"Святые" 90-е Пионер – Том II (СИ)

Зима, народу нет, травы нет, змей, клещей и прочих «радостей» тоже нет, единственный минус — холодно. Не прям мороз, но когда на ветру, пощипывает чувствительно.
Задача у меня простая, найти и запечатлеть красивые деревянные кресты, плюс бонусом я себе поставил сфотографировать столики и скамейки.
Думал быстренько отщёлкаю, но добравшись непосредственно до места захоронений, понял что просто не будет, ибо крестов с этой стороны почти нет, а те что есть, старые, и на красоту не тянут. Крест ведь как временное решение ставят, пока земля не сядет, и пока денег на памятник родня не подкопит. А здесь самая свежая могила тридцатилетней давности, поэтому с крестами никак. Надо туда где новые захоронения, там выбор точно будет. Идти только далеко, само кладбище огромное, хоронят здесь с конца девятнадцатого века, и сказать сколько тут народа лежит, достаточно сложно. Если примерно, то от «до хрена» и до «очень до хрена». Расстояния такие же. Пока с одного конца до другого дойдешь, околеешь.
  
Но делать нечего, пошел потихоньку. Иду, могилки разглядываю, нет-нет да и лавочку какую просмотрю, шёлкну. Крестов по-прежнему не встретил красивых, но надежду не теряю. По идее, мне всего-то и надо, — пару-тройку нормальных вариантов. Наши возможности я знаю, знаю какой материал в наличии имеется, поэтому если попадется что-нибудь подходящее, не пропущу.
Плохо только что дорог прямых на кладбище нет, все какие-то загогулистые. Вроде куда нужно идёт, а потом бац, и в сторону уходит. Срезать не вариант, снега много, легко можно на оградку напороться, или в яму какую-нибудь провалится. В общем, только по накатанной, иначе никак.
Добравшись примерно до центра кладбища, осмотрелся, и чуть в стороне, там где склепы старинные, дымок заметил. Может мусор жгут? — пришла в голову мысль. Ну а что, рабочим лень вывозить, тем более зимой, вот они и избавляются пока никто не видит.
Решил спросить, как пройти лучше, а заодно и погреться чуток.
Подошёл ближе, вижу что жгут не мусор. Дым идёт прямо из склепа, и рядом натоптано. Сам склеп добротный такой, красного кирпича, с загогулинами над входом. Крыша черепичная, в ней отверстие пробито, оттуда дым и идёт. В стенах окошки типа бойниц.
Заглянул аккуратно, гробов нет, в центре костер горит, вокруг люди, шесть человек, одеты просто, но тепло. Фуфайки, ватники, шапки-ушанки. Можно подумать что бомжи, но слишком уж чистенькие, скорее всего действительно кладбищенские работники.
Пока разглядывал, меня заметили, и совершенно спокойно пригласили на огонек.
— Ты чего тут, юноша? Журналист что-ли? — косясь на фотоаппарат, спросил один из обитателей склепа, сурового вида старик с седой бородой и такими же белыми бровями.
— Здравствуйте уважаемые. — вежливо поздоровался я, прикрывая за собой дверь. В склепе, особенно в сравнении с улицей, было довольно тепло.
— Не журналист, нет, столяр я, ищу кресты красивые, фотографирую, чтобы подобное что-то сделать.
— Ну так и за чем дело стало? Сфотографировал? — подал голос ещё один, тоже заросший, только не седой тип.
— Пока не успел, в старой части нет того что мне нужно, тут или памятники, или старье всякое, поэтому вот, решил до новых захоронений дойти, там поискать.
— Тогда ты неправильно идёшь, тебе лучше вернуться, и в обход вдоль забора, короче будет. Отсюда прямой дорожки нет, тупики одни. Ты куревом, случайно, не богат? — вопросительно уставился на меня седой.
— Богат, и действительно случайно — достал я пачку «Родопи» которую вчера отцу покупал в палатке коммерческой, но сначала отдать не успел, а потом и вовсе забыл.
— Угостишь? — привстав, повернулся ещё один, достаточно молодо выглядевший, а тот что дальше всех сидел, в тени, буркнул что-то неразборчиво.
— Конечно, угощайтесь. — передал я пачку тому что был ближе.
Пройдясь по кругу, пачка вернулась обратно.
— Огонька дать? — прикурив от костра, поинтересовался седой.
— Нет, спасибо, я не курю. — отказался я.
— А сигареты тогда зачем?
— Отцу купил, забыл отдать, вот, пригодились.
— Крест-то кому хочешь ставить? — выпуская дым через нос, спросил молодой.
— Никому, я в мастерской работаю столярной, заказали несколько штук, а мы никогда не делали, попробовали, топорно как-то получается, просто слишком, вот меня и отправили на разведку.
— А тебе фотографии нужны, или рисунок пойдет?
— Да без разницы, если грамотно изображено, так чтобы мастерам понятно было, можно и рисунок.
— Тогда подожди маленько, изображу кое-что, чтобы тебе по кладбищу зря не таскаться… — с этими словами молодой достал из-за пазухи потрепанный блокнот, огрызок карандаша, и принялся сосредоточенно рисовать.
Пока он был занят делом, присутствующие молчали. Я тоже не торопился открывать рот, всё больше склоняясь к тому что на бомжей эти типы совсем не похожи, как, впрочем, и на работников кладбища. Для первых одеты слишком прилично, для вторых лексикон не тот, за всё время ни слова матом, и бухла нигде не видать.
Но если не бомжи и не кладбищенские работники, тогда кто? Вообще непонятно. Внешне спокойные, рассудительные. Сигареты брали по одной, без спешки, можно сказать с достоинством. Я, наверное, и внимания бы не обратил, не будь у меня настолько богатого опыта общения с маргиналами. Нормальный бомж выклянчит всю пачку, и матерясь через слово, попытается развести на выпивку или деньги. А эти молчат. И стол у них странный. Еды может и не быть, съели или припрятали, но здесь же ни чайника нет, ни стаканов. А ведь кипяток зимой, первое дело, без него никуда, холодно. Костер тем более есть.
— На вот, глянь. — вырвав из блокнота несколько листочков, молодой протянул их мне.
— Спасибо. — поблагодарил я, отмечая что нарисовано красиво и со знанием дела. Вроде и не рисунки даже, а чертежи, разве что без размеров.
— Три основных вида крестов которые здесь ставят, надписи крупно на обороте добавил, это если вдруг резьбой решишь заморочиться… — пояснил художник, и поднявшись со своего места, весьма недвусмысленно показал мне на дверь.
— Выйдешь, потом налево до конца топай, там дальше увидишь куда. — не вставая, проинструктировал седой.
Поблагодарив странную компанию, я вышел из склепа, и соображая как применить «инструкцию», обратил внимание на сложенные у стены ломы и лопаты.
Ну вот и ответ, могильщики это, хоть и нестандартные. Скорее всего не постоянные, подрабатывают копкой в свободное от основной работы время. Отсюда и поведение.
Пока шёл на выход с кладбища, сфотографировал ещё несколько «удачных» столиков и скамеек. Старые и почерневшие от времени, тем не менее они неплохо сохранились. А когда вышел к будке сторожа, наткнулся на целую «витрину», сразу десяток новеньких крестов. Воткнутые в снег, без табличек, они даже пахли ещё свежеоструганным деревом. Разумеется мимо пройти я не смог, и уже доставал фотоаппарат, как из будки появился сторож, вооруженный трубой серьезного вида мужик лет пятидесяти.
— Те чо надо? — грубо спросил он.
— Да вот, кресты понравились, сфотографировать хочу. — ответил я, стараясь говорить как можно дружелюбнее.
— Журналист что-ль?
— Ага, начинающий. Пишу статью про самое старое кладбище города, ну и фотографирую конечно…
— Ну-ну… — скептически осмотрев меня с ног до головы, протянул мужик, и неожиданно пригласил погреться.
— Автобус через час только, обед у них, чего на ветру стоять будешь? А так я чайку организую, а ты про задание своё расскажешь. Годится?
Отказываться я не стал, тем более действительно автобуса на половину третьего не было, а ждать на морозе не хотелось.
  
— Вот, располагайся, чайник как раз закипел только, правда черного нет, я на травках пью, но с сахаром оно по всякому вкусно!
Внутри будка сторожа оказалась вместительнее чем выглядела снаружи. Окошко, возле него столик, два стула, печка-буржуйка, в углу топчан, там же тумбочка. Не шикарно, но вполне функционально, жить можно. И тепло, что самое главное, дыр нет и ниоткуда не дует.