасны вдвойне.
— Я не могу связаться с Эпоной, — сообщил по обычной частоте капрал. — Слишком много камня между нами.
Одна из мобильных полевых баз начала попытку разворота, чтобы оказаться в направлении выхода.
— Надо быстро объехать гору, а то мы потеряем её.
Коннор покачал головой. Он не мог позволить, чтобы Соренсон начал паниковать сейчас.
— Успокойтесь, капрал. Остановите базу, — он подождал, пока будет выполнен его приказ. — Теперь подумайте, Томас. Вы до сих пор вели нас. Ваш изначальный план был нарушен, так что придумайте что-то новое. Мы примерно в двух сотнях метров от цели. Найдите решение.
Должен был быть другой путь. То, что он его не видел, не значило, что его не найдёт Соренсон. Этот человек был прирождённым аналитиком.
— Это то, что у тебя лучше всего получается. Давай же.
«Пума» Доминика топталась на небольшом пятачке. Воин нервничал, пока специалист-аналитик разведданных пытался придумать новый путь. Коннор ждал, мышцы от напряжения сводило судорогой. Он снова рисковал, каждая потерянная секунда отдаляла Эпону Ри от всякой поддержки.
Наконец раздался голос:
— Невозможно, лейтенант. Прошу прощения. Сквозь стены тут не пробиться, а ваши мехи не могут взобраться наверх. Им нужен лифт или рампа… Рампа!
Коннор позволил себе улыбнуться. Возглас Соренсона был эквивалентен возгласу «Победа!».
— Вы не в двух сотнях метров от цели, сэр. Вы в шести. Вам надо взобраться на этот мост и попасть в первый отсек сепаратора, — по одному из вспомогательных дисплеев Коннора побежали символы передаваемых данных. — Уничтожьте следующие опоры под конвейером.
  
Он не понимал, чего он добьётся, обрушив ещё часть моста, но капрал пока его не подводил. Коннор переключился на лазеры — не было смысла тратить драгоценные боеприпасы, а если коммандос всё удастся, не будет времени на пополнение боезапаса. Эпона рассчитывала, что они будут там.