Старс Unforgiven (СИ)

— Та Катя была чертовски клевой, — рассмеялся я. — Она могла врезать Капитану, отогнать Серегу и свернуть горы ради своих друзей. Где ж мы ее потеряли, Мел?
— Слушай, знаю, просьба полный бред, но, — парень замялся, подыскивая слова.
— Говори давай, — я легонько толкнул его локтем.
— Можно тебя попросить, когда мы вот так в кругу друзей общаемся, чтобы ты меня по имени звал?
— Малькольм? — парень кивнул. — Да без проблем.
— Просто «Мел» — это имя которое мне дали те, кто меня боялся. Глупо слышать его от того, кто не боится никого на свете, — усмехнулся парень.
— Сокращенно же Мал получается, — задумался я. — Или Мальк?
— Я сейчас обижусь, — насупился Посланник.
— Не, мне просто интересно, — я решил дальше не продолжать и резко сменил вектор, — Малькольм, что мы с Катей делать будем?
— Спасать девчонку надо, — уверенно кивнул опаснейший убийца игроков в мире. — Только как?
— Думаю, если прибить того демона, кому она присягнула — гипноз или одержимость спадет.
— Что там со списком-то? — вспомнил «Мальк». — Катя в нем есть?
— Точно, — кивнул я. — Следующий — Тот, кто может дотянуться до звезд и сорвать одну. Поэтично, ни малейшего понятия.
— Думаю, не из нашей тусовки. Слишком поэтично, чтобы это был мерзкий убийца из Легиона. Моя ставка на кого-то из Инферно.
— Если учитывать, что эти подсказки буквально для троглодитов — я сильно сомневаюсь, что они в душе поэты. Наверняка дотянуться до звезд — про рост тогда. А самый высокий из Инферно…
— Это тот парень, который на карачках в хижину залезал? — хохотнул Мел.
— Его зовут Эрнест. Интересный персонаж, ты бы присмотрел за ним. Ему босс со всей дури навыком с двуручом врезал, а парнишка его ладонью поймал, как игрушку.
— В рейтинге боевом о нем ни слова, значит специалист по рейдам, иначе бы Блейз его не взял сюда, — согласился Малькольм. — Кто там последний?
— Она, — я скривился, читая написанные строки. Даже зачитывать их не хотелось: — Ослепительная красота, существо чистейшего наслаждения и любви.
— Аллурка, подруженция твоя? — расхохотался Мел.
— Ее бы не стал спасать, — уверенно заявил я, комкая бесполезную теперь бумагу и убирая в карман.
— Стал бы, — Посланник покачал головой. — Ты же ее и в Замке Дракулы спас. А теперь ты куда более способный, куда более героический. Не верю в то, что великий Золотой Кир позволил бы погибнуть такой замечательной и красивой девушке.
— Фейковая у нее красота, — буркнул я. — А сердце гнилое и изнутри его булавки торчат наружу. Только коснешься, так все пальцы в ссадинах и порезах останутся.
— Ты прав, дружище. Такие девушки не для нас существуют, поэтому встречу с ними мы помним до самого конца.
— Как ты Камиллу? — поддел я друга.
— О, нет. Это совсем другое. Не такой уж и секрет, но тебе я не стану рассказывать. И знаешь почему? — расхохотался Посланник.
— Стыдно?
— Не-а! Я не могу. Представляешь себе? Даже завести об этом тему не в состоянии, но оно и понятно почему. Одна из главных загадок «Эпохи» на этом фундаменте выстроена. Интересно, спадут ли эти оковы? Сможем ли мы обрести свободу?
Свобода. Слово, от которого внутри меня все переворачивалось. Уверен, это как-то новый экспертный класс на меня влиял. Я мечтал вырваться из этого места, вернуться обратно на улицы столицы и почувствовать, как знакомый ветер треплет волосы и приносит запах преображенного города. Я хотел вернуться, хотел обрести ту самую свободу, о которой говорил Мел, но для этого я обязан был нырнуть в Ад.
— Упасть, чтобы вознестись до небес, — пробормотал я, глядя на густое черное облако.
— Когда-то Люцифер считал, что сможет стать Богом, куда более ярким и светлым, чем его отец. Даже падение не позволит ему отречься от своей мечты. И не важно — сколько пройдет тысячелетий — он наберется сил и вернется на золотой трон.
— И чем же все закончилось? — поинтересовался я.
— Он все еще ждет, — пожал плечами Малькольм. — Ждет, когда сможет достаточно насытиться душами грешников, чтобы бросить еще один вызов.
  
— Эх, придется его остановить, — решил я. — Парочка простых парней из столицы наваляет рогатому властелину Ада. Как тебе? Тянет на очередной шедевр Малькольма?
— Слушай, это крутая будет картина. Главное не подохнуть в процессе.
— Я умирать не собираюсь, а ты?
— Я с тобой до конца, дружище, — рассмеялся Посланник и мы звонко хлопнули ладошами.
Очередная мысль появилась в сознании, но я не успел за нее ухватиться. Что это было? Воспоминание, лишенное реальности? Что-то еще, такое знакомое, но ускользающее? На секунду Мел исчез и на его месте оказался кто-то другой. Незнакомый мне парень, черно-белый кадр, крыша побитой многоэтажки, кроссовки без шнурков и заговорщический взгляд. Он что-то говорил мне, ждал ответа, смеялся и показывал на меня пальцем. Никаких пояснений, никаких красочных воспоминаний — кадр дернулся, ожил, разыграл сценку и исчез, оставляя за собой острую тоску.
— Эй, ты чего? — спросил Малькольм.
— Да показалось что-то, может переутомился, — невпопад ответил я.
— У тебя слеза по щеке течет, я уж подумал ты от боли скорчился, — Мел переживал, но напрасно. Я стер слезинку со щеки:
— Грязный воздух здесь, наглотался наверное.
— Может и так. Что будем дальше делать? Как встречать процессию из Ада?
— Ты об этом что-нибудь слышал? Представляешь себе, как этот квест должен начинаться?
— Да, в общих чертах. Оттуда, — Мел быстро переключился, указывая на широкую дорогу, ведущую из Котла, — выкатится целая процессия. Как будто шишки с инспекцией нагрянули. Они доедут до Дворца Гурманов и попросят передать им пойманные души.
— Но у тех же ничего нет, — усмехнулся я.
— Значит скандал будет, — подхватил Малькольм. — Там вроде портал открывается и мы должны каким-то образом убедить пропустить нас, прокрасться внутрь ну и все в таком духе.
— В таком духе, — эхом повторил я. — Вот этот вариант мне нравится.
— Это был вариант? — удивился Посланник Богов.
— Ага. Самый лучший вариант, который нам идеально подходит.
— Ты задумал очередной безрассудный вариант, который поставит нас всех под удар?
— Удар? Ты разве не понял? Здесь, в Чистилище — даже чемпионы Ада не могут с нами сразиться. Вряд ли они нагрянут, чтобы забрать пойманные души, а значит… — я выложил Мелу план и наш зловещий смех заставил содрогнуться спрятавшихся в погребах солтборнов. Даже выжившее семейство Гурманов не стали искать мести за своих сыновей, а постарались скорее сбежать из города, воспользовавшись тайными тоннелями. Молва о том, что непобедимые Судьи Света спустились с небес и пришли, чтобы уничтожить власть демонов — уже успела разнестись по всему Чистилищу.
* * *
Портал раскрылся ровно в тот момент, когда ленивый тусклый солнечный диск напоследок мигнул полоской холодного света на горизонте и скрылся где-то вдали. Черный барашек смоляного облака дернулся из стороны в сторону, напоминая искупавшегося впервые щеночка. Неуверенные перетаптывания на месте, легкая встряска и вот, пожалуйста: чудовищная масса ожившего дыма вытянула свою пасть к парадной улице Рыбьей площади.
Густое облако закружилось против часовой стрелки, образовывая непроницаемую спиральную окружность, которая вскоре замерцала тысячью мелких огоньков. Секунда, другая и портал разгорелся с удвоенной мощью, становясь полностью огненным. Пламя наслаждалось угольным облаком прожигая его изнутри, наконец оно стало столь мощным, что побелело. Сквозь эту разогретую добела плоскость выбралось первое средство передвижения.
Ящерица поразительных размеров осторожно высунула морду, расширяя ноздри и опасливо втягивая затхлый воздух Чистилища. Монстр недовольно фыркнул и поморщился, но все же двинулся дальше, медленно переставляя лапы и извиваясь, подобно змее. Плотное тело выбралось полностью из портала, за собой на привязи ящерица тащила черную карету. Ни единого другого цвета, никаких белых или золотых сегментов — только истинный черный цвет без прикрас. Карета была изящна в своей однородности и страсти к гармонии внутри единственного цвета. Она двигалась достаточно бесшумно, чтобы создать впечатление призрачного явления потусторонних сил, к которым, собственно, и относилась.