Скромный метаморф (СИ)

— …Держи, — сказал я, вытащив из рюкзака флакон с зельем.
— Хм… Надо будет обновить состав Hausapotheken, [аптечек] — задумчиво проговорил Хайнц, задумчиво глядя вслед ушедшему в подсобное помещение Адриану.
— Согласен, — кивнул я — Ну, рассказывай, что у вас тут нового? Почта и сквозные зеркала — это, конечно, хорошо, но самому всё увидеть будет лучше.
— Хм… Начну с малого — мы немного модернизировали Hauptquartier. [штаб] Думаю, это трудно было не заметить, Kollege. [коллега] Надеюсь, сложностей с тем, чтобы разобраться с нововведениями, не возникло?
  
— Никаких, вы в письмах всё расписали достаточно просто и понятно. Хотя для пользовательской инструкции та гора текста явно не нужна, — с усмешкой сказал я, вспоминая кучу технической информации.
— Возможно, — пожав плечами, Хайнц подошёл к крупному стеллажу с книгами и журналами и начал доставать некоторые из них. — Вот самое важное по теме, из-за которой мы просили тебя прийти, — говорил он, складывая их мне в руки. За стопкой уже скрылась моя голова.
— Много… — впечатлённо пробормотал я, и понёс эту кипу к столу, на который аккуратно поставил, стараясь ничего не уронить.
— Это даже не четверть всего, — сказал Фуфел.
— Фью, — присвистнул я. — Нехило. А если кратко и своими словами?
— Если кратко, то искусственное привитие магического дара волшебнику прошло успешно, — послышался рядом с нами голос Адриана, уже вернувшегося и переодевшегося в лабораторный халат.
— Это хорошо. Как ты?
— Уже лучше. Извиняюсь за своё раннее поведение… — немного смущённо сказал он, поправляя очки.
— Ничего страшного, — безразлично махнул я рукой. — Что ещё можете мне сказать по этому вопросу?
— Для успешного привития дара важны два фактора, — продолжил испанец, выбирая из полученных мной трудов некоторые конкретные и складывая их отдельно. — Во-первых, необходим донор, которым обязательно должен быть естественный носитель магического дара.
— Естественный? — уточняюще спросил я. — То есть если в процессе передачи будут участвовать неодарённый и тот, кто получил дар искусственно, вашим способом, то на результат можно не надеяться?
— Йа-йа, — кивнув, дал мне подтверждение Хайнц.
— Но мы продолжаем наблюдение и будем делать проверки раз в месяц, — продолжил Адриан. — Возможно, нужно просто подождать некий период для полноценного закрепления дара. К тому же в планах ещё проверка как дар проявит себя в потомках тех, кому привили его искусственно. Но в ближайшее время результатов по этому вопросу можно не ожидать.
— Ожидаемо… Что за второй фактор? — поинтересовался я, листая отложенные Адрианом журналы.
— Получающий дар волшебник должен натренировать свои магусы на изменение в нужную форму. В противном случае часть магусов, которую попытается трансформировать ритуал, будет повреждена. Период восстановления составил две недели.
— Насколько сильно нужно их натренировать? — уточнил я.
— Reine Sprache. [Чистая речь] До этого уровня, — подал голос немец.
— Хм… Для этого нужно довольно активно практиковаться около полугода, чтобы пропали протяжные шипящие нотки… — задумчиво пробормотал я, вспоминая свой опыт.
— Из-за этого привить дар получилось лишь группе из семи человек, — с небольшим раздражением в голосе пробормотал испанец.
— На первое время их хватит для наблюдения, — сказал я, не отрываясь от перелистывания исследований. Потом я изучу всё это более основательно. — Как формирование дара сказывается на волшебнике? Вы это уже изучили?
— Да, к счастью, у нас есть… — начал говорить Адриан.
— Linse! [Линза] Давайте мы вам покажем её, Kollege, [коллега] — с энтузиазмом воскликнул Хайнц, быстрым шагом направившись к одной из дверей.
— Да, линза… — со вздохом сказал Наварро. — Идёмте.
Пройдя за Хайнцом, мы оказались в довольно небольшом помещении, всего с десяток метров квадратных. Оно было почти пустым, только рядом с центром, в ритуальном круге стоял штатив, в котором была закреплена крупная линза, размером чуть больше головы человека.
— Вот оно, meine Schöpfung! [моё творение] — воскликнул Хайнц, показывая мне на это стёклышко.
— А поподробней? — попросил я, не понимая что такого невероятного в этой линзе.
— Глаз той магической химеры, — пожав плечами сказал испанец. — Вы же и с ним участвовали в ритуале разделения зрения, чтобы показать ему эффект магических глаз. Он тогда загорелся идеей создать инструмент, который будет иметь схожий эффект. И вот результат… Для этой линзы он потратил глаз химеры, немало Жидкой Удачи, но всё же добился успеха. Правда для подключения и безопасной работы необходим ритуальный круг, — сказал он, кивнув в сторону пола под штативом с линзой. — И даже так, долгая работа не рекомендуется. Сам знаешь что бывает при долгом использовании магического зрения, и куда лучше нас.
— Вот как… — впечатлённо пробормотал я. — Не знал, что ты увлекаешься артефакторикой, — обратился я к Хайнцу.
— Не только моя заслуга, — махая рукой, отгородился он от почестей. — Я знаю всего понемногу, просто смог уговорить vertrauter [знакомых] помочь. Я ранее не совсем правильно выразился, моей была только идея.
— Всё равно впечатляюще, — сказал я, подходя ближе. — Как ей пользоваться?
— Не трудно. Вставайте в центр ritueller Kreis, [ритуального круга] — начал мне давать указания Хайнц. — Здесь есть метки, куда нужно касаться пальцами, — показал он мне на верхнюю часть штатива, где и вправду были небольшие углубления с рунами.
— Вот так? Что-то ещё нужно? — спросил я, выполнив указания.
— Полминуты на подключение и всё, линза будет активирована и вы сможете с ней взаимодействовать, герр Лавгуд, — сказал Фуфел, отходя в сторону.
— Я сегодня побуду подопытным кроликом, — подал голос Адриан, вставая передо мной так, чтобы его было видно через линзу.
— …Воу, — сказал я, когда нужное время прошло и я увидел магусов внутри испанца. — Не настолько качественно и детально, как моё зрение, но тоже неплохо, — проговорил я.
— Да, к сожалению линза недостаточно мощная, чтобы уловить magische Partikel, [частицы магии] только магусы, — с некоторым сожалением пояснил Хайнц.
— Для наших нынешних исследований это не критично, — пожимая плечами, сказал Наварро.
— Соглашусь с этим, — сказал я, внимательно рассматривая магусов Адриана и начиная чувствовать небольшое давление в голове, как при использовании магического зрения.
Небольшая группа магусов в его теле перманентно находилось в форме крошечных змеек. Штук шесть. При этом их качество и детализация были даже лучше, чем у меня, когда я имитирую дар. Вот что значит реальное наличие дара.
— Можешь активировать парселтанг? — попросил я, желая увидеть изменения.
От этих шести магусов по всем остальным будто бы прокатилась волна. Уверен, активируй я своё магическое зрение, то реально увидел бы волну частиц магии. Так вот, эта волна преображала магусы по образу и подобию тех шести.
— Когда я активирую парселтанг, возникает ощущение, будто говорю на родном языке. Раньше такого ощущения не было, — проговорил он на змеином языке.
— Значит есть ещё и качественные изменения… — пробормотал я. — Как думаете, каков предел вместимости магических даров у волшебника? Если слишком много магусов будут преобразованы таким образом, то как это повлияет на силу волшебника и возможность творить магию?
— Это мы уже проверили, магусы магического дара не участвуют в процессе сотворения чар и они получаются слабее при тех же усилиях, если сравнивать со временем, когда у меня не было магического дара, — сразу ответил на мой вопрос Адриан. — Если же говорить о вместимости… Парселтанг занимает от пяти до десяти магусов, если судить по нынешней статистике. Как будет с другими дарами — хороший вопрос, нужно будет проверять и снова собирать статистику. Так что на вопрос о вместимости тяжело ответить, точно можно сказать лишь о том, что количество магусов, обитающих в теле волшебника, будет играть в этом решающую роль.