Темный Луч. Часть 5 (ЛП)

Я снял мантию и превратился в дракона.
Елена залезла и устроилась между моими двумя рогами.
— Лети безопасно, — сказала мама, и я поднялся в воздух и направился к Арис.
Спустя несколько часов на горизонте показались очертания Ариса. Я спустился.
— Итак, что, если это не сработает? — спросила Елена на латыни.
— Это должно сработать. Нам нужна Арис.
Это сработает. Я разделаюсь с этим тупоголовым мудаком раз и навсегда.
Если это не сработает, то ничего не сработает.
Мои лапы коснулись земли прямо перед воротами замка. Там собралась небольшая толпа, протестовавшая против нашего прибытия.
Какая-то женщина вышла вперед и плюнула передо мной.
У нее было мужество, и она могла быть рада, что я больше не был тем Рубиконом.
— Тебе никого из нас не одурачить, — крикнула она на латыни. — Мы знаем, что вы двое никогда не будете вместе, никогда не будете достаточно храбры, чтобы привести этот мир к победе. Выдумать, что твой отец жив, — это самое низкое, на что ты когда-либо могла опуститься, Елена.
— Просто не обращай на нее внимания, — сказал я, когда Елена соскользнула с другого моего крыла, подальше от леди-птицеловки.
Деревянные ворота замка Калеба открылись. Я вошел внутрь, защищая Елену своей драконьей формой.
Она шла рядом с моей лапой, не доставая даже до середины моего колена.
Его двор приветствовал нас.
Сотрудники поддерживали его сады в идеальном состоянии. Дорожки были вымощены булыжником.
Я изменился и накинул халат, в то время как Елена продолжала идти. Она смотрела на все эти прекрасные цветы и статуи его предков, которые стояли во весь рост.
Я потянулся к Елене и протянул ей руку.
Она взяла ее, когда мы поднимались по лестнице, ведущей к его парадной двери.
Двое мужчин стояли на страже перед дверями замка и открыли их, чтобы мы могли войти в вестибюль.
На стенах в вестибюле висели фотографии Арианны и ее предков. Она выглядела точной копией своей прабабушки или тети.
Арианна вбежала в вестибюль, приветствуя нас своей прекрасной улыбкой.
— Мне показалось, я видела, как ты приземлялся, — сказала она, и, подойдя к нам, поцеловала меня в обе щеки. — Елена, добро пожаловать в мой дом.
Елена прищурилась на Арианну. Я нахмурился, глядя на нее, а затем посмотрел на Арианну.
Она была дружелюбна, единственное дружелюбное лицо, которое мы могли бы увидеть сегодня.
— Прости, — сказала Елена. — Я просто никогда не представляла, что эти слова слетят с твоих уст, никогда.
У нее не было фильтра. Арианна уставилась на нее, а я рассмеялся.
— Прости ее. Прошлой ночью она выпила немного сока оборотней, так что следующие двенадцать часов без фильтра.
— Что? — спросили они обе.
— Ты выпила это? — спросила Арианна Елену.
— Да, потому что Смельчак забыл сказать мне, чтобы я выплюнула это.
Арианна рассмеялась.
— Ваша поездка, по крайней мере, была удачной?
— Можно и так сказать.
Я был слишком занят подавлением смеха, чтобы что-то сказать.
— По-прежнему добро пожаловать, и тебе не обязательно говорить мне, какой сукой я была. Я знаю, что была груба с тобой.
— Это что, любовь говорит? — поддразнил я.
— Ха-ха, Хейко определенно привносит немного света в это место.
— Да ладно, я уверен, что это не все, чем он светит.
Арианна шлепнула меня по руке.
— Я все еще принцесса. Не Принцесса, а именно принцесса. — Она подмигнула Елене.
— Итак, как проходит домашнее обучение?
Она посмотрела на меня, приподняв бровь.
— Я задыхаюсь в этих стенах.
— Ты все такая же избалованная девчонка.
Она рассмеялась и покачала головой. Арианна провела нас в комнату, где ее отец проводил совещание с одним из своих людей, одетым в форму. Они оба подняли головы, когда мы вошли.
— На этом все, Руперт. — Калеб махнул рукой, и Руперт выпрямился, свернул какой-то план и вышел из кабинета Калеба.
Калеб вышел из-за своего стола и подошел, чтобы встать перед ним.
Затем он отпустил свою задницу на стол и усмехнулся.
Мне это не понравилось.
— Ты веришь, что маленькая выходка Елены только с Кевом изменит мое мнение?
  
— Это не трюк. Ты можешь спросить любого из тех, кого мы пригласили…
Я прикрыл ей рот рукой.
Калеб покосился на Елену.
— Как сказала Елена, ты можешь уточнить у ста пятидесяти человек или посмотреть их интервью. Мы не лгали, — я говорил от ее имени.
— Я видел все записи, особенно ту, где они сказали, что не видели доказательств жизни за последний год, Блейк.
Я вздохнул.
— Горан никогда бы не убил его. Он…
— Ты не знаешь Горана так хорошо, как я. Он сделал бы все, чтобы унизить Альберта.
— Да, унизить. Горан не сможет этого сделать, если король умрет. Он все еще жив. Я знаю это. — Я пытался достучаться до Калеба.
— Ты ничего не знаешь. Никогда в жизни не воевал. — Он говорил скучным тоном.
— Да, мне очень повезло, — прошипел я.
— Я не буду сражаться. — В голосе Калеба была эта последняя интонация. — Как и любой, кто живет в Ари…
— Говори за себя, отец, — перебила его Арианна. — Что ты будешь делать, если они говорят правду? Если король Альберт все еще жив? Сможешь ли ты склониться перед ним, сможешь ли посмотреть ему в глаза, и что? Какую причину ты назовешь своему лучшему другу, что не участвовал в этом?
— Арианна, не вмешивайся в это. Это тактика.
— Я в это не верю. Елена не стала бы говорить что-то подобное, чтобы заставить людей воевать за нее. Она может быть занозой в моей заднице и занозой в твоем ботинке, как ты сам столько раз говорил.
Я резко поверну голову к Калебу. Заноза в ботинке? Я чувствовал, как губы Елены шевелятся под моей ладонью, и я крепче прижал свою руку к ее рту.
— Но она не может так лгать, — Арианна подошла к отцу. — Я потакала тебе последние девять месяцев. Ты забрал меня из Академии, единственного места, где со мной не обращались как с принцессой. Из-за тебя у меня нет друзей. Ты запихнул мне в глотку столько негатива и никогда не одобрял моих решений. Если ты не гордишься мной такой, какая я есть, что ж, думаю, пришло время перестать пытаться заставить тебя гордиться мной, потому что ты никогда не будешь. Я буду драться с Хейко, нравится он тебе или нет. Он — мой выбор, и ты можешь идти к черту, мне все равно. Я никогда не была так разочарована в своем отце, как сегодня. Я больше не знаю, кто ты такой. — Она прокричала ему, развернулась и вышла из его кабинета.
Я потерял дар речи. Я никогда не знал, что Арианна испытывала все эти чувства к Калебу и к тому, что он исключил ее из Академии. Негативные мысли, которые он запихивал ей в глотку, стали вызывать беспокойство.
Я уставился на него, пытаясь изобразить разочарование Елены, а он уставился на меня, не обращая внимания.
— Ну, тогда, я думаю, это все. Спасибо, что приняли нас, ваше величество. — Я усмехнулся над частью о величии. В моих глазах он не стоил этого титула.
Калеб не произнес ни слова.
Я вывел Елену из кабинета.
— Я заноза в его ботинке! — прошипела она, когда я убрал руку от ее рта.
— Не позволяй его словам разъедать тебя изнутри. Мама так ошибалась на его счет. Я был дураком, думая, что она может быть права. Это очень разочаровывает.
— Это так, но Арианна права в одном.
— И в чем же?
— Не могу дождаться того дня, когда ему придется давать моему отцу объяснения.
— 7~
Мы вышли из замка.
— Подождите! — скомандовал один из сотрудников.
— Думаешь, он передумал? — прошептала Елена.
— Не знаю. Эта часть меня все еще немного отстойна. Видела только Саадедина, Елена.
Она усмехнулась, поняв, о чем я говорю. Моя способность видеть будущее все еще была слабой.
— Мы проиграем, если он не будет сражаться? — Беспокойство вернулось в ее зеленые глаза, и она сдвинула брови.