Одна искра на двоих (СИ)

— Нет, ты не посмеешь! — эта фраза приобрела совсем другой оттенок. Раньше она думала, что это кричали ей, но теперь не была не в чём уверена.
Крик сменяется выстрелом, она куда-то бесконечно долго падает. В глаза то темнеет, то всё смешивается в акварельные краски. Лишь яркое пламя в голых руках старика возвращает ей зрение. За ним топчутся чёрные бесформенные тени, они перетекают из одного положения в другое и дышат смрадом. Один за другим они бросаются на неё, кусают царапают, их так много, что нет возможности вздохнуть, а старик лишь смеётся.
А на шее ярко-красным сверкает кулон. И только он спасет её от этой тьмы.
По крайней мере ей так всегда казалось…
В коридоре хлопнула дверь. Девушка вздрогнула. Разве отец не дома? Может Олег вернулся?
Она вышла в коридор и спустилась вниз по лестнице. Вернулись они вдвоём Олег скинул с плеч куртку и щёлкнул. В камине загорелся огонь. Ей показалось или это правда произошло по его щелчку?
— Что думаешь? — спросил Олег.
— Всё это — странно. — ответил отец. Он редко говорил общими фразами, но у него, кажется, совсем кончались слова.
— Какой-то этот голубоглазый… Я не знаю, он мне не нравится. — проговорил брат, опускаясь в кресло. Опять голубоглазый?
— Он — Барс, ему положено быть странным. — ответил мужчина. — Глаза видел?
— Видел. — кивнул брат. — Так на меня посмотрел… Даже не хочу пытаться понять, что ему не понравилось.
— Значит, воспринял, как угрозу. — кивнул отец, усмехнувшись. — Интересный парень, я бы с ним пообщался.
— Тебе не кажется, что всё это было как-то наиграно? Парень, который совершенно не боится Повелителя теней, появляется из ниоткуда собачится с ним у нас на глазах и сбегает в никуда. Я что-то не верю в это.
— Нет, Барс удивился, когда нас увидел. — мотнул головой он. — И он действительно был очень зол на него. А ещё он заёрзал, когда узнал, кто Хранительница. Он так выразительно посмотрел в окно, как будто готов призвать стихию в любой момент.
— Но он ведь…
— Все мы не без греха. — согласился Александр Николаевич. — Однако, лучше помощника нам не найти.
— Когда он анализировал запах, ты видел его взгляд.
— Да, он заинтересовался. — кивнул отец. — Он — хороший теневой маг, Оле, это был научный интерес.
— Старик отправит его за ней. — продолжал брат.
— Нет, не отправит. — отец поднялся на ноги. — Потому что Федя видел, тоже что и мы. Барс знает, что его единственный шанс — это мы.
— Шанс на что?
— На свободу. — пояснил мужчина и многозначительно улыбнулся. — И он его не упустит.
— Он придёт за ней. — понял идею отца Олег. — Нужно её спрятать.
— Мы отправим Дарину в горный медицинский комплекс Стокла.
— Думаешь это поможет?
— Там она будет в сохранности. И там её вылечат. — кивнул Александр.
— Ты пробовал, тётя Нел пробовала, тётя Аля пробовала. Весь целительский факультет Старофинна пробовал. — опешил Олег. — Чего другие маги могут сделать такого, на что не способны мы?
— Оле, там очень хорошие специалисты.
— Лучше тёти Нел? Сомневаюсь. Дарину не лечить нужно. — фыркнул Олег.
— А что тогда ты предлагаешь?
— Нужно рассказать ей. Нужно показать!
— Ты хочешь ещё один нервный срыв? — прорычал отец и так посмотрел на Олега, что парень не мог с места сдвинутся.
— Пусть будет срыв, пусть она испугается, но она вспомнит! А для Дарина правда всегда важнее! — ответил брат и смело встретил его взгляд. Олег редко шёл против отца, но когда делал это, то всегда доводил дело до конца. — Хватит! По-хорошему мы пробовали. Теперь нужно бросить её в воду, поплывёт — хорошо, начнёт тонуть — поймаем.
Отец долго смотрел на него, потом отвёл глаза и тяжело вздохнул.
— Может ты и прав. — пожал плечами он. — Нужно наконец-то решить этот вопрос. Вернуть её доверие.
Дарина абсолютно ничего не понимала, но предчувствовала странный разговор.
Отец с Олегом редко говорили на повышенных тонах. Пламеневы вообще редко разговаривали в последнее время. Дарина видела их лица.
Они следили за каждым её шагом, таскали по врачам в надежде на возвращение памяти. Но каждый провал делал их всё мрачнее и недоверчивее.
 
Они привозили её в школу и забирали после занятий, контролировали каждое действие и боялись за неё. Не хотели, чтобы она каким-либо образом выходила из состояния равновесия.
Дарине было сложно общаться с кем-то в таких условиях. Да и не хотелось в общем-то. В обществе она чувствовала себя неловко, хоть и не показывала этого. Тот случай в парке аттракционов очень долго крутили по новостям, поэтому вся школа, да и весь город знал о ней больше, чем она сама. Кто-то злорадствовал, кто-то сочувствовал, но все держались на расстоянии. Кое-какие факты остались под вопросами. Дарина привыкла быть одной. Даже наоборот стала чувствовать себя увереннее в своём вынужденном одиночестве.
После того, как мама пропала, вся отцовская забота переключилась на неё. Он переживал, хоть и старался это скрывать. И Дарина была вынуждена играть в эту игру.
Играть и проигрывать…
С самого утра в доме Пламеневых было как-то неуютно. Отец много курил из-за чего в воздухе стоял дым, а Олег как-то мрачно поглядывал на часы.
Дарина не принимала это в расчёт, она спокойно завтракала, сонно зевая.
Отец периодически отрывал голову от ноутбука и даже пару раз набирал в грудь воздуха чтобы что-то сказать, но каждый раз осекался.
Дарина решила, что сегодня разговор стоит начать ей.
— Я сегодня опять видела тот сон. — сказала она, чуть вскинув голову. — Но в нём было кое-что новое.
Олег так и замер у окна. Чуть повернул голову. Отец захлопнул крышку ноутбука и кивнул ей.
— Мне позвонить профессору Сафронову?
— Не знаю есть ли в этом смысл. — пожала плечами Дарина. — Мне не помогают наши сеансы.
— Что ты видела?
— Старика. — Дарина могла бы назвать этого человека и мужчиной, он выглядел не так уж и старо, но вчера вечером Олег и отец употребляли именно это слово. И почему-то девушке казалось, что тот щелчок, от которого в камине вспыхнул огонь был очень похож на такой же жест из своего сна, сделанный стариком. И в своих умозаключениях она убедилась, когда отец и брат переглянулись.
— И что он делал? — спросил Олег, его голос стал очень ласковым, словно он боялся её спугнуть. Он аккуратно положил руку на её плечо. Про себя девушка подметила, что руки у Олега всегда были очень тёплыми.
— Смеялся. — пожала плечами Дарина, делая вид, что их настороженность вовсе не замечает. — Очень красиво, но тем не менее мне от этого было мерзко. И он, кажется, держал в руках факел… или что-то вроде того, я плохо рассмотрела.
Рассмотрела она всё отлично, но говорить им о том, что видела чертов огненный шар она не стала. От психолога к психиатру? Нет уж, лучше убейте.
— Ты пила таблетки, которые тебе прописал врач? — спросил отец.
— Нет. — совершенно честно ответила Дарина, да лгать и не было смысла — отец отлично чувствовал, когда ему лгут. — Они понижают мои аналитические способности. Поэтому я после первых же двух приёмов высыпала их в унитаз. Я лучше не буду соображать от бессонницы, чем от этой гадости.
Олег тяжело вздохнул, отец поморщился и спокойно кивнул.
— Почему ты ничего не сказала об этом? — спросил он.
— Потому что это бесполезно. — ответила Дарина. — Таблетки помогают мне уснуть, но проблемы они не решают. Как и твой Сафронов. Я хожу к нему уже год, но это ничего не меняет. Мне кажется, что вам давно пора это понять. — она поднялась на ноги и поставила тарелку в посудомойку.
— Я поговорю с ним. — ответил отец. — Мы подумаем, что можно ещё сделать.
— Не нужно ничего делать. И разговаривать ты должен не с ним, а со мной. — ответила Дарина недовольно, но Олег придержал её за плечо.
— Останься сегодня дома. — сказал он и посмотрел на отца. Иногда суровость брата пугала её даже больше, чем суровость отца. А когда они становились единым фронтом, то отстоять свою позицию делалось не возможным. Но Дарина раз за разом пыталась их победить.