Академия магии Троян (СИ)
Команда моментально расходится по углам, а Фойхт подходит ко мне и забирает сумку.
— Что мне делать, ректор, — озабочено спрашиваю я.
— Слейся со землей, — советует он. — Почувствуй ее. Попробуй сфокусироваться на силе внутри тебя.
Фокус и медитация. Как бы это тоже навык, — хочется ответить ректору, но он уже отходит. Тимон стоит напротив на расстоянии двадцати шагов. Он раскидывает руки и закрывает глаза, чтобы открыть внутренний потенциал. Чувствую, как ветер сгущается и тяжелеет.
В памяти появляются картинки, как папа показывает разные способы для фокуса, чтобы не потерять связь со землей. Раньше я с ним тренировалась, но после его гибели запустила медитацию. Но кое-что я все же помнила. Вытягиваю руки ладонями вниз и тоже закрываю глаза.
Что-то во мне задрожало, создавая внутри меня чувство безграничной легкости. Связь мага со своей стихией это часть сути самого мага. Которую я временно утеряла.
Тело чувствует как похолодало, в ушах появился звон, но я даже не шелохнулась. Продолжаю стоять с закрытыми глазами, концентрируясь на связи со землей. Мне не нужно видеть, чтобы понять, как Тимон раскрывает всю мощь потенциала.
На секунду я почувствовала запах сырой земли, ее мягкое тепло и одновременно нежную прохладу. В этот момент мое уставшее тело начало наполняться силой, словно выпила напиток мощи. Голод, жажда, сонливость пропадали под натиском духа стихии.
— Вайсс, — окрик ректора резко возвращает меня в реальность. — Как отдохнула?
Три минуты уже прошли? Оглядываюсь, чтобы найти Тимона, а он стоял там же. Но прежней наглости на лице не было. Потный и запыхавшийся он пытался вдохнуть поглубже.
— Признаю, мастер, — выкрикивает Тимон и дарит мне улыбку. — Она нам пригодится.
Парнишка разворачивается и вразвалочку уходит на прежнее место. Команда снова разбивается на группы и продолжает прерванную тренировку.
Ректор подходит ко мне со спины и возвращает сумку.
— Почему вы были уверены, что я устою перед ним?
— Потому что ты достаточно сильная, чтобы иметь таланты земляных и надеюсь в тебе есть скрытые возможности. Разве вам декан Рихтер… не говорил на занятиях об этом.
— Он не говорит о земляных. Вам разве это не известно, — с грустью отвечаю и отворачиваюсь. Снова в сердце вернулась тоска, но не такая сильная, как прежде. Все же связь со землей восстанавливает не только тело, но и душу.
— Ты бы хотела узнать, что ты можешь? — уточняет у меня ректор. В ответ я киваю. — Хорошо. Земляные маги могут проникнуть в землю.
— Как это?
— А вот так. Ты можешь спокойно исчезнуть в земле и находиться там некоторое время. К примеру, для подпитки. Это могут все маги, которые тренируют фокус. Парни тоже, — кивает в сторону двух гигантов. — Талантом считается создание землетрясений и преобразование из земли в камни. Что во время боя хотелось бы видеть.
Едва заметный смешок срывается с моих губ. Представляю как в детстве могла бы наподдать всем только за кривой взгляд.
— Но некоторые маги земли могут жить под землей. Им не нужен воздух. Они прекрасно обходятся без него.
— Но как они перемещаются?
— Если ты когда-нибудь окажешься под землей, ты мне расскажешь как, — с хитринкой в глазах отвечает ректор.
— Вы же знаете…
— Бригида, да перестань ты оглядываться на всех. И даже на закон. Я понимаю тебе страшно. И я потрясен, что ты все же выходишь на свои рейды и спасаешь тех, кто боится еще больше. Но если ты сейчас не рискнешь, то возможно такого шанса изменить реальность в твоей жизни больше не появится.
— Вам легко, говорить, — возмущаюсь на мужчину. — Отрубят голову мне, а не вам.
— Сомневаюсь. Скорей всего нас двоих отправят на границу к смертникам.
— Нас двоих?
— Бригида, запомни, я тоже рискую. Так что, если тебя накажут, то и меня тоже. Так что лучше бы тебе начать работать, иначе мы рискуем без шанса на победу.
— Хорошо, в какую группу мне вставать.
— Ни в какую. Сегодня ты со мной тренируешься. Будем тренировать твой фокус.
Иду чуть ли не вприпрыжку, хоть должна еле волочить ноги. После занятий в академии и тренировки с Фойхтом. Тороплюсь в общежитие, чтобы поскорее приступить к домашним заданиям, но резко торможу, когда замечаю понурую голову Тобиаса.
— Тоби, что ты тут делаешь?
Друг оборачивается и подлетает ко мне.
— Бри, я… должен… но не знаю как… хотя…
— Бригида, ты еще не в комнате, — Амфара выходит из темноты с книгами в руках и тем самым прерывает поток слов друга. — Поможешь донести?
— Конечно, — киваю соседке и поворачиваюсь к Тоби. — Подожди меня здесь, я вернусь, и мы поговорим. Или, Амфара, я донесу книги, но договорю…
— Не надо, Бригида, — отмахивается Тобиас. — Это не так важно на самом деле. Давай как-нибудь в другой раз. Иди в комнату, ты ведь устала.
И он скрывается в темноте.
— Знаешь, я где-то это уже видела, — усмехается Амфара. — Так ведут себя влюбленные ботаники, когда хотят признаться в любви.
— Что? Тобиас? Что за глупости, — подхватываю учебники и направляюсь ко входу. — Мне кажется, у него что-то случилось. Поэтому он так ведет себя странно. Пойдем скорее, холодает.
— Как знаешь, — ухмыляется Амфара.
В комнате мы немного поговорили, но тему «Тобиас влюблен в меня» не поднимали. Я отправилась к себе, чтобы позаниматься и продолжить чтение запретной книги.
Может действительно пора бороться ради великой цели. К примеру, можно ведь попробовать изменить мнение о земляных. Можно же добиться справедливости для представителей моей стихии. Не знаю как, но ведь это возможно.
Только для этого придется немного нарушать правила. Немного идти на риск. А еще нужно перестать себя чувствовать жертвой. Не притворяться сильной, а стать сильной. Той, что способна изменить жизнь для тысячи магов.
Ради такого можно и измениться.
Глава 6.1 Распределение
Скрежет по стеклу или ор течных животных, даже не знаю что вернее. Нечто среднее между этими двумя звуками нещадно будило меня. Я приоткрываю глаза и отмечаю предрассветную мглу, которая тянется из открытого окна. Тишину ничего не нарушало. Никто не скрежетал и не орал под окнами. Утреннее умиротворение приятно укачивало, и меня снова потянуло в сон.
Я медленно закрываю глаза и утыкаюсь в одеяло, и в ту же секунду противный хор возобновился. Резко подрываюсь и хмурюсь. Везде тихо, а звук казался кошмаром. В сладком мареве прикрываю веки и тут же их открываю. Звук не сон, а чья-то магия.
Встаю с кровати и выглядываю в окно. До рассвета еще пару часов. Вокруг расступившиеся ночные сумерки и предрассветная прохлада. Хочу закрыть с хлопком створки окна, как в мое лицо полетело водяная струя.
— Что…, — ахаю я, вытирая капли воды, и выглядываю из окна.
Ректор академии с шальной улыбкой прыгает под окнами и размахивает руками вместо разминки.
Скрываюсь в комнате и быстро надеваю на себя чистую форму. Плескаю в себя несколько раз водичкой (хотя можно было бы просто вытереться) и выбегаю из общежития.
— Ректор? Вы в меня водяную струю пустили, — утверждаю я.
— Долго тебе будить пришлось, — ворчит Фойхт, словно не замечает моего возмущения. — Побежали, уже опаздываем.
— Командная тренировка?
— Нет, ты единственная, кто не умеет пользоваться своей силой. Поэтому теперь каждое утро будешь выходить со мной для медитаций и фокуса. Даже представить не могу, сколько понадобиться времени, чтобы разбудить давно спящий дар.
Ректор обегает меня и снова пускает водяную струю, пока я зеваю. Вот так этот день изменил мою жизнь на «до» и «после».
Ноар Фойхт был честен со мной, когда говорил условия работы в команде. Спала я мало, а тренировалась много. Ректор приходил за мной приблизительно в четыре утра, когда сумерки только начинали сереть. А отпускал он меня только тогда, когда я выполняла его утренние цели.
В какой-то момент мне стало казаться, что моя магия ушла. Но ректор объяснил, что мои проблемы с фокусом связаны с силой дара. Чем он выше, тем раньше его нужно будить. Внутренний потенциал напоминает огромный механизм с большим количеством шестеренок. Его сложно запустить, если в нем много силы, к которой маг не привык.