Невеста из склепа, или Байки для попаданки! (СИ)
Вернее, косточки кистей. С таким противным звуком, что я даже зажмурилась.
— Значит, придётся так, — пожав плечами, он вытянул вперёд руку и снова вздохнул. — Ко мне.
И вот ведь странно… лёгких у них нет. Скелетам в принципе кислород не нужен. Они не дышат! Но вздыхают и…
— Ты что делаешь?! — закричала я, подскакивая на ноги и пытаясь встать на пути у покорно идущей в сторону Стефана гидре.
— Простой демонический призыв первого уровня, — ответил он мне. — Такое даже дети умеют. Вторгаться в сознание — девятый уровень, если тебе… Алина, что ты делаешь? — сбился скелет, наблюдая, как я упираюсь руками в гидру и пытаюсь её остановить.
Куда там!
— Не надо рубить ей голову! — пискнула я, стараясь упираться пятками в землю.
Единственное, чего я добилась — сделала две борозды на газоне. А гидра как шла вперёд, так и продолжала.
— Эта гидра не той породы! — закричала я, повиснув на шее этого детёныша переростка. — Ты её убьёшь! У таких гидр не отрастают дополнительные головы!
— Ты уверена? — в голосе Стефана я отчетливо уловила нотки сомнения.
— Более чем! — заверила я его. — В своём мире я доктор гидрологических наук!
— А что раньше не сказала? — отбросив топор, Стефан щёлкнул пальцами. — Зачем я здесь столько бегал?
— Мог бы сразу магию применить, — осторожно убрав руки от гидры, я медленно отступила в сторону.
Как-то странно она на меня косилась. Недоброжелательно. А зря! Я ей, между прочим, только что голову спасла. В прямым смысле этого слова!
И не важно, что из-за меня она её чуть не лишилась… спасла то я!
— Магия — это дар, а не привилегия. Если что-то можешь сделать без неё — делай, — назидательно произнёс Стефан. — Запомни это. Пригодится, когда твоя проснётся.
— Может, не проснётся? — робко уточнила, встав так, чтобы Стефан оказался между мной и гидрой.
Она так и продолжала сверлить меня взглядом. Сквозь скелета.
— А куда она денется? — удивился Стефан. — Твоя душа чужая этому миру. Пока что. Баланс, — он назидательно поднял вверх указательный палец. — Такую брешь, как исчезновение родной души обязательно нужно чем-то заткнуть. Так что… готовься. Учиться будем долго, ведь одарит тебя этот мир…
— По полной, — буркнула я.
Одновременно с этим буркнул и мой желудок. Есть хотелось безумно.
— Это магия просыпается? — от вопроса Стефана я почувствовала, как щёки опаляет румянцем. В животе начался настоящий хор мартовских котов.
— Это жрать она хочет! — захохотал Сирик.
— И это нормальная и естественная потребность живого организма, — задумчиво протянул Стефан. — Вот только картошки больше нет.
— Может в погребе что осталось? — внёс предложение Сирик, а я почувствовала, как рот наполняется слюной.
Погреб… это звучало как ящики с овощами. С вяленным мясом. С солениями… о, я бы сейчас многое отдала за лечо…
И за кабачковую икру.
И чай с вареньем.
Пельмешки со сметанкой и хрустящей горбушкой черного хлеба…
— Прекрасно! — поманив меня за собой, Стефан доверительно произнёс: — Не переживай, в погребе точно что-то осталось. Мы туда со дня смерти не заходили.
— Стесняюсь спросить, — мой настрой вкусно покушать дал огромную трещину. — А как давно вы… умерли?
Дедуля, как бывалый моряк, считал своим долгом научить меня выживать. Вот только не на воде, а на суше. Я умела соорудить костёр, лапник на ночлег в лесу. И выучила самое главное, по мнению деда. Мясные консервы, в жестяных банках, хранятся до пяти лет. В стеклянных — до трёх. Рыбные — до двух.
И вот что-то я сильно сомневалась, что скелеты скончались пару лет назад.
— Дай-ка подумать… пятьсот, потом ещё… и еще… — пока мы шли до этого самого погреба, Стефан что-то высчитывал.
Я перестала его слушать, когда примерные подсчеты перевалили за полторы тысячи.
— Заходи! — распахнув дверь, Стефан указал мне рукой куда-то вниз.
Его свечения хватало только на то, чтобы разглядеть первые ступени ведущей вниз лестницы.
— Я не вижу…
— Всё время забываю, что ты пока не видишь в темноте, — беспечно махнув рукой, скелет бодро зашагал по ступенькам, подсвечивая мне путь.
— Пока? — переспросила, стараясь не отставать.
— Магия проснётся, научу, — отмахнулся Стефан. — Это элементарно… так, вот мы и пришли. Смотри, — щёлкнув пальцами, он запустил под потолок несколько светящихся шаров. — Что-то из этого ты ешь?
— Ничего себе… — поражённо выдохнула я, осматривая ряды стеллажей с овощами.
Хлебом. Какими-то заготовками. С потолочных балок свисали косички из колбас, вытянутых сосисок… я даже рыбу нашла! Сырую! И не испорченную! Последним открытием я поделилась со Стефаном, поражаясь этому факту. Больше тысячи лет здесь хранилась еда и ничего не испортилось! А должно было…
— Стасис, — пояснил он, но не заметив понимания в моём взгляде, начал объяснять более подробно. — Заклятие пятого уровня, призванное сохранять состояние объекта неизменным до следующего использования. Или касания, — с нажимом произнёс он, заметив, как я начала тыкать пальцем в пирожки. — Срок заклятия не ограничен, пока жив тот, кто его сотворил. То есть я.
— Но ты не жив, — заметила я.
— Моя магия жива, — с заминкой ответил он, переводя тему: — Бери то, чего уже коснулась, выбирай то, что ещё нужно и уходим.
— Так точно, — не стала я спорить и пытаться выяснить что-то ещё.
А жизнь то налаживается! От голода я точно теперь не умру. Ближайшие лет двадцать. А то и тридцать…
Первым делом я взяла то, чем можно было перекусить сейчас. Остальное, до чего касалась, сложила отдельно и оставила в погребе. Сомневалась, что кухня тут поддерживается в порядке и чистоте. И не ошиблась. Такой грязищи не было даже в выделенной мне комнате.
Пришлось весь день отмывать её, чтобы иметь возможность готовить. На одних пирожках и колбасках далеко не уедешь. Нет, проживёшь, конечно, но язва тебе обеспечена.
Закончила я глубокой ночью. Но результат стоил всех моих усилий. Я оттерла пол, столы, привела в порядок содержимое шкафов с утварью. Не всех, конечно, но даже отмыть одну кастрюлю — это уже подвиг. А я отмыла две! И сковородку! И несколько тарелок…
Разумеется, ни о какой готовке сегодня речи уже идти не могло. Да я до своей комнаты еле добрела, с трудом держа глаза открытыми.
Без сил рухнув на кровать, я уснула, кажется, как только голова коснулась подушки.
— Да ты издеваешься, — расстроенно прошептала, поняв, что нормально поспать мне снова не дадут.
Точнее, не даст. Один конкретный брюнет, вторгшийся в моё сознание.
Демон.
Стоял, самодовольно улыбаясь, пристально всматриваясь в мою сторону.
— Алланиэль, — он произнёс имя с такими интонациями, что у меня по позвоночнику пробежала волна мурашек. — Смотри, кто к тебе пришёл.
Скрестив на груди руки, я с любопытством наблюдала, как рядом с муженьком появляется ещё один мужчина. Ну, честно говоря, демону он проигрывал. Во всём. Начиная от роста и телосложения, и заканчивая лицом и взглядом… назовём его «не обезображенным интеллектом».
Низкий, очень худой блондин. Бледный, с внушительными синяками под глазами и… выдающимся носом. Не побоюсь этого слова, у него был шнобель.
Но самое интересное началось дальше. Блондин вытянул перед собой руки и слишком высоким для мужчины голосом… позвал меня.
— Аллани, любовь моя! Подойди ко мне, позволь коснуться твоей длани, чтоб счастье сыпалось дарами, прошли с тобой тернистый путь…
— А дальше сам ты, как-нибудь! — продолжила я за него стишок, в голос засмеявшись.
— Это барон Пьейряк, — с нотками паники выкрикнул демон. — Ты ведь подойдёшь к нему? Алланиэль?
— Пьейряк, — хрюкнула я, разворачиваясь и уходя в противоположную сторону. — Жофрей уже не тот, что раньше…
17
— Это точно ванная комната? — поинтересовалась я, стоя в дверях и осматривая помещение.
— А что ещё это может быть? — в привычной ему манере проворчал в ответ Сирик. — Вот раковины. Харю умывать. Вот трубы. По ним вода идёт. Шла когда-то, — почесав черепушку, он подошёл к овальной яме нехилых размеров. — Вот купальня. Мойся, раз приспичило.