Хозяйка замка на холме

– Конечно, – кивнула я. – Это моя мачеха и мой опекун по указу короля, так как отец тяжело болен и над ним самим установлено опекунство того же лица. А зачем она приезжала?
– Зачем – об этом чуть позже. На данный момент главное – с кем. А приезжала леди со своей приемной дочерью, кою именовала Альятой.
Я подняла бровь, как бы призывая мужчину признаться в нелепом розыгрыше. Но время шло, поверенный, изредка моргая рыбьими глазками, протирал лупу клетчатым желто-зеленым платком.
  
– Вы шутите? – наконец отмерла я.
– Я при исполнении, барышня. Какие могут быть шутки? – строго посмотрел поверенный. – Уверяю, я держал в руках точно такое же свидетельство о рождении леди Альяты Дивиор, с подлинной печатью Королевского управления и магически подтвержденным изображением самой девушки. И оно было похоже на ту девушку и совсем не похоже на вас.
– Не может быть!
– Также была предоставлена характеристика личности с подлинной печатью и подписью директора пансиона, где проживала и обучалась леди Альята. Великолепная характеристика, кстати, хоть сейчас в королевские фрейлины с такими данными. Обычно дири Труфиль более сдержана в комплиментах своим воспитанницам. Оба документа определены моим амулетом как подлинные.
– А мои документы?
– Увы, как ни печально это признавать, но они тоже определены амулетом истинности как подлинные, – с грустью констатировал мужчина и тем же платком вытер лоб.
Очень интересно. Искусно подделать такие документы так, что даже артефакт не определит, – можно, но это долго и дорого. А мачеха выглядела так неряшливо, словно сбежала с паперти. То есть, денег на хорошую одежду и камеристку у нее нет, на подпольного специалиста по фальшивкам – тем более. Проще… я кинула взгляд на лупу мага. Проще подменить или испортить амулет проверки, чтобы он не увидел даже грубую подтасовку.
– Простите за вопрос, дир Берес, но вы выходили из кабинета во время их визита? – поинтересовалась я.
– Да. На минуту буквально. – Щеки толстячка порозовели. – Простите за подробность, у меня внезапно живот прихватило.
И я сразу вспомнила, как десять лет назад, в день венчания папы и дири Жаметы, будущая мачеха рано утром зашла в мою комнату и со словами: «Ты не пойдешь в храм, маленькая дрянь! Я не позволю тебе сорвать мою свадьбу!» – дунула мне в лицо прозрачный, почти невидимый порошок. И, стоило мне его вдохнуть, как живот скрутило страшной резью, и я просидела на горшке все торжество и еще полночи, пока в доме веселилась мачеха и ее сыновья от первого брака.
А все потому, что я тогда была так глупа, что накануне магией испортила ее свадебное платье и пообещала, что не дам этой ведьме обмануть папу и войти в наш дом не как служанка, а как хозяйка. Глупая наивная девочка.
Мачеха отомстила страшно – заперла меня в исправительный пансион с полным запретом на магию для детей, неспособных контролировать дар. Кстати, ограничители до сих пор «украшают» мои предплечья, но они давно и тайно нейтрализованы и почти не мешают.
Что ж, теперь стал понятен трюк. Мачеха незаметно распылила яд, предварительно приняв противоядие, и подменила амулет проверки. Это быстрее, чем взламывать магическую вещь и переплетать заклинания. На последнее у нее ни ума, ни времени не хватило бы. Кроме того, такие амулеты обладают самозащитой от порчи и кражи. А значит, наверняка подлинная лупа где-то тут, в кабинете. Поэтому поверенный не встревожился.
Но неужели так легко обвести вокруг пальца таких значимых лиц, как поверенные? Это же ужасная новость! Это значит – никому и ничему нельзя доверять в нашем королевстве!
– А магический слепок на характеристике из пансиона совпал с описанием внешности выпускницы? – без всякой надежды спросила я.
– Безусловно. – Мужчина и сам был крайне расстроен.
– А аттестат они тоже предоставили? Ведь это главный документ по условию завещания моей матери, чтобы я имела право претендовать на бабушкино наследство.
– Нет. Аттестата у них не было. Но дамы обещали принести документ завтра. И это обстоятельство, милая леди, – главная причина, почему я вас принял и почему с вами сейчас разговариваю вместо того, чтобы вызвать полицию и упечь вас в тюрьму по обвинению в мошенничестве.
– Меня бы быстро выпустили, – задумчиво сообщила я. – И дело не только в том, что у меня действительно подлинные бумаги. Есть десятки свидетелей, что именно меня обучали в пансионе под именем Альяты Дивиор. Но главное – любой маг крови может подтвердить мое родство с кровью рода Дивиор и рода Флирэй.
– У вас потрясающее самообладание, юная Дивиор. Вы настоящая леди, – польстил поверенный. – В отличие от той девицы, которая пыталась выдать себя за вас. Самое удивительное, обе дамы не знали, что по воле покойной леди Элеты аттестат необходим для вступления в наследство. Это очень странное условие, впервые с таким сталкиваюсь.
– Еще бы! Откуда ей знать об условии? – усмехнулась я. – Ведь будущая мачеха, тогда еще дири Жамета, не присутствовала на оглашении завещания десять лет назад, а папа уже тогда страдал расстройством памяти после ранения в голову. Он наверняка не запомнил такую мелочь и не мог рассказать новой супруге.
Значит, мошенницы прокололись. Но зачем Жамете понадобилось сомнительное «богатство» – груда камней в непролазной глуши – все, что осталось от фамильного дома моей бабушки?
– А как выглядела девушка, которую моя мачеха пыталась выдать за свою падчерицу, то есть, меня? – поинтересовалась я.
Толстячок возвел рыбьи глаза к потолку, припоминая, и… довольно точно описал мою соседку по комнате Бессару, не забыв отметить, что впервые видит девицу, разгуливающую по казенным местам в красном бальном платье с великолепным декольте, куда в дороге упали какие-то листочки. Кстати, и ее прическу, довольно неряшливую, как и у леди Жаметы, украшали веточки и птичьи перья. Видимо, обе дамы ехали в открытом экипаже, а не в карете. Но мало ли, какие обстоятельства, дир Берес не смеет осуждать…
Быстро же спелись две змеи!
Всего за несколько часов, пока я была в мастерской Ревье, разъезжала по магазинчикам и мылась в бочке с водой в дешевом гостиничном номере, Бесси уже прониклась таким доверием к незнакомой женщине, что решилась на соучастие в преступлении!
А ведь это означало, что Жамета ее раскрыла, поняла, что Бесси – это не я. И мгновенно среагировала! Страшная женщина.
С другой стороны, почему старая мошенница Жамета настолько доверилась какой-то дочери кожевника, с которой только утром познакомилась со скандалом, что привлекла ее в свои махинации?
Очень, очень странно. Этому должно быть объяснение!
Интересно, бело-золотой красавчик принимал участие в подлоге?
– Я знаю эту девушку. – Я подняла глаза на поверенного. – Это моя соседка по комнате в пансионе. Не понимаю, зачем ей и леди Жамете так рисковать? Ведь подлог с документами раскрылся бы скорее рано, чем поздно.
Толстячок побарабанил пальцами по подлокотнику кресла.
– Думаю, ваша мачеха, не зная об условии завещания, даже не предполагала, что вы явитесь за наследством раньше совершеннолетия. Если бы вы не пришли сегодня, я бы ничего не заподозрил. А если бы у них был и аттестат, я бы их принял и вручил им ключ к наследству леди Альяты Дивиор.
– Чистая случайность, что я сегодня не поехала с мачехой и позволила сесть Бессаре в магомобиль вместо меня, – я убрала свои документы в папку и пояснила: – Так зовут эту девушку.
И рассказала поверенному про утреннее происшествие с кабриолетом.
Наверное, мужчина не умел смеяться, потому что даже улыбки на его лице не промелькнуло – он слушал внимательно и хмурился своим мыслям. И сделал логичный вывод:
  
– Что бы они ни задумали, вы нарушили их планы, даже не подозревая о том. Леди Альята, я был поверенным вашей матери с момента ее совершеннолетия. И дам вам дружеский совет, если позволите. Не выходите замуж за этого лэрда, не проверив всю его подноготную. Я помогу вам, у меня есть друзья в отделе расследований, они специализируются как раз на таких делах.