Ведьмак с Марса 6 (СИ)

Я встряхнул головой, отодвинул другое «я» в фоновый режим, и вернулся к обсуждению.
— Мы хотим взглянуть на Шабаш, — пропели сёстры Тайсон.
— Описание очень похоже на местную версию Ковена.
— Но есть занятная разница…
— Которую надо проверить.
— Вас только две, — с сомнением высказался док.
— Потянете противостояние с полноценным симбионтом? — поддержал Локман.
  
— Мы не одни, — жутковато улыбнулись сёстры Тайсон.
— Доктор Килл вообще один…
— А хочет сразиться с безумным ИИ…
— Что само по себе звучит как безумие…
— Но он здесь, и Департамент его кандидатуру одобрил…
— Значит, у него есть план и припрятаны козыри…
— Чем мы хуже?
— Хочу уточнить один момент. Все эти сторонние «квесты» звучат очень весело и интересно, — вмешался я. — Но не надо забывать, что у нас есть главный квест. Мы должны исследовать «Ковчег» и найти возможности для зачистки и захвата корабля. Что это значит? Правильно. По возможности избегаем стычек с толпами мобов, зачистить их можно и позднее.
— То есть Зонтик и Серпентарий исключаются, — разочарованно вздохнул Локман.
— В Зазеркалье мы имеем все шансы застрять надолго, поэтому по возможности не лезем в кроличью нору, — добавил я. — Шабаш…
Я взглянул на умильные мордочки ведьм. Они смотрели на меня щенячьими умоляющими глазами, но за этими милыми глазками проступали оскалы акул, почуявших кровь. Я задумался. Поглощение такого симбионта должно было по идее очень сильно прокачать моего Приму, так что куш был велик. Но имел ли я право рисковать всей группой ради собственной выгоды? Хотя, если задуматься, а такой ли высокий риск?
— Ковен за исследование Шабаша, так как высокая вероятность, что именно там расположен аналог Сети.
— Что является нашей целью, — кивнули сестры.
— Замечательно, еще больше мозгокрутов, — проворчал Скорпион.
— Но хочу заметить, что аналог Ведьм должен иметь аналогичный боевой потенциал в прямом столкновении, — высказался док.
— Это если у них нет толпы фамильяров.
— Что мы узнаем уже постфактум.
Наконец пришли к компромиссу — будем продвигаться вглубь корабля, а там как пойдёт.
Колониста Ника мы оставили в поселении сектантов — присматривать за укладкой буйных в криосон, а комментатора Джона взяли с собой — проводником. Джон поделился с нами полной картой прилегающих секторов, и довольно быстро мы обнаружили проблему: было похоже, что планировка «одержимых» зон специально сделана таким образом, чтобы служить естественными препятствиями — контрольными пунктами. Все другие двери и коридоры были запечатаны, завалены — так что нужно было или грубой силой пробивать стены, рискуя, что на шум сбегутся все вокруг, или тратить время на обходные пути. Мы могли использовать вентиляционные шахты, по примеру сектантов, но там не пролезет АЛ, и в случае чего группа останется без поддержки меха.
— Похоже, что нормальный путь идет только через Зазеркалье, — проворчал я.
Делать было нечего, пришлось идти где для этого была оставлена возможность. По дороге мы периодически слышали странные звуки присутствияя кого-то или чего-то — как будто открывались и закрывались двери, до нас доносилось отдалённое шипение, природу которого мы не могли определить…
— Раньше здесь такого не было, — нервно проговорил Джон. — Впервые такое слышу…
— Возможно, это перемены в связи с гибелью Примы, — предположил доктор Килл.
Других версий не было, так что приняли эту.
— Мы слишим пение… — сказали ведьмы. — Это зов…
— Это жжжжж неспроста, — напомнил я, — отходим…
Мы отошли, но неудачно — за очередной открывшейся дверью нам предстала плотно сомкнутая толпа одержимых, мутантов, ксеносов, которая покачивалась в одном ритме, словно тоже слышала некое пение или мелодию.
— Снова этот зов, он слишком громкий! — вполголоса пожаловались сёстры Тайсон.
Теперь все, включая меня, слышали отдалённое пение, сладкое, завораживающее, от него хотелось застыть на месте и покачиваться в такт, как толпа перед нами. И тут по мыслесвязи от ведьм пришли сбивающие с толку образы: их собственные обнажённые тела, ощущение, что мы сами обнажены, так что каждый дёрнулся прикрыться — даже док, который не столь давно шёл к арене полностью голым, и н естеснялся никого и ничего. Но это сработало, очарование отпустило нас, и я кивнул:
— Отходим. Спокойно, нас пока не видят.
И тут Джон с пустыми глазами, с бессмысленной улыбкой идиота вдруг сказал:
— Да, я слышу! — и шагнул в толпу. Задел одного одержимого, другого, протиснулся между ними и исчез из виду раньше, чем кто-либо успел его остановить.
— М-мать… — выдохнула группа.
Те, кого он задел, резко перестали покачиваться и замерли, уставившись на нас. Пение тоже начало смолкать, меняясь в тоне. Мы все без всяких объяснений ведьм поняли: нас заметили, нам конец.
Доктор Килл успел захлопнуть дверь перед носом у пробуждающейся толпы, и мы облегчённо выдохнули, но тут дверь заметно выгнулась от тяжёлого удара изнутри. Пение переросло в пронзительный, полный злобы и ненависти визг, ввинчивающийся в сознание и заставляющий нас терять всякое присутствие духа. Я впервые испытал на себе то, как ведьмы подавляют противника, и мне это не понравилось. Синтии, доку и Скорпиону пришлось ещё хуже, чем мне.
Не пострадал от давления на психику только Тень.
Сёстры Тайсон приложили к нам ладони, стало легче. Но дверь продолжала выгибаться наружу, и было очевидно, что долго она не продержится.
— У нас пара минут. Бежим.
Бегать, держась за руки, то ещё развлечение. Но мы бежали, пока из боковых коридоров на нас не вывалилось сразу несколько отрядов.
— Я прикрою! — крикнул я, отпуская руку Джулии.
Здесь, на некотором отдалении, вопли баньши были заметно менее ощутимы. Но я не хотел задерживаться там, куда они всё же доставали, даже лишней минуты. Так что с нахлынувшей на меня толпой был намерен расправиться как можно быстрее. И не стал сдерживаться.
Передние ряды набегающей массы я поджарил молниями, потом в дело вступили плазменные клинки. Со всех сторон ко мне тянулись руки, щупальца, когтистые лапы — я рубил их, не давая пощады никому. Сияющие лезвия вспарывали шеи, отрубали головы, пробивали сердца с одинаковой лёгкостью, и даже незамолкающий вой баньши, звучащий в моей голове, не мог помешать мне истреблять одержимых и ксеносов — и поглощать их, когда симбионты пытались проникнуть в моё тело.
К счастью, устойчивых к плазме здесь не было, и мои клинки быстро закончили работу. Я огляделся, чувствуя, что отяжелел и стал медлительнее. С поглощениями стоило быть поаккуратнее, ещё несколько таких стычек — и я стану похож на альтер эго доктора Килла.
Оставив недобитых умирать от потери крови, я побежал догонять свою группу.
Вскоре я нашёл следы боя — завал из тел, очень напоминающий тот, что оставил после себя. Следы молний, плазменных клинков… Это должен был быть Локман. Но его самого здесь не было. Либо ему достался отряд поменьше, либо он справился быстрее, чем я, и сейчас нагонял своих. Я прибавил ходу, стараясь не обращать внимания на визг и вопли в своей голове. Чем дальше, тем слабее они становились, но всё ещё было неприятно ощущать воздействие, которое несли эти крики баньши.
За одной из развилок я наткнулся на потрясающее зрелище: посреди горы растерзанных тел топтался преобразившийся доктор Килл в образе гиганта, а на плечах у него сидела Джулия. Селена топталась у стены коридора со скафандром дока в руках. Рядом с ней стоял Тень с ещё включенными плазменными клинками.
— Что это вы делаете? — удивлённо спросил я.
  
— Только в таком положении я смогла удержать контакт, — пояснила Джулия. — Иначе никак не заглушить этот вой.
— Хорошая идея, — я кивнул и оглянулся назад. Нас пока не догнали те одержимые, которые остались за дверью. Либо прорвались, не нашли и вернулись, либо дверь до сих пор держалась… — Надо догонять остальных.