Невеста по договору, или Истинная для дракона

– Я помогу, – недовольно отзывается Ингрид, – прислуга еще не вернулась, у всех сегодня выходной.
«Подготовились, случайных свидетелей устранили, – думаю горько. – Скорее бы уже покинуть эти стены, тревожно здесь находиться».
– Почему ты еле идешь, Александра? Давай поторапливайся! – недовольно прикрикивает на меня Ингрид, стоит нам двоим выйти из кабинета и отойти немного.
  
– Да, как скажете, – покорно соглашаюсь и немного ускоряюсь, но так, чтобы держаться ровно на полшага позади, я ведь не знаю, куда нам идти.
– Снова решила стать кроткой? – Ингрид зло прищуривается. – Что ж, это правильно. Будь благодарна, что мой супруг по–прежнему будет содержать тебя. Правда, я уж постараюсь, чтобы много ты не получала, не рассчитывай на содержание, согласно своему статусу. Ты графиня без ничего, одно название, – презрительно заканчивает она.
«Уж какое содержание, мне прямым текстом пообещали деньги на хлеб, не больше», – мысленно произношу. Я до последнего собираюсь молчать, что мне с ссоры с этой женщиной?
Собираюсь, но все же не молчу.
– А вам завидно, да? Вы тоже хотите статус? Быть графиней, мной? – насмешливо спрашиваю.
Вдали от опасного дракона я чувствую себя смелее. Ингрид мне видится обычной склочной дамой.
– Больно надо! – она высоко задирает свой нос. – Мой супруг – барон! А теперь еще и в городском совете будет заседать. И благодаря наследуемым предприятиям, он становится влиятельнее любого графа! Твое происхождение хорошо только для замужества с драконом. И то, как видишь, даже высший ящер без титула передумал брать тебя в жены. Ты пуста! Ты брак! – зло выплевывает она и останавливается возле двери. – Заходи, я не хочу долго с тобой возиться. Карстен должен успеть вернуться домой к ночи, я не собираюсь волноваться за него из–за тебя!
«Тем не менее я выкинула этого высшего ящера из головы. Может, я не так пуста, просто магия другая, без туманов и прочих спецэффектов? – проносится в моей голове, пока я безропотно кружусь в то время, как Ингрид расстегивает многочисленные крючки на спине. – Еще бы узнать, все драконы могут, как этот? Если да, то нужно держаться от них подальше. Не стоит уповать на то, что раз одного я сумела выкинуть из своего сознания, то и с другими справлюсь».
– Придется отправить тебя в новом дорожном костюме. Ты слишком низкая, мне он не пойдет. Угораздило же Карстена приказать тебе его пошить, даже мой костюм не так хорош, – с раздражением причитает Ингрид. – Держи! – она кидает одежду на кровать. – Одеться сможешь сама. Твои два чемодана, больше не заслужила, и без того ела наш хлеб два года, – она пинает два небольших саквояжа, и тут ее взгляд опускается на окно за моей спиной. – Ах да, и эту статуэтку с поломанной шкатулкой забери, – Ингрид подскакивает к подоконнику и хватает фигурку на высоком постаменте. – Крайне странное и ненормальное изделие, меня оторопь берет каждый раз, когда приходится заходить к тебе в комнату и натыкаться взглядом на это уродство, – качает головой женщина.
– Танцовщица? – вырывается из меня удивленное. Статуэтка представляет собой как раз ее, девушку в сольном танце, тянущую ногу. – Что в ней может быть странного и ненормального?
«Постамент высоковат, да, но там замочная скважина, видимо, про эту шкатулку речь, под статуэткой», – добавляю про себя.
– Конечно, ты всегда защищаешь творения своей матери. Вот только она покинула тебя, девчонка, а ты и вполовину не такая талантливая, как она! Короче, не испытывай мое терпение, раз оделась, держи статуэтку, прическу я тебе делать не собираюсь, идем!
С трудом ловлю фигурку, Ингрид сует ее мне в руки крайне небрежно, и с любопытством осматриваю.
«Ты красивая и вовсе не странная, миниатюрная, правда, но ведь не всем быть высокими», – мысленно разговариваю с девушкой, застывшей в причудливом танце, и тут происходит странное…
 
Глава 6
 
То ли удар головой имеет серьезные последствия, то ли керамическая девчушка мне только что подмигнула. Пока я лихорадочно моргаю, что–то острое вдруг царапает мою кожу. Я почти полностью уверена, что до этого фигурка была гладкой, однако, на моей руке проступает кровь, как от укола. Я даже вскрикнуть от изумления не успеваю, а след от пореза затягивается на глазах, и статуэтка снова становится гладкой.
У меня галлюцинации, да? Сотрясение мозга?
– Ты идешь, Александра? – оборачивается раздражённая супруга Карстена. – Или ты планировала под шумок украсть украшения? Я не дам тебе бродить по поместью, якобы сентиментально прощаясь с ним, а на самом деле обворовывая нас. Твоя мать оставила тебе лишь статуэтку с деревянной лачугой, смирись. Украшений не было, и ты сама об этом прекрасно знаешь!
«Какой–то давний спор? Чего она так взъелась на украшения? Или она судит по себе? – думаю отрешенно. – Может, это она обокрала меня? Не может быть, чтобы у матери графини не было украшений. Они бы мне пригодились, их можно продать, если найти кому. А я не знаю никого, потому и не стоит начинать».
Молча подхватываю второй чемодан и тороплюсь за Ингрид. В одном она права, мне лучше быстрее покинуть этот негостеприимный дом и надеяться, что дракон сам найдет причину моего неожиданного отпора. Он явно из породы злых самовлюбленных самцов, таких задеть может что угодно, но они предпочитают в любой ситуации считать, что они лучшие.
– Ингрид, помогла Александре? Спасибо, – кивает Карстен, встречая нас в холле. – Господин Гарольд откланялся, сослался на срочные дела, по поводу шахт заедет на неделе, если появятся вопросы. Не скучай, дорогая, скоро вернется прислуга, ты не будешь долго в одиночестве.
Опекун оставляет легкий поцелуй на щеке своей супруги, и с моего места видно, как она незаметно кривится. Неужто настолько жаждала замужества, что выскочила за противного себе? На дракона она смотрела с едва скрываемой жадностью, да и сейчас не сразу смогла совладать с собой и скрыть разочарование уходом Гарольда.
Впрочем, это не мое дело. Мне не будет никаких преференций, если я поделюсь наблюдениями с Карстеном. Не исключено, что он и сам все замечает. Но место в городском совете обязывает поддерживать образцовый брак, даже от воспитанницы не дает до конца отвязаться, хм.
– Будь осторожен, дорогой, – напутствует Ингрид, трансформируясь в заботливую супругу, – я буду ждать тебя.
Я не удостаиваюсь чести быть обнятой на прощание, но я не расстраиваюсь по этому поводу. Карстен подает мне руку и помогает залезть в карету, следом ставит мои чемоданы, я опустила поклажу перед тем, как забираться в транспортное средство, а вот сам опекун отчего–то не спешит внутрь кареты.
– Мы дали абсолютно всем слугам выходной, – говорит Карстен извиняющимся тоном, – ты же знаешь, Ингрид не любит, когда кого–то нет и предпочитает потерпеть один день в месяц абсолютно без всех, потому мне придется быть кучером.
– О, – коротко восклицаю, – хорошо, – киваю.
Мне в общем–то все равно, но некоторая надежда на то, что я смогу узнать у Карстена что–то полезное, была.
– Ах да, пока не забыл, держи, ключ от дома и, – опекун лезет в нагрудный карман и достает листок, сложенный в несколько раз, – это вторая часть завещания. Я забыл, она была со мной, но я не нашел ее сразу по растерянности.
«Не нашел или не захотел найти? – думаю раздраженно. – Это разные вещи».
– Спасибо, – приходится сказать вслух и взять лист.
Карстен удовлетворенно кивает, закрывает дверь кареты и занимает место кучера. Я же собираюсь почитать, больше делать все равно нечего. Но у меня не выходит, карету трясет, и меня с непривычки начинает укачивать. В итоге я так и еду, держа в одной руке статуэтку и листок, а другой схватившись за основание окошка. Непрерывное наблюдение за пейзажем помогает моему желудку немного успокоиться.
  
Вскоре я даже расслабляюсь, но читать все равно не рискую, как и отпустить окошко. Не успеваю подумать о том, что побег из неприветливого поместья скоро закончится скучным прибытием в новый дом, как нашу карету нагоняет одинокий всадник, едва не преграждая путь, от чего карету ведет в сторону. Я вскрикиваю от испуга, мы ведь сейчас врежемся!