Микстура от попаданки (СИ)
- Слезайте, Аннабель, - крикнул с финиша невесть как оказавшийся там Лагранд. - До обеда ползти будете. Хватит на сегодня.
Затолкав куда подальше бушующую гордость, требующую добежать до финиша прямо сейчас, я прохрипела:
- Хорошо...
Генерал был прав, до финальной черты оставалось еще несколько препятствий, и, если я сейчас упрямо пойду по полосе, мы не успеем ни на завтрак, ни на то, что после него. У меня - стирка одежды и уборка в лекарском кабинете, а у Лагранда - доведение до истерики бойцов. Почему-то мне казалось, что ежедневно он занимается именно этим.
Слезать с горы было куда труднее, чем залезать. Хотя до этого момента я была твердо уверена в обратном. Да еще и склон оказался не пологим, а крутым, с одним выступом, за который я ухватилась руками, и вторым, на который нужно было попасть ногами. Именно попасть, потому как был он даже для меня крохотным, а уж для мужских сапог и подавно.
Неудивительно, что с задачей я не справилась. Визжа от ужаса, я повисла на вытянутых руках, судорожно размахивая ногами в поисках заветного выступа. До земли было далеко, и я всерьез рисковала что-нибудь сломать. Я почти смирилась, когда услышала насмешливое:
- Отпускайте руки, Аннабель, я вас поймаю.
Могло ли утро стать еще хуже?
Глава 40
- Я еще, пожалуй, повисю, - пропищала я, понимая всю плачевность своего положения. - То есть повишу... В общем, все хорошо, генерал, идите по своим делам...
- Не глупите, - веселился внизу Лагранд. - Не вы первая отсюда падаете. Но целитель у нас один, заменить некем. Только осторожней, там каменный выступ...
- А-а-а!
Каменный выступ я заметила в тот момент, когда, разжав руки и размахивая ими и ногами сразу, со всей дури пнула каменюку правой ногой. Боль на миг оглушила, а потом над ухом раздался спокойный голос:
- Тише, Аннабель, не кричите, я вас поймал, все хорошо.
Действительно, поймал. Прямо сейчас я весьма уютненько расположилась в крепких генеральских объятиях. И, наверное, впечатлилась бы его ловкостью, если бы не пульсирующая боль, мешающая мне и шаг ступить.
- Нога, - всхлипнула я. - Вот дьявол!
Генерал мигом посерьезнел. Внимательно на меня посмотрел, а потом решительно подхватив меня на руки понес к целительскому кабинету. Легко и непринужденно, будто я вообще ничего не весила.
Мне отчего-то стало неловко. Мало того, что у Лагранда явно были какие-то другие, куда более важные дела, чем таскать неуклюжую целительницу, так еще и таращился на нас весь гарнизон. Встреченные нами по пути солдаты направлялись на завтрак, который, несмотря на мучения на полосе, ухитрился приготовить Ларис. Я же сейчас и думать о еде не могла, только морщилась от боли.
В мою комнату Лагранд зашел уверенно, медленно и осторожно усадил меня на кровать и принялся бережно стаскивать заляпанный грязью сапог. Я вдруг подумала, что и сама я не чище, но встретилась с суровым взглядом мужчины и промолчала. В самом деле, не мог же он бросить меня на пол.
- Что вы делаете? - поинтересовалась я, когда сапог был снят, а Лагранд уселся рядом, положив мою руку на свои колени.
- Лечу целителя, - фыркнул генерал. - Знаете, Аннабель, вы молодец. Правда. Даже Биконт в первый раз пробежал меньше, он скатился по другую сторону стены. Все приходит с опытом. А сейчас вдохните, я бы хотел убедиться, что вы не сломали ногу.
Спорить я не решилась, как и ехидничать на тему того, как именно Лагранд собирается это выяснить. Сильные руки мужчины обхватили мою щиколотку, сжали, потянули...
- О-ох, - я не сдержала стон, на глазах выступили слезы.
А Лагранд неожиданно улыбнулся.
- Вывих, все хорошо, я вправил. Вам нужен покой, Аннабель. Постарайтесь не нагружать сегодня эту ногу, займитесь чем-нибудь, что вы сможете делать сидя. За покрывало не беспокойтесь, здесь есть прачечная. Помочь вам дойти до купальни?
Я вдруг поняла, что все то время, пока генерал говорил, неотрывно на него смотрела. Наверное, раньше я не встречала таких. Генерал был хорош собой, весьма неглуп, состоятелен и периодически даже мил. В те моменты, когда не собирался воспользоваться моей беспомощностью и отправиться со мной в купальню.
- Я справлюсь, генерал, спасибо за помощь.
Я осторожно убрала свою ногу с его колен, чувствуя, как медленно отступает боль. Жизнь без целителя в боевых условиях многому научила Лагранда. Вряд ли я и в самом деле была ему здесь необходима: и он, и его солдаты с легкостью справились бы без меня. На мгновение мне стало совестно за то, что я решаю свои проблемы за счет мужчины, но я вспомнила о том, чем именно мне грозил дознаватель, и затолкала угрызения совести подальше. В конце концов, услуга за услугу. Я ведь и правда готова лечить солдат от всяких хворей, не собираюсь просто жить в гарнизоне за счет казны.
Медленно я поднялась с кровати, наступила на обе ноги и с облегчением вздохнула. Чуть больновато, но вполне терпимо. Прихрамывая, я добралась до шкафа, выудила первое попавшееся платье и полотенце и собралась было отправиться в купальню, как в дверь робко постучали.
- Войдите, - приказал Лагранд, не дав мне и слова сказать.
В приоткрывшейся двери показалась румяная физиономия Лариса.
- Ваше высокопревосходительство, - чуть удивленно произнес повар. - А я тут... Ребята сказали, лесса Лион не сможет прийти на завтрак, и я подумал...
- Что можно его принести? - прищурился Лагранд.
Повар покраснел еще больше и молча кивнул. С совершенно серьезным лицом и откровенно смеющимися глазами генерал сказал:
- Неси на двоих. Вы ведь позавтракаете со мной, Аннабель?
Глава 41
- Боюсь, вы не оставили мне выбора, генерал, - улыбнулась я. - Вряд ли сейчас я способна унести ноги от вашего предложения, откровенно граничащего с непристойностью.
В следующий миг я с наслаждением смотрела на то, как багровеет Лагранд, понимая, что я в общем-то права. В том мире, где я провела свою жизнь, позавтракать с мужчиной не было чем-то особенным. Здесь же царили поистине пуританские нравы. Любое мимолетное прикосновение ощущалось практически интимным.
Надо сказать, в этом что-то было. Так человек, отказавшийся от сахара, начинает лучше чувствовать вкус сладких фруктов, например. А я, оставшаяся без настойчивого и откровенного в своих целях внимания мужчин, гораздо острее реагировать на любое проявление заинтересованности, заботы. И такой, казалось бы невинный, жест - совместный завтрак - по местным меркам был чем-то особенным. Настолько особенным, что я поймала себя на том, что тороплюсь с приведением себя в порядок и зачем-то разглядываю в зеркало волнистые светлые волосы на предмет того, достаточно ли хорошо они лежат.
Из ванной в этот раз я выплыла величаво и полностью целомудренно. Не зря же брала с собой платье! Я ожидала, что Лагранд восхитится моей неземной красотой, так что из дверей выхромала прямиком в сторону сервированного на двоих столика. Мужчина в мое отсутствие определенно не скучал: разложены тарелки на столе были явно в каком-то особенном армейском порядке.
При виде меня генерал лишь сухо кивнул и помог мне доковылять до стула. Он осторожно, будто я хрустальная, придерживал меня под локоть. И я вдруг подумала, что хотела бы вот так, чтобы кто-то просто был рядом в те моменты, когда я оступлюсь, чтобы поддержать, помочь, стать опорой и защитой.
- Аннабель, мне жаль, что сегодняшняя полоса препятствий закончилась для вас именно так, - начал Лагранд. - Поверьте, я не собирался травмировать вас. Даже наоборот, ваша подготовка должна быть такой, чтобы я не беспокоился за вас, если вдруг что-то произойдет. Во всяком случае за то, что вы сможете куда-то добежать.
- А я-то думала, что вы хотели посмеяться над моей неловкостью, - призналась я.
- Вы слишком плохо обо мне думаете, Аннабель. Разве я когда-то давал повод считать себя человеком, способным причинить вам вред?