Копьё царя Соломона (СИ)
Тихо колыхались носилки, в которых сидел царь. И вот уже Иерусалим, и роскошный дворец, и привычная роскошь, вельможи, слуги, женщины. И ждущий его первосвященник, из-за спины которого выглядывает хранитель сокровищницы храма, потомок Моисея, Иал.
Усталый царь медленно повел рукой.
— Велите отнести ларец в сокровищницу, — тихо сказал он.
Первосвященник выжидательно глядел на него, но Соломон больше не произнес ни слова и удалился в свои покои.
* * *Рассказ кончился. Догорели свечи. Давид сидел, закрыв глаза. Видимо, он очень устал. Иосиф тихонько тронул Ника за рукав и жестом показал ему, что он проводит Лили и Ника. Осторожно, чтобы не потревожить старика, они вышли из комнаты. На балконе Ник горячо пожал руку Иосифу.
— Ваш прадед — необыкновенная личность.
На это раз юноша не сконфузился, а тихо и уверенно сказал:
— Я знаю.
Так окончилась для Ника история с наконечниками копий.
Эпилог
Карл Мюллер, смотритель сокровищницы Габсбургов в музее Хофбургского дворца в Вене, стоял перед зеркалом в гардеробной и внимательно смотрел на свое отражение. Смахнув щелчком воображаемую пылинку на мундире и поправив пышные кайзеровские усы, украшавшие его мясистое лицо, он остался, как всегда, доволен своим видом. Высоко подняв голову, Карл Мюллер отправился в свой зал. Придирчиво осмотрел результаты ночной уборки — паркет блестел, пыль везде была стерта. Он встал на свое рабочее место, свежий и подтянутый, как раз в тот момент, когда раздался звонок, возвещавший, что рабочий день в музее начался.
Карл любил смотреть, как входили в зал респектабельные посетители, в добротных пальто и котелках, с тростями в руках, дамы в шляпах, украшенных перьями и цветами, в поблескивающих драгоценностях, как ведомые солидными преподавателями, появлялись в зале стайки гимназистов и лицеистов. Он представлял себе, как веселые и насмешливые они притихали, входя через Швейцарские ворота в самую древнюю часть резиденции — Швейцарский двор, названный так в честь охранявшей кайзера швейцарской гвардии, в ту часть Хофбургского дворца, где в средневековье находился древний Хофбург. И здесь, в «Бургундской сокровищнице», где находилась тысячелетняя корона Габсбургов, копье Святого Маврикия и другие реликвии, все говорили только шепотом и ходили почти что на цыпочках.
Но некоторая часть публики раздражала Карла, хотя он и не подавал вида. Вот этот, например. Он приходит сюда почти каждый день, правда, в разное время. Помятый костюм, давно нестриженная голова, грязная прядь волос, спадающая почти что на глаза. И вид не совсем уравновешенного человека. Когда он появлялся в зале, Карл напрягался и старался не упустить малейшего его движения. Но тот подходил к витрине, где лежало копье Святого Маврикия, экспонат под номером 155, и останавливливался. Проходили минуты, но человек стоял, сжав на груди руки. Так он стоял иногда часами. Карлу очень хотелось схватить его за обсыпанный перхотью воротник и вышвырнуть вон из зала. Присутствие такого субъекта здесь, среди реликвий Габсбургов, оскверняло самый воздух дворца.
Бедный, бедный Карл! Если б он мог знать!
* * *Студебеккеры, охраняемые эскортом мотоциклистов, двигались небольшой колонной к замку Вевельсбург, в Вестфалии. Замок представлял собой массивное треугольное здание с двумя башнями по краям. Он был выстроен на месте старой средневековой крепости. Когда-то крепостью владел рыцарь по имени Вевель фон Бюрен, известный в округе своими разбойничьими подвигами. Теперь заново отремонтированный замок постоянно пополнялся экспонатами, привозимыми сюда под строгой охраной. Мечи, щиты, полные комплекты доспехов со всей Европы свозились в это странное место. Главным залом замка был так называемый «баронский зал» — огромная округлая комната под сводом Северной башни, украшенная гербом рейхсфюрера СС, геральдическими знаками и рыцарскими гербами.
Ходили слухи, что в подземельях этого замка проводятся тайные сборища. Некто, находившийся там в 1939 году, оставил записи о таком собрании.
«Тринадцать человек собрались в замке Вевельсбург. Они одинаково одеты. У каждого ритуальный кинжал с двумя молниями. Каждый носит серебряное кольцо с печатью, на котором изображены эти же молнии. Торжественно занимают они места за массивным круглым дубовым деревянным столом. Как рыцари короля Артура. Вокруг стола высокие готические сидения, тоже дубовые, обитые свиной кожей. На спинках прикреплены серебряные пластины, на которых выгравированы имена. Во главе стола занимает свое место Великий магистр. Они вызывают духов. Они грезят. Им представляется, что вокруг Вевельсбурга вырастает целый город. Город новых людей с новой религией, основы которой закладываются ими вот здесь, вот сейчас. Новый Ватикан. Отсюда по всему миру будет распространяться этот новый дух, основанный на древних преданиях. Чаша Святого Грааля, копье Лонгина, корона Карла Великого… Голоса во время спиритичеких сеансов возвещали, что те, кто будут обладать этими священными реликвиями, будут править миром».
И копье, копье-талисман. «Тот, кто объявит его своим и откроет его тайну, возьмет судьбу мира в свои руки для свершения «Добра и Зла». Так гласила легенда. И призраки императоров Священной Римской Империи бродили по залам Вевельбурга. Особо почитаемый среди них Генрих Птицелов, который разбил венгров в сражении при Унструте, и при этом в его руках, возможно, было то самое копье. Он присоединил к Германии Лотарингию, основал Саксонскую династию и стал германскими королем. Потом призрак Оттона I, разбившего тех же венгров. Копье упоминается в описании коронования Оттона императором Священной Римской Империи. В том же ряду Карл Великий, Фридрих Барбаросса и его внук, тоже Фридрих.
То ли это было копье, или не то, но красивая легенда будоражила незрелые умы. И тот человек, который так раздражал смотрителя Карла Мюллера, страстно желал завладеть этим копьем, которое должно было принести ему власть над миром.
На одном из спиритических сеансов был вызван дух некоего князя фон Турна, убитого несколькими месяцами ранее. Вещая своим голосом через женщину-медиума, он объявил, что новым вождем Германии станет человек, обладающий священным копьем и возвративший Германии имперские реликвии. Предсказание сбылось в марте 1938 года, когда ряды немецких частей стояли перед Хофбургом. Фюрер вошел в зал, где стоял дрожавший от страха Карл Мюллер. Он подошел к витрине и застыл перед ней в той же позе, в какой почти десять лет тому назад его наблюдал старый смотритель. И Карл Мюллер все понял. А поняв, стал медленно сползать вдоль стены на пол. Засуетившиеся офицеры СС велели вынести старика в гардеробную. Где он и скончался от сердечного приступа.
Перенос реликвий в Германию был обставлен специальным законом, в котором была ссылка на декрет короля Сигизмунда. В нем было сказано, что «согласно воле Божьей священное копье, а также корона и скипетр германских монархов никогда не должны покидать землю Отчизны».
По разным сведениям реликвии хранились то ли в Вевельсбурге, то ли в Нюрнберге. Но потом, когда, по-видимому, сила реликвий стала ослабевать, а Гитлер терпеть поражения, которые он считал временными, сокровища спрятали вначале в подземелье банка на Кенигштрассе, а затем в тайном убежище, в одной из галерей, прорытых в средние века под Нюрнбергской крепостью.
Бои в апреле 1945 года закончились и победители стали искать сокровища, спрятанные во время бомбардировок. Американские солдаты нашли их 30 апреля 1945 года, в тот день и даже в тот час, когда Гитлер окончил жизнь самоубийством. По-видимому, копье все же было не то.
После окончания войны генерал Эйзенхауэр вернул сокровища в Австрию. И теперь копье, известное как копье Святого Маврикия, хранится в Австрии. А другое — в Армении. Вот так-то.
Как будто, на этом можно было бы и поставить точку. Но почему Южная Америка? Кто приезжал отттуда со странной миссией — похитить копье?