Плени меня (ЛП)

— Я убью тебя прежде, чем ты прикоснешься к ней хоть гребаным пальцем, — рычит он.
Мои глаза расширяются. Он отказался дать мне ответы раньше не потому, что думал, что я могу попытаться спасти Ноэль — он думает, что я здесь, чтобы убить ее собственноручно.
Я пытаюсь заговорить, сказать ему, что он все неправильно понял, но его рука сдавливает мне трахею. Я бью ногой, но он уворачивается от моих ног.
Я противостою парню, который регулярно убивает мужчин в два раза больше меня. Слезы наворачиваются на мои глаза.
У меня есть только один шанс. Если я упущу этот раз, я мертва.
Мои ногти царапают его лицо. Он огрызается на меня. Не двигается с места. Но он отвлечен.
Не замечает ножа в моей другой руке.
Нет, пока я не вонзу в него клинок.
ГЛАВА СОРОК СЕДЬМАЯ
БО
Гортанный рев заставляет Ноэль броситься вниз. Черт. Она должна была оставаться наверху. В безопасности, от греха подальше. Но она рядом со мной, ее рука уже покрыта моей кровью.
— Убирайся нахуй отсюда! У нее нож!
— Что ты сделала? — кричит она Кэсси, все еще застывшей спиной к стене.
Еще одна психопатка с ножом. Я должен был это предвидеть.
— Он пытался убить меня!
Глаза Ноэль устремляются на мое лицо в поисках правды, потому что она знает, что больше не сможет добиться ее от психованной сучки перед ней.
— Она спросила, где ты. — Я стискиваю зубы, борясь за слова сквозь боль. — Я не собирался позволять ей и пальцем тебя тронуть.
— Я не пытаюсь причинить ей боль! — Кэсси плачет, глаза наполняются слезами. — Я пытаюсь спасти ее! От тебя!
Она направляет на меня нож, с которого все еще капает моя кровь.
— Кэсси. — Голос Ноэль, сильный и уверенный. Мой маяк в урагане. — Положи нож.
Она опускает дрожащую руку, но продолжает сжимать нож между пальцами.
— Нам нужно выбираться отсюда, Ноэль. Пока у нас есть шанс.
— Я никуда с тобой не пойду. Мы вызываем полицию. Ему нужна медицинская помощь.
— Он похитил тебя! Он собирался убить тебя...
— Потому что ты заплатила ему за это! — Огрызается Ноэль. — Принеси мне полотенце. Сейчас.
Кэсси бросает на меня взгляд, как будто последнее, что она хочет делать, это помогать мне. Но она следует инструкциям Ноэль, хватая кухонное полотенце из-под раковины.
Ноэль прижимает его к моему животу. У меня начинает кружиться голова. Черт. Если я выйду, я буду без сознания, чтобы защитить Ноэль от психопатки с ножом в комнате.
— Убирайся отсюда, — говорю я ей. Отчаянно желая, чтобы она оказалась в безопасном месте. Я не могу потерять и ее тоже. — Не беспокойся обо мне. Просто отвали от нее на хрен.
Последние слова, которые я слышу перед тем, как провалиться под воду, принадлежат Ноэль. Ее идеальный, музыкальный голос.
— Позвони 911.
 ГЛАВА СОРОК ВОСЬМАЯ
НОЭЛЬ
Дерьмо. Бо без сознания, а у Кэсси в руке все еще окровавленный нож.
— Положи нож, Кэсси. — Мои слова звучат твердо, но мое самообладание дает трещину.
— Я не могу. Что, если он проснется? — Лезвие дрожит в ее руке. Если я собью ее с ног, я, возможно, смогу отобрать у нее нож. — Нам нужно убраться от него подальше.
— Здесь опасен не он. Ты опасна.
Ее карие глаза расширяются.
— Он держал тебя здесь заложницей в течение двух месяцев!
— Он этого не сделал. Я решила остаться здесь.
Она прижимает руку ко рту.
— О боже мой. Ты думаешь, что влюблена в него, не так ли? — Она делает осторожный шаг ко мне. — Ноэль, это стокгольмский синдром. На самом деле ты не любишь...
— Заткнись нахуй, Кэсси. Это не стокгольмский синдром. У меня была свобода неделями. Ты та, кто нанял его, чтобы убить меня.
Она приседает, лицо искажается.
— Прости. Я... Я все еще не могу поверить, что сделала это. Я просто... я была так чертовски зла на тебя. — Ее голос срывается, слеза скатывается по ее щеке.
 
И почему-то плач моей лучшей подруги вызывает слезы у меня на глазах. Даже после всего, через что мы заставили друг друга пройти, я все еще люблю ее. Еще до того, как она стала моей сестрой по женскому обществу, она была моей сестрой по душе.
Я прикусываю губу до крови, пытаясь остановить дрожание губ от рыданий, вырывающихся из моей груди.
— Я знаю. Я совершила ужасную вещь, Кэсси. Я ненавижу, что причинила тебе такую боль. Мне очень, очень жаль. Если бы я могла взять всю твою боль и вложить ее в себя, я бы сделала это.
Она прерывисто всхлипывает, не в силах говорить.
Я хочу подбежать к ней, заключить ее в свои объятия и утешить, сказать ей тысячу раз, как я сожалею. За то, что убежала после того, как я сбила Хантера. За то, что не призналась и не взяла на себя ответственность. За то, что причинила ей столько боли и все это время притворялась, что у меня чистые руки.
Но я слишком напугана, чтобы оставить Бо. Я не знаю, насколько глубока рана и сколько еще пройдет времени, прежде чем он потеряет слишком много крови.
— Я понимаю, почему ты хотела причинить мне боль за то, что я причинила боль Хантеру. — Я не утруждаю себя тем, чтобы вытирать слезы со своих щек.
Она качает головой.
— Твоя смерть не вернет его.
Часть меня хотела бы, чтобы она узнала это до того, как наняла кого-то убить меня. Но если бы она это сделала, я бы никогда не влюбилась в Бо.
До того, как я пришла сюда, я не понимала, какой ущерб я действительно причинила. На сколько жизней я повлияла. Даже если она сожалеет об этом сейчас, Кэсси была права, отправив меня сюда. Чтобы натравить на меня зверя.
Мне нужно столкнуться с последствиями того, что я сделала.
После того, как я удостоверюсь, что с Бо все в порядке.
— Кэсси... Не могла бы ты, пожалуйста, позвонить 911?
Она настороженно смотрит на Бо, но не делает ни малейшего движения к телефону.
— Я знаю, ты думаешь, что он манипулировал мной или морочил мне голову, но я прошу тебя, как моего лучшего друга, пожалуйста, доверься мне. — Я проглатываю рыдание. — Его смерть не заставит меня разлюбить его.
Кэсси медленно встает.
И направляется к нам с ножом.
ГЛАВА СОРОК ДЕВЯТАЯ
ТЭО
Я выбираюсь из машины и бегу к дому, когда замечаю "мерседес" Ноэль на подъездной дорожке и широко открытую входную дверь. Мое сердце бьется где-то в горле миллион раз в минуту.
Я идиот, что позволил Кэсс прийти сюда одной. Неважно, что она сделала, неважно, насколько сильно она меня разозлила или облажалась, я не могу позволить ей попасть в объятия опасности. Я должен был быть рядом с ней.
Теперь может быть слишком поздно.
В ту секунду, когда я переступаю порог, Кэсс разворачивается ко мне, размахивая окровавленным ножом. Я поднимаю руки вверх, и она останавливается, когда понимает, что это я.
— Тео?
Ноэль и Бо скорчились вместе на полу.
Ноэль.
Она жива.
Я провел последние два месяца, думая, что она мертва. Но с ней все в порядке. С ней все в порядке.
Ее рука скользкая от крови, а тряпка, которую она прижимает к животу Бо, из белой стала почти полностью малиновой.
— Что, черт возьми, ты натворила, Кэсс? — Может быть, кричать на девушку с ножом - не лучший ход, но паника, клокочущая во мне, вырывается наружу.
— Я... я ударила его ножом. — Ее губы дрожат, глаза наполняются слезами. Ее руки дрожат, но она не делает движения, чтобы броситься за мной или Ноэль или снова наброситься на Бо.
Она напугана.
Все еще есть надежда. Я должен в это верить.
— Она думала, что он собирается убить ее, — объясняет Ноэль. — И что он держал меня в плену.
— Разве это не он? — Зачем бы она была здесь, если бы его не было?
Ноэль качает головой.