Проблемы с проклятым (ЛП)
Мой взгляд метнулся к кольцу на мизинце, мне было не совсем комфортно от того, что Пайк тоже это заметил. Где мой кофе?
— Потому что Финнис хочет видеть Констанс, — сказала я. — И, если мне понадобится помощь оборотней, эльфов или даже ведьм, я хочу, чтобы они были готовы. — «Вивиан», подумала я, хмуря брови. Не случайно лидер ковена ведьм по моральным и этическим стандартам временно переехала из Сан-Франциско в Цинциннати, чтобы преподать пару курсов в университете. Вивиан была здесь, оценивая, какой угрозой я являюсь, дружелюбным взглядом или нет.
— Ходин? — предложил Пайк, и я покачала головой, наблюдая за дверью.
— Финнис знает ее. Это не сработает. — Не говоря уже о том, что я ему не доверяю. Ходин начинал казаться легким, как желание, а желания всегда возвращались, чтобы укусить тебя за задницу.
— Ты слишком много думаешь об этом. — Пайк набросал еще одни переплетенные буквы M и W, чтобы они выглядели как бриллиант, подвешенный между двумя параллельными линиями. — Все, что нам нужно сделать, это расплатиться с мертвым сгустком. Он уедет домой. Жизнь продолжится.
— Купим его молчание? — сказала я, и все мысли о том, как вкусно пахнет Пайк, испарились, когда меня охватило настоящее беспокойство. — У меня нет таких денег, и мы не будем вымогать их у людей, которых защищаем. Так что, если ты не сидишь на денежном дереве или на серебряном руднике…
Он отстранился, коричневые круги вокруг его зрачков сузились.
— Есть «Пискари». Я почти протолкнул Лицензию, и с этим мы можем открыться.
Мои брови поползли вверх. Лицензию для смешанного населения получить было сложнее, чем лицензию на продажу спиртных напитков.
— Новый денежный поток… — добавил он, резко замолчав, когда его внимание переключилось.
Я проследила за его взглядом, моргая при виде неожиданно появившегося перед нами пышного живота Дали, демон выглядел довольно сюрреалистично в своем красно-белом фартуке. У него в руках красовался заказанный нами напиток на одном из этих картонных подносов, и он поставил его на стол с пустым выражением лица.
— Э, спасибо, Дали, — пробормотала я, почти заикаясь. — Я сама могла бы подойти. Тебе не нужно было приносить. — Кофе со льдом остыл у меня в руках, когда я высвободила его и протянула Пайку.
— Вовсе нет, — саркастически протянул он. — Это то, ради чего я живу. — Сжав губы, он наблюдал, как Пайк делает глоток.
— Хорошо. Спасибо, — сказал вампир, но Дали не пошевелился, скрестив руки на животе в явном раздражении. «Его книги…» внезапно подумала я.
— Эй, эм, обещаю, я принесу твои книги, когда приду в следующий раз, — сказала я, заставляя себя не съежиться, когда он злобно прищурился на меня. — Или ты можешь забрать их, — добавила я, повысив голос. — Дженкс знает, где они, если меня не будет.
Он поджал губы.
— Ты все еще укрываешь Ходина?
Прикрываясь глотком горячего кофе, я кивнула.
— Тогда я не приду к тебе. Чтобы я не забылся и не свернул его вероломную шею за его ужасающее невнимание к жизни, когда те, кто доверял ему, потеряли свои. Извини меня. — Он развернулся на каблуках, люди расступались с его пути, когда он заходил за прилавок.
— Прекрати, — прошипела я, когда Пайк захихикал. — Не сбрасывай его со счетов, потому что он в фартуке и работает бариста. Он мог бы разрушить башню Кэрью одним словом, если бы захотел.
— Я не сбрасываю его со счетов, — сказал Пайк, приводя в порядок свои каракули, чтобы оставить заключенный в скобки ромб сверху. — Но я действительно думаю, что забавно, что он подслушивает нас.
Мои плечи поникли.
— Да. Я тоже это заметила. — Но мой кофе был идеальным, и я позволила горячей сливочной вкуснятине с малиновым привкусом проникнуть в себя, пока смотрела на дверь в ожидании Трента. — Пайк, мне не нравится идея открывать «Пискари», особенно если это для того, чтобы расплатиться с вампирами.
Пайк плюхнулся на скамью, вытянув длинные ноги под столом, и промокнул окровавленный сустав жесткой салфеткой.
— Рейчел, ты много знаешь о вампирах, но ты не одна из них. Нежить позаботится о себе сама, но живым нужно место, чтобы вырваться на свободу. Где-то, где нежить ничего не испортит. Где-то, где они смогут забыть о той адской дыре, в которой они находятся.
Мои мысли вернулись к Кистену. Он управлял «Пискари», когда мастер вампиров сидел в тюрьме, превратив его из заведения по приему вампиров именно в то, о чем говорил Пайк, и когда я думала о нем, мое внимание расплывалось. Даже сейчас я скучала по Кистену, по тому, как он заставлял меня чувствовать себя одновременно живой и на грани.
— Чертовски сложно работать против твоей репутации, — добавил Пайк. — Чтобы сдвинуть дело с мертвой точки, требуется вдвое больше взяток, но к концу месяца я должен получить Лицензию.
— Я думала, это будет заведение только для вампиров.
— Если подаешь алкоголь, то нужна Лицензия, — сказал он. — Но да, это подошло бы вампирам.
— Что, если войдет человек. На спор? — Я подавила дрожь, вспомнив, как подслащивала кровь, по сути, напивалась вампирскими феромонами. Я была в их власти. То, что они восприняли это как комплимент и их сострадание было всеобъемлющим, не имело значения.
Пайк ухмыльнулся, показав свой обломанный клык.
— Итак, я делаю мотивом помидоры. На стенах, в меню. Везде. Ни один человек не посмеет показать свое лицо. — Он скомкал салфетку и бросил ее на стол. — Ты и я были там, где доллар останавливается с марта. Медовый месяц закончился. Им нужно куда-то пойти и выпустить пар. Думай об этом как о безопасном месте, где можно высказать свои опасения без ведома их мастера-вампира.
Ой. Я сжала губы, мне не нравилось, что он был прав.
— Хорошо, но «Пискари» не нейтральная территория. Это я. Это ты. — Это Кистен. — Разве нет другого места, где мы могли бы это сделать? Где-то с лучшей системой вентиляции?
— Как в твоей церкви? — с сомнением произнес он, и я в ужасе покачала головой. Окружающие разговоры внезапно перешли на шепот, и я подняла глаза, не удивленная тем, что Трент входил, колокольчики на двери слабо светились красным из-за охранных заклинаний, которые он использовал. Каким-то образом ему удавалось казаться невозмутимым даже в своем легком бледно-сером костюме. Его ботинки были новыми, светлые волосы жидкими, а подбородок чисто выбрит. Улыбка осветила все его лицо, доходя до самых глаз, когда он увидел меня, и, черт возьми, если я не почувствовала волнения.
«Вот он», — подумала я, когда Пайк подавил стон. «Реальный».
— О, Боже милостивый. Снимите комнату, — пробормотал Пайк.
— Ревнуешь? — сказала я, игнорируя то, что всего пять минут назад мечтала о нем наяву.
— Рейчел, — сказал Трент, кивнув Пайку, и скользнул рядом со мной, мы все трое оказались спиной к двери. — Хорошо выглядишь.
Я покраснела, когда он обнял меня за талию и притянул к себе. Для поцелуя было слишком много людей с камерами, но это было в его прикосновении. Струйка энергии лей-линии согрела меня, когда наши внутренние балансы выровнялись, и я почувствовала, что расслабляюсь. «Да. Настоящий…»
— Трент, — решительно сказал Пайк, и Трент одарил его профессиональной, достойной СМИ улыбкой. Очевидно, между ними все еще существовали какие-то неразрешенные трения. Я больше не собиралась чувствовать себя виноватой из-за того, что работать с Пайком было легче, чем с Трентом. Я бы совершила ужасные поступки, если бы кто-нибудь серьезно причинил вред Пайку, но если бы то же самое случилось с Трентом, я бы предприняла непростительные действия.
— Мистер Уэлроу, — дружелюбно сказал Трент. — Пробежка прошла хорошо? — спросил он, заметив амулет от боли.
Пайк поморщился и снял его.
— Она заставила меня надеть это, — пробормотал он, и Трент усмехнулся, снова притягивая меня ближе, прежде чем вытащить еще одно перышко из моих волос.
— Я не знала, что ты в городе, — сказала я. — Что привело тебя сюда?
Трент придвинул свой кофе поближе, разглядывая пакет, будто знал, что в нем печенье.