Огонек во мраке (СИ)

— Да я…
— Быстро, я сказал!
Минут через десять передо мной валялась целая гора шмоток, верхняя одежда отдельно, бельё отдельно. Ну и гадость же! Даже постиранные, со слов парочки, вещи были мерзкими и на вид, и на запах, будто грязь, говно и рвота намертво въелись в них. Такое легче сжечь, чем отстирать. Но для моих целей подойдёт идеально!
— Так, собрали всё ваше говно в сумки!
  
— А де сумки-то? Ты ж не дал. — удивился алкаш.
— Вот тебе сумка! — я пнул его под зад, внутренне поморщившись — как бы туфли не пропитались этим запашком.
— Сейчас, сейчас! — засуетилась женщина.
Она пошуршала где-то и притащила пакеты, в которые стала паковать свою кургузую одежду. Вскоре собралось целых восемь пакетов с вонючими вещами. Нестиранные я тоже приказал принести, тем более что их было даже больше, чем стиранных.
— Всё, пшли отсюда. — я посмотрел с угрозой на ашкашей, не надо им видеть, что я ухожу в Тень.
— Ваше Благородие, вы хотя бы на чекушечку же подкиньте! Ну как так, все вещи забрали, а как же комсенсация! Даж закон такой есть! — с упрёком заявила женщина, мужик активно закивал.
— Тьфу на вас! — скривился от отвращения, но они всё же дело говорят.
Поискал в карманах, нашел завалявшуюся там десятку, которую я хотел оставить на себя. Но раз такие дела… Кинул её на пол.
— Хватит с вас этого!
— Благодарим, благодарим! — алкаши так быстро схватили деньги, что,казалось, от них даже свет отразиться не успел, закланялись, потом прям так выскочили в подъезд оба.
Я же, не тратя времени, нырнул в Глубину и вернулся обратно в университет. Заглянул в комнату Кольцова и Лахтиной, они оба отсутствовали. Отлично!
Первой решил обнести комнату Лахтиной. Открыл её шкафы, выгреб всё нижнее бельё. Хм, шелковое, с кружевами, очень дорогое. Парочка экземпляров тянула не меньше, чем на тысячу рублей за штуку — месячная зарплата рабочего в том же Новгороде. Я знаю, у меня почти такие же есть… Вместо её белья засунул в шкаф пропёрженное бельишко алкашки, дырявое, с чиркашами. Прелесть! Блин, перчаток не захватил! Пришлось засунуть руки в колготки Лахтиной, голыми руками к этой гадости я брезговал прикасаться. С умилением посмотрел на сделанное — прекрасный вид! По комнате уже стал распространяться запашок…
В опустевший пакет запихнул бельё Лахтиной и вернулся с ним в Глубину. Куда его теперь девать? А хотя…
— Хах, Спящие, не знаю, есть ли у вас задницы, но я дарю это вам, чтоб ваши жопы были самыми модными в Глубине! — со смехом вывернул пакет во мрак.
Следующей подверглась моему нашествию комната Кольцова. Но там я вытащи верхнюю одежду, майки, футболки, рубашки, свитера. И вместо них засунул алкашечьи обноски. Подумав немного, скатал одеяло на кровати и положил грязную одежду туда: носки, трусы, вылинялая вонючая футболка, шапка. Потом всё аккуратно закрыл одеялом и тщательно расправил его. Будет ему ароматный сюрприз, когда захочет лечь спать!
От вещей избавился так же, как и от прошлых. Надеюсь, Спящие будут рады, хотя сомневаюсь, что у них есть физические тела.
Шесть пакетов с другими лохмотьями спрятал в подвале университета, прикрыв каким-то строительным мусором. Надеюсь, их тут е найдут. А если найдут, то не свяжут со мной — и с тех, что я оставил в комнатах, и с этих я тщательно убрал физические и магические следы своего контакта.
Вернулся к себе, лёг на кровать и стал медитировать, улыбаясь от удовольствия от проделанной шалости. Надеюсь, этим двоим она тоже понравится!
  
Глава 7
 
Сидя на унитазе, грустно рассматривал стены туалетной кабинки. Почему на них надписи⁈ И какие-то подозрительные пятна… Это же женский туалет! Женский туалет в магическом университете! Женский туалет в магическом университете для благородных и богатых! Как он может выглядеть лишь немногим лучше, чем обычный туалет в обычной школе для простолюдинов⁈ Хотя там, конечно, похуже всё же, надо признать, тут хоть приклеенных к стенам прокладок нет и использованных тампонов, щедро засунутых во все отверстия. Вот кто мог бы подумать, что можно выковырять кнопку спуска на бачке и засунуть вместо неё тампон⁈ А поди ж ты…
В общем, что обычные девушки свинюки ещё те, что благородные!
Так, у меня тут с собой карандаш для глаз… Послюнявил его и вывел на стенке «Не срите под ноги, свиньи!». Ну вот! Оставил им свою мудрость! Куда они без меня⁈
Я успел ещё принять душ, когда со стороны коридора раздались крики негодования. Наконец-то! А то я ждал-ждал, когда эти два тормоза вернутся, а они всё не возвращались. Уже и спать решил лечь, вот, посидел и помылся, чтоб спалось лучше, а они только появились! Быстренько завязал полотенце на голове и выскочил из душевой.
В коридоре было людно. У комнаты Лахтиной собралась целая толпа человек в десять, девушек и парней, дверь комнаты была открыта, оттуда доносились вопли Ирины.
Сделав вид, что я ничего не понимаю, подбежал к толпе.
— А что случилось?
— Кто-то украл её вещи! — ко мне обернулась неизвестная мне девушка, не из нашей группы.
— Серьёзно? — я выпучил удивлённые глаза. — Это же не парни⁈ Они любят воровать женские трусики!
Несколько парней, что были рядом, обернулись и возмущённо посмотрели на меня.
— Да непонятно ещё. — поморщилась девушка.
— Кто это сделал⁈ А⁈ — из комнаты выскочила Лахтина, за ней выбежали две её подружки. — Кто⁈
Её горящий яростью взгляд гулял туда-сюда, пытаясь найти виновника и испепелить его. Вдруг он остановился и сфокусировался на мне.
— Это тыыыы! Ты это сделала! — она ткнула в меня пальцем, и вокруг меня сразу образовалось пустое пространство, все отпрянули, даже девушка, что поделилась со мной происходящим.
— Я⁈ — надеюсь, мне удалось сыграть недоумение как можно натуральнее.
— Ты! Ты украла моё бельё! — Лахтина подошла вплотную ко мне и стала буравить взглядом сверху вниз.
— Бельё? Зачем оно мне? Твоя задница вдвое толще моей, я в твоём белье утону! Не говоря уже про грудь… — я выпучил глаза, скривился и развёл руки, всячески показывая, что не при делах тут.
— Никто, кроме тебя, не мог это сделать! — похоже, Ирина и сама понимала, что мне её вещи не нужны, но пыталась придумать логическую причину обвинить меня.
— А мне это делать было незачем! — я изобразил гнев: задрал подбородок, выставил ногу вперёд и сложил руки в замок на груди. — В гробу я видала твоё бельё вместе с тобой и по отдельности! Поняла⁈
— Ах ты! Я сообщу об этом!
— Ой, да и пожалуйста! Сообщай! — фыркнув, я обошел её, заглянул в комнату, типа первый раз вижу. Две подружки Лахтиной встали рядом и попытались меня вытолкнуть, что я позволил сделать. — Ну и запашок у тебя там, Ирина. Ты в курсе, что тут туалет есть? Можно у себя в комнате не гадить!
Видимо, за часы, что нестиранное бельишко алкашей пролежало в комнате баронеты, его запах изрядно распространился и теперь фонтанировал наружу.
— Ах ты гадина! — Лахтина, казалось, уже готова была вцепиться мне в волосы, но её подружки метнулись к ней, схватили за руки и удержали.
— Да не обращай на неё внимания! Безродная сучка завидует тебе, вот и несёт!
— Не марай о неё руки!
— Пф! — обфыркав всю тройку, развернулся и пошел к себе.
По пути с удовольствием слышал комментарии зрителей «Ну и гадостно воняет!», «Что у неё там такое с таким запахом?», «так что — она теперь без трусов? Хи-хи!». Прекрасно! Пусть доводят её до белого каления!
Вернулся к себе, лежал на кровати и прислушивался, какая реакция будет у Кольцова. Но так ничего и не дождался, видимо, он решил не устраивать представления, как его новая подруга.
  
Утром меня разбудил стук в дверь. Закутался в махровый халат, открыл — а там молодая женщина из администрации.
— Александра Меншикова? — она посмотрела на меня сквозь узкие очки.
— Это я.
— На вас поступила жалоба от Ирины Лахтиной. Зайдите перед занятиями, в восемь часов, к завучу, для объяснения.