Пожалеть розгу (ЛП)

Эйвери эта идея не понравилась. И он ненавидел себя за то, что ему, так или иначе, было не все равно.
Было почти одиннадцать часов, когда Грей, наконец, вошел в парадную дверь. Эйвери вешал на полку последнюю из своих свежевыстиранных вещей. Он напрягся, когда Грей просунул голову в комнату.
Грей оглядел обстановку с непроницаемым выражением лица.
- Ты этого хочешь? - наконец спросил он.
  
«Нет» хотел сказать Эйвери. «Я хочу быть с тобой каждую ночь». Но он не хотел, чтобы его неохотно пускали в постель к Грею только потому, что больше некуда было пойти. И он не хотел использовать секс как товар в обмен на жилье. Ему нужно было, чтобы Грей захотел его видеть.
- Это показалось мне хорошей идеей, - неуверенно предложил он.
Грей поджал губы и коротко кивнул.
 - Думаю, так оно и есть.
Он повернулся, чтобы уйти, но Эйвери окликнул его:
- Подожди.
Грей обернулся, удивленно подняв брови.
- Я должен кое в чем признаться.
Грей прислонился к дверному косяку и скрестил руки на груди, его глаза потемнели от подозрения.
- В чем?
Эйвери глубоко вздохнул. Это было труднее, чем могло бы быть, но он знал, что лучше будет рассказать все сейчас, чтобы у Грея не было причин наказывать его или не доверять ему позже.
- Прошлой ночью я позволил кое-кому другому трахнуть меня.
Если эта новость и обеспокоила Грея, он не подал виду.
- Учитывая, как обстояли дела между нами в последнее время, у меня нет причин винить тебя за это.
Эйвери кивнул, отчасти испытывая облегчение от того, что Грей не рассердился, но и обидевшись, что Грею, похоже, было все равно.
- Что-нибудь еще? - Спросил Грей.
- На самом деле, мне некуда пойти в декабре.
- У твоего отца нет квартиры, в которую ты мог бы переехать?
- У него есть квартиры. Просто... - Эйвери покачал головой, стараясь не расплакаться снова. - Нет. Он мне ничего такого не обещал.
- Так какой у тебя был план на декабрь?
Эйвери пожал плечами.
- У меня его не было. Я полагал, что так или иначе что-нибудь да произойдет. Либо ты позволишь мне остаться, либо нет.
Грей не выглядел довольным, но Эйвери мог сказать, что он тоже испытал облегчение. Он опасался чего-то гораздо худшего.
- Посмотрим, как пойдут дела.
- Хорошо, - сказал Эйвери, не пытаясь изобразить благодарность. - Спасибо.
Грей ушел, и впервые за несколько недель Эйвери лег спать один. Он думал, что ему это не понравится, но, в конце концов, это было не так. Спать одному было лучше, чем лежать рядом, мечтая, чтобы Грей прикоснулся к нему, и гадая, почему Грей больше не находит его привлекательным.
Однако следующее утро оказалось тяжелее, чем предполагал Эйвери. И все потому, что у него не было телефона.
Проснувшись, он сразу почувствовал себя не в своей тарелке. Обычно он включал музыку еще до того, как окончательно просыпался. Он просматривал порнофильмы, возможно, мастурбировал, прежде чем проверить свои уведомления. После этого он переходил на Фейсбук, Твиттер и Тамблер. Обычно к полудню он с головой погружался в изучение популярных хэштегов, чтобы убедиться, что его голос услышан.
Теперь он чувствовал себя покинутым. Он включил телевизор, но переключение каналов только раздражало его. Утренние ток-шоу, игровые передачи, мыльные оперы. Но что же происходило? Ничто в телевизоре не давало такого ощущения вовлеченности, как социальные сети. Он был почти рад, что его привлекли к общественным работам. По крайней мере, это дало ему хоть какое-то занятие.
К большому удивлению Эйвери, в библиотеку его подвез не Тейлор. Это был Чарли.
Щеки Эйвери горели, когда он приблизился к элегантному классическому «кадиллаку». Чарли пришлось перегнуться через сиденье и нажать на кнопку, чтобы открыть дверцу со стороны пассажира. Эйвери забрался внутрь, чувствуя себя так, словно его везут на виселицу.
Чарли выехал с подъездной дорожки, прежде чем заговорить.
- Грей рассказал мне, что произошло вчера.
Щеки Эйвери вспыхнули еще сильнее.
- Отлично. Ему просто нужно было унизить меня, да?
- Он сделал это не для того, чтобы унизить тебя.
Эйвери не был так уверен. К его ужасу, его глаза наполнились слезами.
Чарли взглянул в его сторону.
- Я знаю, какой Грей. Когда он в ударе, он один из лучших парней, которых я знаю. Один из лучших Домов, которых я знаю. Но прямо сейчас, с тобой? - Он покачал головой, не отрывая взгляда от дороги. - Он все еще слишком зол, чтобы разобраться с тобой, как следовало бы. Поэтому я делаю это вместо него.
Как по волшебству, он достал носовой платок и протянул его Эйвери. Эйвери вытер глаза, чувствуя себя уже лучше. Чарли был здесь не как друг Грея, и он был здесь не для того, чтобы обвинять или стыдить Эйвери. Он был здесь как Дом, предлагающий поддержку сабу.
- Он причинил тебе боль? - Спросил Чарли. - Я имею в виду, больше, чем ты можешь вынести?
Эйвери покачал головой.
- Нет.
- Итак? Что ты чувствуешь по поводу случившегося? Ты злишься? Обижен? Расстроен?
Эйвери снова вытер глаза и задумался. Первое, о чем он подумал этим утром, была не физическая часть наказания Грея.
- Я скучаю по своему телефону. Я знаю, это звучит глупо, но...
- Не беспокойся о «глупости». Просто будь честен.
- Я чувствую себя маленьким без него. И я скучаю по своей музыке.
Чарли кивнул, но ничего не ответил, и Эйвери понял, что он не ответил на настоящий вопрос. Поэтому он подумал о наказании. О том, как его вытащили из постели Грея и выпороли. О стыде и отчаянии на покрытом синяками лице Дерика. И, наконец, он подумал о том, чтобы заснуть в одиночестве, в своей новой импровизированной спальне.
- Я чувствую себя... оторванным от мира. - Они остановились на светофоре. Вокруг них завывал ветер. Упавший лист заплясал на капоте машины Чарли, пока Эйвери пытался подобрать нужное слово. - Я чувствую себя как этот лист. Как будто я был милым, защищенным и ничего не подозревающим на своем дереве. А теперь я во власти ветра.
Он подумал, что звучит по-дурацки, но Чарли снова кивнул. У Эйвери возникло ощущение, что он борется с желанием улыбнуться.
- Тогда у тебя все хорошо.
***
В этот день время, проведенное в библиотеке, и каждый следующий час казался Эйвери длиннее предыдущего. Когда все закончилось, ему нужно было убить три часа, прежде чем Тейлор заедет за ним. Обычно он садился в кресло в библиотеке и проводил вторую половину дня за телефоном.
Теперь это было невозможно.
Он воспользовался городским телефоном библиотеки, чтобы позвонить Тейлору и сказать, что его не нужно подвозить домой. Он бы поехал на автобусе. Но возвращение в дом Грея было похоже на пытку. У него даже не было его музыки! Это само по себе было плохо, но он также был оторван от большого онлайн-мира социальных сетей. Твиттер и Тамблер были тем, что позволяло ему оставаться на связи, а теперь этого больше нет. Что происходит в мире? Какие знаменитости говорили оскорбительные вещи только для того, чтобы пострадать от быстрой социальной справедливости масс? Какого политика застукали со спущенными штанами или с пальцами в банке из-под печенья? У Эйвери так и чесались руки перейти по ссылкам. В груди кипело неутоленное негодование, готовое выплеснуться в виртуальную голову какого-нибудь дурака. Потребность загрузить в свой мозг какую-нибудь информацию ощущалась почти физически, как голод, который он не мог утолить. Он действительно так зависел от своего телефона, что не мог прожить без него и нескольких часов?
Да, похоже, что так оно и было.
Он снова попробовал включить телевизор, но тот по-прежнему раздражал его. Он боялся, что сойдет с ума. Ему следовало остаться в библиотеке. По крайней мере, там были книги! Он не читал их уже много лет, но все лучше, чем просто сидеть и ничего не делать. В конце концов, он переключился на приставку. Но только до тех пор, пока Грей не вернулся домой. После этого он спрятался в своей импровизированной спальне, сдерживая слезы.