Короли Керни (ЛП)

Думаю, я знаю, кто подал на меня жалобу.
Мне не понравилось это совпадение. Джейкоб набросился на этого парня, как будто знал его, и теперь он был здесь, пытаясь обвинить «старушку» Джейкоба в нападении на фальшивого охранника. Сначала я подумала, что он мог бы быть врачом, но офицер Сандерс сказал, что жалобу подало руководство. Если он был менеджером, то не мог не знать, что охранник был фальшивым. Неужели я только что увидела вдохновителя всей операции?
Чем больше я думала об этом, тем больше убеждалась, что я права. Все сходилось. Кто еще, кроме руководства, мог ввести в Магнолию фальшивых охранников? У кого еще была власть скрывать то, что там происходило? Кто еще мог быть так зол на меня за то, что я сорвала их маленькую операцию с наркотиками, что у них был такой вид, будто они хотели меня убить?
Кэтрин заметила, что я отвлеклась. Она наклонилась ко мне, пока мы шли.
— Ты в порядке?
— Да, — сказала я.
Вокруг нас было слишком много пар ушей, и я не чувствовала себя в безопасности, рассказывая что-либо о своих подозрениях. Мы снова замолчали и последовали за полицейским к столу, прижатому вплотную к задней стене.
Офицер Сандерс поднялся со стула, стоявшего позади него. Это был высокий белый мужчина лет сорока пяти с песочно-каштановыми волосами и ярко-голубыми глазами. У него было такое телосложение, которое хорошо подходило для его профессии: подтянутый, и мускулистый. Если бы кто-то попытался наброситься на него во время ареста, я не сомневалась, что он не смог бы втоптать их в землю.
Он оглядел меня, поморщившись, когда его взгляд упал на мою ногу, но, по крайней мере, ему удалось поприветствовать меня без всякой жалости в голосе.
— Офицер Сандерс, — сказал он, протягивая руку.
Я захромала вперед и вложила свою ладонь в его. Рукопожатие было крепким и профессиональным.
Он отпустил меня и повернулся к Кэтрин, и на его лице появилось какое-то смиренное, усталое выражение.
— Давайте покончим с этим, — сказал он, выводя нас из комнаты.
Когда мы уходили, я взглянула на парня из Магнолии. Он все еще смотрел на меня. Меня нелегко было напугать, но этот парень заставил мои гребаные кишки вскипеть.
С этого момента я смотрела прямо перед собой, следуя за офицером Сандерсом и Кэтрин обратно через кроличий сад, которым был полицейским участком. Мы втроем столпились вокруг маленького стола в комнате для допросов, и с этого момента Кэтрин доминировала. Оказалось, что в лифтах не было камер. В конце концов, все дело было бы основано на слухах. Это откровение на несколько минут повергло меня в ужас — что случилось бы с бабушкой, если бы меня осудили? — но мой страх вскоре испарился. На каждое обвинение, выдвинутое против меня, у Кэтрин находилось опровержение. Каждую цитату, которую Сандерс зачитывал вслух, Кэтрин опровергала с таким непоколебимым упорством, которое измотало бы даже самого фанатичного полицейского. Она никогда не повышала голоса. Она не грубила. Она просто сидела там, говоря спокойным, логичным тоном, который каким-то образом заставлял все дело против меня выглядеть абсолютно нелепым. Ближе к концу мне почти стало жаль Сандерса. Он не сделал ничего такого, что заслуживало бы того, чтобы его выставляли дураком; он просто пытался выполнять свою работу. Ему просто не повезло, что мое дело попало к нему на стол.
Я сидела там на протяжении всего этого и держала свой счастливый рот на замке. Сколько бы Лиам Ларсон ни платил Кэтрин, этого было недостаточно.
Как только она закончила уничтожать уголовное дело против меня — оказалось, охранник действительно хотел выдвинуть уголовные обвинения, — она подвинула мой телефон через стол и показала Сандерсу мою разгромленную квартиру. Он оживился, просматривая фотографии.
— Мы можем получить копии? — спросил он.
— Я отправлю их вам по электронной почте, — сказала Кэтрин.
Его пристальный взгляд поднялся к моему.
— Как долго вас не было?
— Пять часов, — ответила Кэтрин вместо меня.
Вот так и проходил весь допрос. Сандерс, благослови его Господь, продолжал адресовать все свои вопросы мне, либо потому, что таков был протокол, либо он надеялся, что я нарушу служебное положение и действительно открою рот. Я не была дурой. Кэтрин велела мне держать это на замке, и я держала его на замке.
  
— Разве это не интересно, — сказала она, — что в тот же день моя клиентка отправилась в Магнолию Хиллз с намерением разоблачить то, что, по ее мнению, является мошенничеством с рецептами, с одним из тамошних врачей, этот врач так и не вернулся с обеденного перерыва, на мою клиентку напал охранник в лифте, который ее никогда раньше не видел, а потом она возвращается домой и обнаруживает, что ее квартира разгромлена?
— Интересно — это не то слово, которое я бы использовал, — сказал Сандерс. — Мы разберемся с этим. — Он вернул мне мой телефон. — Где вы сейчас остановились?
— У семьи близкого друга, — ответила Кэтрин.
Он выдержал мой взгляд.
— Я бы посоветовал Вам не покидать это место.
Кэтрин оперлась локтями о стол и наклонилась вперед.
— И почему же это? Она не сделала ничего, что могло бы оправдать этот приказ.
Самообладание Сандерса немного пошатнулось, когда он повернулся к ней лицом, его брови нахмурились от разочарования.
— Это не приказ. Это совет. Вероятно, нам понадобится, чтобы она вернулась и ответила на дополнительные вопросы после того, как мы начнем расследование в ее квартире.
— Я думаю, что моя клиентка и так была чрезвычайно полезна, — сказала Кэтрин таким же спокойным и умиротворяющим тоном, каким была на протяжении всего допроса. — Она была достаточно любезна, чтобы приехать сюда по собственной воле, чтобы ответить на эти явно ложные обвинения против нее. Любые другие вопросы, которые у Вас возникнут, Вы можете задать мне. Она и так уже через многое прошла.
Офицер Сандерс вздохнул, на его лице появилось страдальческое выражение.
— Хорошо.
— Если это все? — спросила Кэтрин, поднимаясь со своего места.
Сандерс откинулся на спинку стула и кивнул.
— Это все.
Она улыбнулась ему с той же теплотой, что и мне ранее.
— Мы уходим. Как всегда, было приятно поболтать, офицер Сандерс.
Он фыркнул и махнул рукой, отпуская меня.
— Уверен, что так и есть.
Я поднялась со стула и последовала за ней в коридор.
— Я действительно хочу дать тебе пять прямо сейчас, — прошептала я.
Легкая победоносная улыбка расплылась по ее лицу.
— Подожди, пока мы не выйдем наружу.
Глава 13
Я вышла вслед за Кэтрин из полицейского участка, борясь с желанием задрожать. Там было как в холодильнике. Как будто столкновение с копами было недостаточно дискомфортным, поэтому они хотят, чтобы ты с ног до головы покрылся гусиной кожей.
Я остановилась прямо за дверью и позволила техасской жаре окутать меня, как одеялом. Солнце опустилось низко над горизонтом, но даже когда оно село, оно жгло с такой силой, что мигом прогнало мой затяжной озноб. Я закрыла глаза и повернулась навстречу его теплу, радуясь тому факту, что я не за решеткой. На ближайшем светофоре взревели двигатели. Легкий ветерок пронесся мимо меня, принеся запах свежескошенной травы.
Я глубоко вдохнула свободу и повернулась лицом к своему спасителю.
— Дашь пять?
Кэтрин подняла руку.
— Давай.
Мы хлопнули в ладоши, а затем направились вниз по ступенькам. Краем глаза я уловила движение. Я обернулась и увидела, как Джейкоб поднимается со скамейки в парке под ближайшими деревьями. Вместо куртки «Королей» на нем был свободный кожаный жилет без рукавов поверх черной футболки с логотипом клуба на правой стороне груди. Я чувствовала себя дурочкой из-за того, что раньше не заметила сходства между нашивками «Королей» и «Призраков». В то время как череп на нашивке «Призраков» был в шлеме, черепа «Королей» был со сломанной короной. В остальном они были совершенно одинаковы.
Джейкоб вышел из тени деревьев в сверкающее золото угасающего дня. Клянусь, темнота цеплялась за него слишком долго, словно не хотела отпускать. Он направился к нам той особенной походкой, которая была присуща только Джейкобу, длинные ноги впивались в тротуар, его внимание было приковано к нам с Кэтрин.