Ледащий (СИ)
'Чернокнижник? — удивился Николай. — Эсэсовец? На чем же он летал, если в траншее срисовали?..
Додумать не успел. Издалека послышался нарастающий рык мотора. Оба ополченца поднялись на ноги (Владислав не очень быстро, но вполне уверенно) и глянули за бруствер. От посадки, находившейся в полукилометре от траншеи, к ним полз гробообразный броневик. Высокий, черный, с башенкой в передней части боевой машины. Из башенки торчал ствол пулемета или автоматической пушки — издалека не разобрать, но точно, что не мелкого калибра. За броневиком бежали пехотинцы — примерно с отделение солдат.
— Писец нам, Коля! — выдохнул напарник. — В бинокль разглядели, что нас здесь только двое, и выслали «Куницу» и солдат. Покрошат в мясо.
— Гранатомет найдется?
— Был у Сереги, — удивился Владислав. — «Ослоп». Но толку? «Куница» немцев с зачарованной броней, глянь, какая черная! Никакая граната не возьмет.
— Найди — и быстро!
Ополченец хотел что-то сказать, но, глянув на лицо напарника, сглотнул и захромал куда-то по траншее. Вернулся скоро, держа в руках трубу гранатомета. Николай забрал и разглядел оружие. Похож на РПГ, в стволе кумулятивная граната, по форме видно. Механический прицел, броневик придется подпустить поближе.
— Дай мне флягу!
Ополченец подчинился. Николай полил водичкой нос гранаты и накрыл его ладонью. Из нее истек знакомый холод и носик побелел. Ополченец икнул.
— Ты волхв?
— Не знаю, — ответил Николай и уточнил: — Кирасы на солдатах зачарованные?
— Скорей всего, что да, — пожал плечами ополченец. — Раз с ними чернокнижник. Их всегда хорошо охраняют!
— Снаряженные магазины где?
Владислав принес подсумки. Николай извлек из них магазины и залил в них воду. Вытряхнул ее и начал прикасался пальцами к патронам. Те белели.
— Точно волхв, — промолвил Владислав. — Теперь понятно, как ты чернокнижника убил. Не могло быть у Семеныча зачарованных патронов, дорогие слишком. Что ж ты вчера про это не сказал?
— Это б помогло вам уцелеть? Надевай кирасу! И каску не забудь.
Они надели снаряжение. Кирасы были на ремнях с липучками, поэтому справились довольно быстро.
— Иди на фланг, — Несвицкий указал рукой налево. — А я на правый. И не стреляй, пока не подобью «Куницу».
— А ты сумеешь?
— Не таких зверей валили, — буркнул Николай. — Разбежались, Владислав!
Позицию он нашел хорошую. Здесь траншея примыкала к небольшим кустам. Пусть на них и мало листьев (здесь, похоже, осень), но все же маскировка. Да и поле боя отсюда отлично просматривается. Стрелять придется с упреждением и из незнакомого оружия, но «Куница» движется не быстро. Экипаж, как видно, не желает оторваться от пехоты. Осторожничают немцы. Наверняка растеряны: как так получилось, что ополченцы завалили чернокнижника с охраной? Непонятно, потому и боязно.
Все вышло лучше, чем он ожидал. Подкатив к траншее на сотню метров, «Куница» встала и причесала ее по фронту из скорострельной пушки. Снаряды с мерзким визгом прошли над головой присевшего в траншее Николая, сбрив часть кустов. Подождав немного, он выглянул за бруствер. Броневик стоял на том же месте, наставив пушку центр их обороны, а солдаты, обойдя «Куницу», с автоматами наизготовку осторожно двигались к траншее. Все как положено, как записано в уставах, и никому нет дела до затаившегося неподалеку гранатометчика.
«Ослоп» лег на плечо. Поймав в прицел борт броневика, Николай нажал на спусковой крючок. Громко хлопнул вышибной заряд, и ракета, покинув ствол, включила двигатель и понеслась к «Кунице». Расстояние в две сотни метров она преодолела буквально за мгновение и воткнулась в борт машины. А далее произошло невероятное: броневик как будто вспух огнем. С него сорвало башню, та отлетела в сторону и грохнулась на крышу. Взрывной волной отошедших недалеко солдат буквально сшибло с ног.
«Нифига себе! — подумал Николай. — Вот так граната мелкого калибра! Что за взрывчатку туда сунули, раз боеукладку на раз вынесла⁈ А Владислав сказал, что не возьмет „Куницу“…»
Мысль как пришла, так и исчезла. Сбитые взрывной волной солдаты стали подниматься. Отбросив в сторону «Ослоп», Николай поднял «Гадюку» и короткими очередями стал гасить ошеломленных врагов. С другого фланга заработала «Гадюка» Владислава. Немцы падали на землю, не успевая ответить на огонь. Лишь двое, сообразив, попытались убежать, прикрываясь корпусом чадившей «Куницы». Николай чуть подождал, пока они минуют броневик и дал две очереди. Черные фигурки попадали на землю и более не шевелились.
Николай пошел обратно. Владислава он нашел в траншее, чуть в стороне от взорванной «Куницы». В бинокль (видимо, разжился у убитых немцев) он наблюдал за посадкой, откуда выполз броневик.
— Минометы, гады, ставят, — сообщил напарнику. — Уходим, Коля! Сейчас накроют, и кирасы не спасут. Спрячемся в посадке.
Прятаться не довелось. В воздухе раздался гул, и над траншеей пронесся вертолет. Корпус длинный, хищный в камуфляжной окраске. Развернувшись над посадкой, машина зависла над траншеей и ударила ракетами. Дымные следы помчались к батарее минометов, и через мгновение там сверкнул огонь и встали клубы дыма. Посадка запылала.
— Объемными ударили! — воскликнул Владислав. — Ай, да молодцы, ребята! Песец фашистам — там точно никто не уцелел.
— В вертолете, ополченцы? — спросил Несвицкий.
— Имперцы, — возразил напарник. — У наших вертолетов нет. Вовремя же ребята прилетели!
Вертолет тем временем завис примерно в метрах ста от ополченцев и аккуратно сел на землю. Двигатель глушить не стал. Открылась дверь, на землю спрыгнул летчик в камуфляже со шлемом на голове и пошел к траншее. Закинув автоматы за спину, ополченцы двинулись навстречу. Встретились на полпути.
— Поручик Иванов, — представился пилот, повысив голос, чтобы перекрыть рев двигателя. — Второй пилот и оператор вертолета. Вы кто?
— Ополченцы, — ответил Владислав. — Третий взвод, первой роты, батальона имени Святого Серафима. Вчера приехали сюда и заняли позиции. Ожидали здесь гостей из добробата, но вместо них явились немцы — и с минометами. С ними — чернокнижник, еще «Куница», — он кивнул на догоравший броневик. — Нас минами засыпали, ребят побили почти всех. Уцелели я и Коля. Вот с ним и воевали.
— Вдвоем⁈ — поручик изумился. — Против десятка штурмовиков с бронемашиной? И вы их положили?
— Заодно и чернокнижника, — ответил гордо Владислав.
— Пи…дишь, мужик! — крутнул головой поручик. — Чтоб чернокнижника… Его ракетой не возьмешь!
Николай полез в карман, достал трофейную звезду и протянул поручику.
— Смотри!
Тот осторожно взял и разглядел.
— Не могу поверить, — сказал, вернув звезду Несвицкому.
— Он там лежит, — напарник указал рукой. — Можешь посмотреть, поручик.
В голосе его звучал сарказм.
— Как вам удалось⁈
— Дык Коля — волхв, — ответил Владислав. — Зачаровал патроны и гранату для «Ослопа». Из него поджег «Куницу», а немцев из «Гадюк» мы положили. Их слегка прибило взрывом, пока опомнились, уже готовы.
Он довольно улыбнулся.
— Да вы герои, мужики! — воскликнул Иванов. — Я слыхал, как вы деретесь, но чтоб такое… Как вас зовут?
— Владислав Гулый.
— Николай Несвицкий.
— Доложу о вас командованию, — сообщил поручик. — Спасибо, мужики!
— Вам спасибо, — поторопился Гулый. — Вовремя прибыли на подмогу. Мы с Колей уже думали, что нам песец. Засыплют минами.
— Да мы в сторонке пролетали, — пожал плечами Иванов. — Заметили горящую машину. Решили посмотреть — кто тут воюет. Оказалось: вы — и с немцами. Ударили по ним. Невелика-то помощь.
— Все равно спасибо, — не согласился Владислав. — Для вас, быть может, невеликая, но вы жизнь нам спасли. Есть просьба к вам, поручик. Сообщите нашим, что мы вдвоем остались. Пусть присылают подкрепление или на позиции заменят.
— Сообщу, — пообещал поручик. Он козырнул и отправился обратно. Через минуту вертолет поднялся в воздух и улетел. Ополченцы проводили его взглядами.