Мой босс-тиран, или Няня на полставки (СИ)

— Потому что ты думал ты один что ли папаша? Просто я выбрала более перспективного.
И вот, спустя годы, теплым июньским вечером в доме раздался звонок. Лев сам прошел к воротам, открыл их и обомлел. Ольгу он узнал с большим трудом, от прежней красавицы не осталось и следа. Она сильно прибавила в весе, раздобрела и выглядела не на свои «что-то около тридцати», а на все сорок пять. Но хоть женщина и изменилась узнать ее он все же смог, слишком выразительными были  черты её некогда красивого лица, и волосы все так же отливали медью, как и в ту ночь в клубе.
— На вот, играйся! — Оля выдвинула из-за необъятной спины пацанёнка и придвинула его к Аверьянову.
Мальчик заметно тушевался, стоял в сторонке и смотрел настороженно.
— В смысле играйся? — опешил Лев, пятясь назад, к спасительному дому.
— А в прямом. Отдохнул? Пора и папкой побыть. Вот, Стёпка — папка это твой. Чувствуй себя как дома, а я пошла.
Стёпа зло сощурил глазки и сжал кулаки.
— Куда пошла?! — Лев все еще не верил в реальность происходящего и переводил взгляд от мальчика к его странной матери.
— А туда. Жизнь личную устраивать. А ты теперь вот мыкайся с этим неблагодарным! Нагуляюсь - вернусь и заберу. — выплюнула Ольга и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, скрылась за воротами.
Лев ожидал чего угодно — криков пацана, его слёз, того, что он побежит за нерадивой мамашей, но мальчик все так же стоял, сжав кулаки и с ненавистью глядел вслед матери, которая остановилась перед черной машиной, открыла дверь, села внутрь и была такова.
— Стой! — опомнился Лев и побежал следом, но тачка резко дала по газам и скрылась за поворотом.
Он в недоумении повернулся к мальчишке и пробормотал:
— Ну и что мы теперь с тобой делать будем?!
— Что-что... — неожиданно весело ответил мальчик, — Жить.
* * *
Аверьянов был в шоке. Да что там в шоке, слово-то какое глупое, он находился в состоянии полного коллапса. Какой мальчик, зачем он здесь, что происходит?!
Все эти вопросы очень бы хотелось задать кому-нибудь, но было некому. Матери ни в коем случае нельзя сообщать о Степе, иначе об этом узнает весь мир. Близких друзей, по крайней мере таких, которым можно позвонить в трудную минуту у него давно нет. Оставалась одна надежда — на Анну, но её он как-то постеснялся нагружать своими заботами. И правильно, между прочим, сделал.
Но об этом чуть позже.
А пока что Лев вместе с пришедшим с обеда охранником Павлом растерянно рассматривали рыжего пацана и решал, что с ним теперь делать.
— В опеку вам надо, Лев Алексеич, я вам точно говорю. Такие дела только через них. Я знаю, по первому каналу смотрел недавно похожий случай. Там женщина одна...
— Погоди ты, — перебил Пашу Лев, — какая опека? Он вообще-то мой сын.
— И что, прям по закону ваш?
Лев замялся.
— Ну нет, по закону там другой вписан в свидетельство. Но по настоящему-то мой.
— Ну вот!
— Ну что вот? Что я им скажу? Заберите пацана, видеть его не желаю?
Паша пожал плечами, глядя как Степа ожидает вердикта взрослых в сторонке.
— Как бы там ни было, этот мальчик действительно мой сын. Ладно уж, будем считать, что он просто в гости приехал. — Аверьянов обернулся и позвал пацана, — Стёпа, идем в дом.
Мальчик встрепенулся и уставился в сомнениях на Льва.
«Не услышал, что ли?» ...
— Домой говорю пойдем, обедать пора.
«Куда ж его теперь девать-то? Мне завтра на работу, не Паша же с ним сидеть будет. Можно конечно попросить Ладу — экономку, но у нее своих дел достаточно. Придется все же звонить матери...»
— Лада, — обратился он, едва переступив порог дома. — Нам нужна няня.
Лада понятливо кивнула и уже через полчаса нашла какую-то свою знакомую, которая как раз работала с детьми.
Лев не знал, как подступиться к пацану, до сегодняшнего момента он никогда в жизни не имел дел с отроками. Парень не то, чтобы его пугал, но вводил в какой-то ступор. Лев реально не понимал, что с ним теперь делать и как жить дальше. Была бы у него жена, она бы могла подсказать, а тут...
 
С другой стороны его радовало хотя бы то, что мальчик давно не младенец и не придётся в срочном порядке учиться менять ему памперсы.
— Сейчас мы пообедаем, а потом я покажу тебе мм...твою комнату. — осторожно обратился он к Степе, но тот не проявил никакой реакции. — А хочешь, сам выберешь, что понравится?
Мальчик закатил глаза и принялся ковыряться в тарелке. Лев не решался сделать ему замечание, хотя куски еды летели во все стороны и часть из них уже оказалась на полу.
— Так нельзя кушать! — строго сказала Лада и тут же получила куском мякиша в лоб.
Это Степа скатал черный хлеб и с помощью вилки отправил его в дальний полет. Когда цель была достигнута он начал хохотать, а Лада покраснела от негодования.
— Ах, — воскликнула она, и Лев поспешил вмешаться.
Как можно строже отчитал Степу и потребовал извинений, но парень неожиданно ловко выскочил из-за стола и, показав язык, побежал наверх.
— Стой, Степа. Погоди... — Лев бросился за ним и тут же споткнулся о подножку. Чуть не упал, но вовремя сгруппировался и схватил убегающего Степу за шиворот.
— Ну вот что, пацан. Если ты еще раз учудишь что-нибудь подобное, — начал было он, и осёкся… потому что глаза мальчика мгновенное покраснели и наполнились слезами. — Короче веди себя нормально.
— Да папочка, — всхлипнул Степа и сердце Льва дрогнуло. Совсем немного, но все же.
Правда он так и не увидел, как мстительным блеском сверкнули глаза ребенка и даже не предполагал, что ждет его в будущем.
А Степа вдруг переменился и вместо настороженности стал проявлять любопытство и ласку. Он сам выбрал себе комнату на втором этаже, рядом с комнатой Льва. Сам извинился перед Ладой, и та вмиг оттаяла. Сам выбрал себе в напарники кота, такого же рыжего, как и он, и до вечера играл с ним в догонялки.
Спать в тот день Лев ложился с полным ощущением того, что что-то в его жизни кардинально изменится.
Знал бы он только как...
* * *
Нянька Степе не понравилась категорически, и он наотрез отказался оставаться с ней на целый день, без Льва. Аверьянов как мог уговаривал мальчишку оставить растерянную женщину на испытательный срок, но тот уперся и ни в какую не желал ее в няньки.
Впервые за много лет Лев остался дома в рабочий день. Степа даже кота забросил, и крутился около отца каждую минуту так, что в какой-то момент непривычному к такому вниманию и проявлению ласки, Леве это стало надоедать.
А тут еще вечером без предупреждения нагрянула Анна и с порога заявила, только-только увидев ребенка, что просто обожает маленьких детей. Правда сам Степа был к ней не так категоричен.
— Это кто тут у нас такой хорошенький? Кто такой сладенький ма-а-альчик? Это Степочка, да? Степочка? — она склонилась над мальчиком и потрепала его за щечку.
Степочка медленно, глядя прямо в глаза, убрал руку Анны от своего лица и встал позади отца.
— Какой милый мальчик, — уже не так ласково и уверенно пробормотала Анна и поспешила сесть от них подальше.
Ужин прошел в напряженном молчании. Степка затаился, Анна тоже, и только один Лев ничего не замечал.
Но уже ночью, лежа в постели, Анна приподнялась на локте и, сверкнув в темноте своими огромными глазищами, вдруг прошептала Льву:
— Он как-то странно на меня смотрит.
— Кто? — не сразу понял Аверьянов.
— Ребенок. Так смотрит, будто что-то задумал.
Лев рассмеялся и перевернул Анну на спину, наваливаясь сверху и покрывая её лицо нежными поцелуями.
— Тебе показалась, разве может шестилетний пацан что-то задумывать? Перестань, ему ума не хватит.
— Ну да... — задумчиво пробормотала Анна, — Конечно, ты прав. Он же всего лишь ребёнок.
  
3
 
ЛЕВ
Утром Лев Алексеевич вскочил ни свет ни заря. Нужно было еще подготовиться к тяжелому дню и как-то решить вопрос с пацаном.