Крещение огнём (ЛП)

Вспышка помех в наушниках предупредила о новой передаче Дымчатых Ягуаров.
— Пойнт Дельта, оставайтесь в укрытии. Приготовьтесь.
Кажется, говорили об элементалах, бронепехотинцах кланов. До этого момента коммандос «Дамокла» встречались с ними только один раз. В одиночку или парами они доставляли незначительные неудобства, но в больших количествах элементалы могли быть очень опасны.
  
— Гляди в оба, Доминик. Жди жаб.
Предупреждение опоздало на секунду. Доминик двинул свой «Шэдоу Кэт» вперёд, чтобы прикончить противника, спустившись в десятиметровую низину котлована. Элементалы появились из закамуфлированных ям и наспех наваленных куч породы. Два пойнта, десять солдат, носивших усиленные бронекостюмы. Половина из них одновременно выпустила по «Ориону» ракеты. Мех выстоял, но потерял часть ценной брони.
Остальные бронепехотинцы облепили омнис Доминика, терзая его клешнями и стреляя в пробоины из малых лазеров, пытаясь добраться до внутренней структуры. Один упал под ногу «Шэдоу Кэта» и был раздавлен. Мехвоин двинулся в сторону, благоразумно решив отдалиться от ловушки, пока оставшиеся элементалы не взобрались на его машину. Клановский «Шэдоу Кэт» последовал за ним.
— Враг приближается к казармам, — предупредил воин Ягуаров.
Голос вызвал какие-то воспоминания в уголке сознания Коннора. Пилот «Пумы»! Лейтенант почти забыл о смертельно опасном лёгком мехе, увидев отряд элементалов. «Пума» выходила задним ходом из-за казарм, и через несколько секунд должна была выйти на прекрасную позицию для обстрела не подозревающего об этом Доминика Пэйна.
Перейдя на быстрый шаг, Коннор оставил без внимания элементалов и направил «Орион» сквозь здания. Деревянные стены, неважно как хорошо сколоченные, никогда не смогли бы остановить боевой мех. Особенно весящий семьдесят пять тонн. Коннор слышал громкий треск ломающегося дерева даже в задраенной кабине. Он прокладывал путь ногами и корпусом, снося двухэтажные строения. Наконец, лейтенант оказался в конце тупика как раз за «Пумой».
Изумрудные лучи двух средних лазеров хлестнули по тонкой броне на спине сутулого лёгкого меха. Установка ракет ближнего действия на левом плече выпустила свои снаряды, три из которых нашли цель, оставив внутренние системы «Пумы» почти беззащитной перед автопушкой «Ориона».
Синклер переключился на кассетные боеприпасы. Автопушка «Калияма» LB 10-X сменила систему подачи боеприпасов, зарядилась и обрушила на «Пуму» поток снарядов, разделившихся на сотни небольших осколков. Большая их часть нашла проплавленные и пробитые дыры в броне и проникла внутрь, разрушая важное оборудование.
Повреждённый теплоотвод «Пумы» выбросил облако серо-зелёного хладагента. Затем омнимех сильно затрясся, так как его гироскоп был повреждён осколками, потерял равновесие и рухнул, словно Коннор дотянулся и толкнул его в спину.
За коротким переулком кружились два «Шэдоу Кэта». На одном из них всё ещё висело три элементала, но обе машины яростно обменивались выстрелами гауссовых пушек. Клановский воин не мог не заметить потери товарища.
Она заметила.
— Враг наступает. Мехвоин Трэвис погиб. Звёздный полковник Озис, жду указаний!
Хотя Коннор не понимал, чего мог достичь Раташ Озис приказом одному меху и кучке элементалов, он не мог избавиться от чувства, сдавившего что-то внутри. Что он упустил что-то. Стратегия, которую он не обдумывал.
Отчаяние, которое могло руководить Озисом.
— Всем войскам отступить на химический завод. Выполнять! — в голосе звёздного полковника не было и тени сомнений. — Уничтожьте цистерны и затопите пещеры агрессивными отходами. Довольно неудач. Довольно оправданий. Не дайте этим суратам уйти живыми!
— Ох, вы, должно быть…
— Лейтенант! Вы должны остановить их! — голос потрясённого Доминика прервался, когда Соренсон переключил канал связи на мобильные полевые базы. — Если эти цистерны взорвутся, нам конец.
Как раз то, о чём Коннор подумал за секунду до того, как Раташ Озис отдал приказ. В тесноте подземного комплекса разрушение больших ёмкостей ядовитого и коррозионного газа не оставит в живых никого: ни рабочих, ни воинов. Войска Внутренней Сферы почти наверняка бы отказались выполнять такой приказ, он был почти нечеловечески жестоким, да и никому не хотелось становиться мучеником
Конечно, воину Дымчатых Ягуаров решение принять было легче. Гражданские из касты рабочих почти не учитывались в подобных вопросах. Что касательно смертей воинов, то кланы полагались на евгеническую программу по передаче генов, которая часто выполнялась после смерти, а не до. Это было частью их общества. Всё, что воину нужно было сделать, это проявить себя, а подчинение такому приказу должно было говорить в его пользу.
Но это всё равно было не похоже на путь кланов. По крайней мере, Коннор понимал его не так. Бой на боевых мехах и славная победа! Но этот последний приказ был в чём-то вероломен, как и лазерные башни, сбившие «Блэк Хаммер» из космоса. Ещё один приказ, спущенный от командира галактики Брэндона Корбетта? Или Раташ Озис также стал забывать про «высокие идеалы», которыми бахвалились кланы.
— Не подчиняйся ему, — прошептал он, глядя на «Шэдоу Кэт» воина Ягуаров, который отступал, пока Доминик занимался элементалами, беспокоящими его мех. Он попытался прицелиться для выстрела, но Доминик встал на линии стрельбы, а в узком переулке не было пространства для маневра.
— Откажись, чёрт тебя побери!
— Ут, звёздный полковник, — в голосе смешалась одна доля неприятия и две доли фанатизма. — Вас поняла.
«Шэдоу Кэт» развернулся и побежал к тоннелю, соединявшему эти две подземные пещеры.
— Врёшь, — сказал Коннор, скорее, себе, чем удаляющемуся мехвоину.
Он двинул свой «Орион» вперёд из переулка и навёл перекрестье прицела на вход в тоннель. У него был один выстрел. Он должен был попасть.
Синклер забыл переключить подачу кассетных боеприпасов. В пылу битвы, в которой управляешь семидесятитонной боевой машиной и пытаешься уследить за несколькими целями, внимание переходит ту грань, за которой уже не запоминаешь каждую мелкую деталь. РДД немного не долетели до врага, обрушившись на пол пещеры и вызвав дождь из каменных осколков. Обстрел кассетными снарядами был бы ошибкой в обычных условиях, они осыпали всю поверхность брони, не делая пробоин.
Однако пушка Гаусса Доминика уже сделала две дыры во вражеском омнимехе, и осколки проникли в ноги и угловатый корпус «Шэдоу Кэта» глубже, чем можно было бы ожидать. Из коленного сустава, в котором сломался привод, брызнули искры, и показался сине-чёрный дым. Колено заклинило.
На тепловизионном изображении «Кэта» появилась красная полоса — осколки повредили физическую тепловую защиту термоядерного реактора. Пещеру покинул уже искалеченный боевой мех, а за ним через несколько секунд последовали «Шэдоу Кэт» Доминика и «Орион» Коннора.
Проход почти сразу сузился, давая мехам едва достаточное пространство для перемещения. Грубо вытесанный коридор постоянно менял направление, скрывая клановскую машину из виду. Коннор заметил, что один элементал всё ещё держится на плече Доминика, терзая броню стальной клешнёй, заменяющей его левую руку. Лейтенант прицелился из среднего лазера, осторожно, чтобы не задеть товарища.
Рубиновый луч скользнул по ноге элементала, отрезая её в бедре. Воин упал на пол тоннеля, но с упрямой стойкостью, из-за которой элементалов знали и немного боялись, бронепехотинец поднялся на руках и колене, чтобы выстрелить из своей ракетной установки. Второй лазерный луч оборвал жизнь воина, но этот последний брошенный вызов всё равно стоил «Ориону» повреждённой на груди и правой ноге брони, куда попали ракеты.
  
Синклер оказался в следующей пещере лишь на несколько секунд позже Доминика. Большой трёхэтажный заводской комплекс был построен так, что закрывал большую часть одной стены, вытягиваясь вверх, чтобы оставить пол пещеры свободным. Рядом по спирали вверх, к тусклому дневному свету, уходил широкий скат — вспомогательный въезд в комплекс и путь отхода коммандос.