Хозяйка замка на холме

Сейчас надо разведать, что за наследство мне оставила матушка и насколько серьезный вред нанесли ему строители из Академии.
Потому я тщательно спрятала папку с документами – не в номере, а в кладовой, где никому в голову не придет их искать, – купила в буфете при отеле пирожки и бутылку сидра, взяла пачку старых газет, валявшихся в углу столовой – ими поварята чистили пригоревшие кастрюли, а горничные – обувь постояльцев, когда хотели сэкономить на щетках и гуталине.
  
Выкатила заскучавший магороллер и отправилась на окраину города.
***
Оживленные улицы остались позади, рабочая окраина в это время пустовала, а бродячие кошки и собаки не в счет. Вскоре закончились все признаки жилья, брусчатка давно закончилась, из-под колес магороллера полетела грязь грунтовой дороги, а впереди блеснула полоска реки.
Я остановилась и, отойдя с узкой дороги на обочину, сверилась с маминой картой. Кажется, вон то густое пятно зелени впереди – и есть наша родовая роща. С трех сторон от нее простирались поля. Похоже, когда-то деревья росли на высоком холме, но сейчас его вершина выглядела как будто срезанной ножом, и теперь остатки холма напоминали кратер, а зелень выплескивались из него словно лава. Красиво и почему-то жутко.
Далековато, да и путь к роще лежал через нищие кварталы рабочих, вряд ли ко мне поедут богатые клиенты.
Зато безопасно: никто не пострадает, если что-то пойдет не так. Для экспериментальной магической мастерской – самое то. А для продажи амулетов можно открыть маленькую лавку в городе. Договорюсь с мастером Ревье о партнерстве. И с лицензией он наверняка сможет помочь, если мне откажут из-за отсутствия профильного образования.
Вот только после сегодняшней аварии меня наверняка будут искать.
Накатил запоздалый ужас, колени подогнулись и, всхлипнув, я села на мокрую траву. Не беда, одежда высохнет. А вот совесть…
Как так получилось? Я всегда держала себя в руках, не позволяя обиде нанести кому-то вред. Потому что, как учила леди Кэролайн, нанесенный удар обиды или проклятия всегда срикошетит и вернется, и его энергия разрушения возрастет. Ты всегда пострадаешь сильнее, чем пострадает проклятый. Обезопасить рикошет может только искреннее прощение и помощь.
Причиной, по которой магомобили так медленно завоевывали мир, была вовсе не их дороговизна. И не высочайшие требования к магической силе их водителей и обслуживающих техников. Причиной была неконтролируемая ярость дивьего духа, жившего в артефакте движка, как устрица в раковине.
Его мог вывести из равновесия любой пустяк, – дождь или град, солнце в глаза-фары, и уж тем более авария. Маг-водитель должен был уметь ладить с дивиком, отслеживать любые изменения в его настроении. Без преувеличения, их сердца должны биться в такт друг другу.
Мастер Ревье любил рассказывать о разных казусах между водителем и дивиком, иногда ужасных. Особенно мне запомнилась история, когда дивик невзлюбил невесту хозяина магомобиля и, как только дама садилась в салон, упорно отказывался разгонять машину быстрее шага черепахи. Совсем не подчиниться магу дивик не мог – договор между людьми и дивами не позволял. Но тот же договор оставлял кучу лазеек для обеих сторон и тем более для полуразумных дивьих созданий.
Та история закончилась вполне благополучно: владелец магомобиля прислушался к дивьему духу и отказался от невесты. Позднее выяснилось, что красавица была брачной аферисткой, и от ее рук в разных странах погибло полдесятка магов.
А ведь бывало и иначе. Бывало, что вышедший из-под контроля дивик накидывался на все, что движется, и тогда печать договора уничтожала дивье создание. И магический взрыв мог быть страшной силы, если дивик обладал большим потенциалом.
Только чудом сегодня люди остались целы, а дивик не был уничтожен.
– Да, я трусливо сбежала, Гром. Но никто не пострадал, а я так испугалась! – пожаловалась я магороллеру.
«Как это никто? А мой приятель Рык?» – неожиданно прозвучало в голове.
Ну вот, я уже сошла с ума. Как печально.
«Знаешь, как он, должно быть, испугался?!» – раздался тот же голос.
– Кто?
«Какая тупая хозяйка мне досталась! – ржаво проскрипел голос. – Говорю же: мой приятель Рык! Он жаловался, что ты его сегодня едва не прикончила своим кошмарным амулетом».
– Я? Когда?
«Дивья сила, дай мне терпения! – рыкнул голос. И почему-то в тот же миг двигатель магороллера гневно заискрил. – Ты сегодня была свидетелем покушения на ректора Академии. Так?»
– Подожди! – Я начала приходить в себя. – Кто ты?
«Я – Гром! Ты же сама дала мне имя, пробудила мою сущность, сама со мной заговорила. А теперь отказываешься понимать?»
Я перевела взгляд на магороллер. Икнула. Ох… Никогда не слышала, чтобы дивики разговаривали. Они же неразумные! Точнее, полуразумные, как собаки или драконы.
«Сама ты собака, дивья дурь!» – вскипел дивик. Из мотора магороллера вырвались разноцветные клубы дыма. Да он сейчас взорвется!
– Поняла. Прости, Гром! Никогда не слышала, чтобы дивики разговаривали с людьми. Это… так удивительно!
«Тихо! Говори мысленно, я тебя прекрасно слышу, хозяйка. Дивики не говорят с людьми. Дивики говорят только с дивьим народом, потому что только наши создатели дивы могут нас понимать».
«Но я… я не дива!»
«Уверена? – хихикнул Гром. – Ладно, хозяйка, не буду врать. Ты действительно пока еще не дива, потому что спишь. Но твоя бабушка – полноценная дива, и в тебе есть часть дивьей крови, этого достаточно, чтобы слышать меня, раз ты стала моей хозяйкой, но недостаточно, чтобы слышать других существ».
«Но ты можешь их слышать, Гром? Как ты узнал о покушении на ректора, если был заперт в кладовке?»
«Конечно, могу. Тем более, Рык – мой давний друг. Мы, дивики, все связаны и слышим друг друга в пределах своих сил. А я хоть и стар, и заключен в неподходящий моему духу амулет, но у меня много силы. Я мог бы и что-то помощнее магороллера двигать, имей в виду. И да, это страшная тайна! Если проболтаешься людям… мы не простим».
Угроза от магороллера – это не шутки. Особенно, если поверить в его дружбу со всеми дивиками. Моим врагом станет любой артефакт, в котором свил гнездо дивий дух. Это страшная жизнь и быстрая смерть. И, конечно, о мастерской артефактов придется забыть навсегда. И что тогда? Замуж выходить за позолоченного лэрда-проходимца?
Ну уж нет!
«Клянусь своей кровью, Гром, что никому не расскажу о вашей тайне без твоего разрешения!» – пообещала я.
«Вот ведь, дивья внучка, узнаю кровь – не могла ты не ввернуть свое условие, – довольно проурчал магороллер. – Хорошо, принимаю твое слово».
«Передай мои извинения твоему другу Рыку. Я не хотела причинить ему вред…»
«Больше не используй этот ужасный амулет! Рыка едва не разорвало на клочки этим жутким звуком! И в результате он не смог добраться до ведьмы и упустил преступницу».
«До какой ведьмы? Это же я виновата в аварии. Моя злость…»
«Какие глупости! Сразу видно недоучку! Конечно, Рык почувствовал твою злость и даже чихнул пару раз. И, кстати, передает свои извинения, что угодил колесом в лужу и обрызгал твою одежду. Он не успел сманеврировать и раскаивается».
«Ничего страшного. Его бамперу пришлось хуже».
«Ты сама подумай хорошенько: твоя сырая, неоформленная дивья магия никак не могла сорвать колесо с оси. Ты хотя бы представь, как защищен магомобиль ректора академии магии! Самонадеянно думать, что ты могла пробить его защиту».
Я прикусила губу. Он прав. Похоже, я действительно зазналась.
«Это была заранее спланированная диверсия. Рык в этом убежден, – с жаром сказал Гром. – Он помнит каждого, мимо кого проезжал. В аварии виновна женщина, стоявшая у лавки артефактов. Эта ведьма и отправила проклятие прямехонько в ректора. А твоя магия случайно сбила ее проклятие, и она промахнулась, но все-таки задела заранее ослабленное колесо. Кстати, там на всех колесах гайки были недотянуты, но Рык не смог перед поездкой достучаться до шофера, ректор его недавно сменил, и дивик с водителем еще не приспособились друг к другу».