Мой босс-тиран, или Няня на полставки (СИ)

— Ты лучше про поцелуй расскажи. — все так же мечтательно попросила Светик, а Зинаида нахмурилась.
А ведь и правда поцеловал тогда, в прихожей. Что он там сказал? Дура, ты Пташкина. Так вроде. Нет, ну отлично. Чё уж. Кого-то с любовью целуют, кого-то со страстью, некоторым даже и то и другое везет получить. А она просто дура. И все.
— Ты про какой конкретно послушать хочешь? Про мой или про её? — съехидничала Пташкина, кивком указывая на Зину и Светик совсем уж дар речи потеряла.
— Как? И ты тоже? — ахнула она, обращаясь к Растопыгиной и Зине ничего не оставалось, кроме как вздохнуть грустно-прегрустно.
— Дурдом какой-то! Всё девочки, забыли про Аверьянова. Мне он даром не нужен, Зинке тоже. Да, Зин?
Зина неуверенно кивнула и у Миры закрались подозрения, что подруга о чем-то умалчивает. Неужели ей тот поцелуй так в душу запал? Эх, Зина, Зина...
— Ага, — Светик не умела долго концентрироваться на одном и потому с энтузиазмом подхватила эту идею, и первая поскакала на танцпол.
— Только ради Бога, не буяньте, заклинаю вас! — взмолилась Мирослава и вслед за Глазовой поцокала танцевать.
Вечер переставал быть томным.
* * *
— Никаких больше вечеринок... ты рисуешь старые картины...
— Тс... третий час! Не ори ты!
— Мысли клубят под лучами сол...ой, блин, ножка... — Светик никак не могла угомониться и Мире в очередной раз хотелось её послать куда подальше. Но куда тут пошлешь?
— Так что ты делать со своим тигром собираешься?
— Сама ты тигр, — беззлобно откликнулась Пташкина, — Ничего не собираюсь. Жить собираюсь спокойно. Степку только жалко...
При одной только мысли о Степке Мира чувствовала тревогу, жалость и еще кучу смешанных чувств. А особенно остро ощущала свое предательство. Но что она могла сделать? В самом деле — не прятать же ребенка у себя?..
— Слушай, а чего бы тебе и впрямь с Вадиком не сойтись, а?
Растопыгина хитро улыбнулась и переглянулась со Светиком.
— Зинаида, а чего бы тебе перестать меня сватать всяким встречным-поперечным?!
— Ну какой же он всякий? Помнится, кто-то за него даже замуж собирался...
— Ага, в лохматом году. Нет уж, Ангел Хранитель у меня бдит, не дает глупости непоправимые совершить. А вот у Степки видимо Хранитель спит...
И снова она подумала о рыжем мальчике. Как он там сейчас? Кто с ним рядом? Забрала ли его мама домой, или он так и ходит неприкаянный с этой мерзкой злыдней по струнке, да без пригляда отца...
Надо бы позвонить что ли...
Нет!
Но он же извинился...
Ну и что? Она-то простила, но навязываться — нет уж, увольте.
Да уже уволили. Чего уж там...
Настроение совсем испортилось и сейчас Пташкина мечтала поскорее оказаться в теплой постели и забыться крепким девичьим сном.
Девочки напросились в гости на ночлег и Мира, немного посопротивлявшись, пустила их в гостиную. А так хотелось остаться одной.
Уже ложась, она зачем-то покрутила телефон в руках и не нашла ничего лучше, чем ответить Аверьянову:
«Бог простит».
Немного подумала, нервно хохотнула, перечитав переписку, и уже хотела стереть, но оказалось вдруг, что сообщение уже прочитано.
Мира чертыхнулась и заревела от досады. Ну когда она уже научиться думать, прежде, чем что-то делать?..
  
17
 
ЛЕВ
— Бабушка — бабушка, а почему у тебя такие большие зубы?
— Это потому что стоматолог виниры перепутал, чтобы у него, хрыча старого таки все зубы повыпадали, а на новые денег не было! И вообще, какая я тебе бабушка?!
Степка прыснул со смеху и протянул Лиле примирительную конфету.
Позавчерашний инцидент со скорой для Лилечки постарались исчерпать и сейчас мальчик вел себя тише воды, ниже травы.
Вы спросите, что же так напугало Лиль Палну, что пришлось Льву даже скорую вызывать? Да ерунда...всего-то и измазал Степка игрушечного кота красной краской, заодно вымазав рот и руки в той же красной краске и... когда Лиля вошла, чтобы его разбудить, он с аппетитом «завтракал котом» ...
Думаю, не нужно объяснять, что было дальше?.. Еле-еле Лев убедил маму, что мальчик не исчадие ада, и совсем не желал ее смерти. Просто ребенок недолюбленый, вот и пытается привлечь внимание любыми способами.
 
Вчерашний день прошел спокойно, и сегодня Аверьянов оставлял сына со спокойно душой и чистой совестью на попечение матери и её мужа.
Утром Степка удивительно преобразился — стал разговорчив, улыбался и шутил, и ничто не напоминало о его прошлом поведении. Лиля разговаривала с ним по-доброму. За день всего пару раз назвала его бастардом, три раза приживальцем и лишним ртом и четыре исчадием ада. Но в целом не обижала и даже иногда шутила.
Степка улыбался, «принимая» правила игры, навязанной бабушкой. Днем они сыграли в шашки, где Лиль Пална с победным кличем обыграла шестилетку и очень гордилась собой в этот момент. Аркадий Петрович с уважением похлопал супругу по плечу и вновь завалился на диван — отдыхать. Видимо от трудов праведных. Потому что газету читать это вам не...не... в общем это вам не!
После шахмат Степка с Лилей сыграли партию в "дурака" и вновь она обыграла мальца. После дурака были "города" и наконец сказки по ролям.
Лиля благосклонно взяла из рук Степки конфету, и довольная развернула шоколадный батончик. Не глядя закинула в рот, сделала движение челюстью, замерла, выпучила глаза и сморщившись выплюнула конфету прямо на светлый ковер.
Кулаки ее сжимались и разжимались и вид был такой, что Стёпка понял — пора тикать.
С некоторых пор он научился развивать скорость даже из положения сидя, потому что проказы требовали моментального реагирования.
Пока бабуля ещё только-только осознавала, что именно она положила в рот, мальчик уже несся наверх и успел защелкнуть замок до того момента, когда Лиля поднялась с дивана, чтобы «наподдавать этой каре небесной за ее слишком бурную молодость»!
Впрочем, оказалось вдруг, что спринтер из Лилечки весьма неплох и Степка сквозь дверь посоветовал ей записаться на марафоны для тех кому «за».
Посмеиваясь, потрепал Ваську по загривку и поблагодарил за «конфеты». Кот благосклонно мурлыкнул.
* * *
— Я ненавижу этого ребенка! — каменным голосом процедила мать в трубку, наплевав на слова, что у него сейчас важная встреча.
— Лиля, что у вас там опять случилось? — шепотом, наклонившись к столу, пробормотал Лев, понимая, что мать все равно не отстанет, пока не выскажется.
— У меня?! Это у тебя случилось! Твой недомерок подсунул мне вместо конфеты кошачью какашку!
— Почему ты решила, что именно кошачью?
— Ты издеваешься?! — заорала мать. — Это так принципиально чью именно?
Аверьянов тактично промолчал, потому что возразить было решительно нечего. Действительно, какая собственно разница?
— Но даже это не самое страшное!
Лев недоуменно покосился на телефон в своей руке. Что может быть еще страшнее?
— Что еще? — устало спросил он мать.
— Он...он...он...
— Ну?
— Он назвал...меня...меня!!!
— Да как?
— Бабушкой! Нет, ты представляешь? Этот беспризорник назвал меня бабушкой! То есть я его в карты научила играть, а он меня бабушкой! И это в благодарность за все, что мы для него сделали!
Лев закрыл микрофон рукой и хмыкнул. Уж что-то, а это Степка зря. Лиля на многое может закрыть глаза. Поворчать, конечно, поворчит, но закроет. А вот бабулей он ее зря назвал.
— Я с ним поговорю...
— Уже поговорил! Этот чертенок еще замучает тебя, вот помяни мое слово. На твоём месте я бы всучил его матери или в детский дом и...
— Об этом не может быть и речи, Лиля!
— Ах так? Ну тогда я даю тебе один день, чтобы ты нашел ему кого угодно, хоть черта лысого. А я пас! С меня хватит! Не для того я с тобой мучилась, ночами не спала, пеленки меняла, да уму разуму учила, чтобы теперь еще и его выкрутасы терпеть!