Пожиратели жизни (СИ)

— Ну, с телом я договорюсь, раз уж оно на любого реагировать готово, — зло передразнил Рейнер и прижал предвечного к себе, погладил напряженную спину ладонями.
Кофи, понимая, что вырываться запретили, замер, опустив голову, зажмурившись, считая про себя оставшиеся дни наказания. Переводя их в часы, потом в минуты, и тяжело вздохнул.
Рейнер прижался губами к светлой макушке и ровным голосом произнес:
— На все мои вопросы до завтрашнего утра отвечай только правду. Это приказ. А теперь готовься, остаток дня и ночь будут для тебя долгими, — мужчина поднял лицо предвечного за подбородок и погладил Кофи по щеке.
Предвечный открыл глаза и устало, загнанно, спросил:
— Что ты задумал?
— Так ты все тот минет забыть не можешь, вот и порадую тебя им. Сколько мужчин и женщин у тебя было?
Предвечный побледнел, попытался отступить, но пожарный не позволил.
— Женщин не было. Мужчин… Два с половиной, — глухо и тихо ответил Кофи.
— Это как? — удивился Рейнер. — С половиной…
— Эм… как бы так объяснить-то… Ни один из моих бывших не подходит под понятие «человек», а последний… Он не совсем мужчина, но и не женщина. У расы Эиерти всего пять полов, так что так вышло.
— А ты тот еще извращенец, — хмыкнул Рейнер и потянулся к губам Кофи. — Поцелуй меня.
Кофи потянулся и скорее чмокнул в губы, чем поцеловал, тут же отстраняясь.
— Это ведь не был приказ… — сощурился Кофи.
— Ага, — осклабился Рейнер. — Но ты продолжай, ниче так начало, мне понравилось.
— Не буду, — оскалился предвечный.
Мужчина посерьезнел, ладони огладили бедра.
— Как бы тебе хотелось заняться со мной сексом? Что ты предпочитаешь?
Предвечный рыкнул, опустил голову, выругался и попросил:
— Отмени свои вопросы, пожалуйста.
— Зачем? Я хочу знать, а иначе ты не скажешь, — Рейнер минуту подумал и заключил. — С другой стороны, я могу выяснить все сам, опытным путем, так сказать. И что ты предпочтешь?
Рейнер внимательно смотрел Кофи в глаза. В тех с бешенной скоростью мелькали огоньки, явно выдавая волнение пожирателя.
— Я не могу тебя ослушаться при всем желании, наказание, демоны его побери, не позволит. Но я припомню тебе всё: все вопросы, все свои ответы, — Кофи оскалился. — Я бы не хотел, чтобы надо мной проводили эксперименты. Отмени предыдущие вопросы, прошу…
— Будут бить, буду плакать, я уже умирал, — Рейнер властно поцеловал Кофи в губы и, отстранившись, припечатал. — Отвечай правду на все прозвучавшие вопросы, это приказ.
Предвечный попытался отвернутся, но толком не получилось, и он уткнулся лицом в плечо Рейнера. Только мужчина все равно видел, как медленно краснели уши Кофи:
— Как бы мне хотелось заняться с тобой сексом? Я не представляю тебя в пассиве, действительно не представляю. От тебя слишком веет властностью, силой, мужественностью. Мне больше понравится чувствовать тебя в себе. Ты же понимаешь, что я тебя и после смерти достану? Что я предпочитаю? Вопрос двусмысленный. Я предпочитаю дождливую погоду и крепкий кофе.
Рейнер поцеловал алеющее горячее ушко и улыбнулся.
— И как бы ты хотел, чтобы я тебя взял? Быстро? Медленно? Жестко? Нежно? — перечислил мужчина, но последнюю фразу Кофи учел. Следует действительно быть осторожней с вопросами, задевающими гордость предвечного.
— Слушай, зачем ты надо мной издеваешься? — отозвался тот, не пытаясь поднять горящего лица. — Медленно и не жестко, не люблю боль в постели. Может, хватит?
— Твои ответы стоят того, чтобы и после жизни ты меня преследовал, — Рейнер погладил предвечного по голове. — Не волнуйся, я не насмехаюсь над тобой, все хорошо. Я, может, спрашиваю, чтобы тебе понравиться. Об этом не думал?
— Не думал, — автоматически ответил Кофи и поднял лицо, тихо, подозрительно спокойно спросив. — Понравиться в чем? Ты ведь не собираешься проверять мои ответы на практике?
— Как раз подумываю, — признался мужчина, но поспешно добавил, — насиловать тебя не буду, только не это. Ты бы хотел заняться со мной любовью?
Рейнер убрал прядку с лица Кофи и нервно закусил губу. Почему-то слово секс само заменилось на совсем другое…
 
Предвечный вдохнул и задержал дыхание, пытаясь то ли соврать, то ли оставить ответ не высказанным, только наказание, наложенное красным, заставило глухо, нехотя, ответить:
— Да. Доволен?
— Очень. Ты мне нравишься, перчинка.
Сказав это, мужчина молча подхватил Кофи на руки и понес в кровать, уложил на покрывало и потянулся за поцелуем.
Кофи отвернулся, закрыл глаза и уперся ладонями в плечи Рейнера, мягко прося:
— Не надо, пожалуйста.
— Что случилось? Чего испугался?
Рейнер забрался на постель и сел в ногах у Кофи.
— Ничего не случилось и я не испугался, просто не надо и все, — отозвался предвечный, невольно наблюдая за ставшим вдруг тихим и внимательным претендентом.
— Хорошо, — спокойно согласился Рейнер. — А чего хочешь?
Мужчина вытянул руку, погладил Кофи по колену, ладонь спустилась ниже, к стопе, и поднялась обратно. Приятно вот так трогать шумную «перчинку», представлять тепло тела, скрытого сейчас тканью.
Кофи замер, невольно переваривая вопрос мужчины и анализируя ощущения, закрыл глаза, но наказание заставило отвечать:
— Я не знаю, чего я хочу, — криво ухмыльнулся предвечный и съязвил: — Может, сходить и извиниться перед Роком за вас с Пай?
Рейнер потупился и отвел взгляд.
— Так ты в курсе… Сердишься?
Кофи неожиданно легко и открыто рассмеялся:
— Нет, не сержусь, я просто имел несчастье быть знакомым с Максимильеном, мне просто жалко Рока.
— Зато ты жив, — привел веский аргумент Рейнер и подполз ближе к Кофи, рухнул на спину и закинул руки под голову. — А этот Максимильен бывший претендент красного предвечного?
— Нет, Максимильен никогда не был претендентом, — фыркнул Кофи. — Рок просто имел несчастье с ним познакомиться, потом двадцать лет жил на два мира, но в результате, все же, уговорил его на брак и совместную жизнь. Весьма странный молодой человек.
Рейнер невольно залюбовался Кофи. Предвечный смотрел сверху вниз на мужчину, наклонял голову на бок, и сквозь волну волос просвечивал приглушенный свет настенного светильника.
— Надо им корзинку с пирожками послать, извиниться за недоразумение, — с ленцой ответил Рейнер.
— Я представляю, как далеко полетят пирожки и куда потом денется корзина, — предвечный ухмыльнулся. — Нет, проще мне сходить и объяснить Максимильену, что мой проводник страдает топографическим кретинизмом в особо тяжелой форме вкупе с афазией.
— Ну, Пай здорово придумала. Максимильен жутко разозлился, и Рок прижал его к стене так пылко… — Рейнер замолчал на полуслове, хитро прищурился и опрокинул Кофи на спину. — Судья тоже не промах, в порядке у них все будет и вообще, меня ты заботишь.
Мужчина уткнулся носом между ключиц предвечного и втянул его запах, принюхался, словно дикий зверь. Рейнер вцепился в Кофи, руки скомкали ткань одежды.
— Рейнер, что, собственно говоря ты делаешь? — поинтересовался тот. Ладони Кофи мягко погладили мужчину по плечам, и предвечный замер, вслушиваясь в свои ощущения.
Мужчина прикусил кожу за ухом и признался, чувствуя, как нарастает собственное возбуждение.
— Не знаю, ты классно пахнешь, у меня голова тяжелеет, — просипел Рейнер и сглотнул. — Свежестью и теплой сдобой, но, кажется, запах меняется… А ты меня скидывал утром, только потому что я тяжелый, или у тебя на меня вставало?
Мужчина смерил предвечного голодным взглядом.
— Я думал, что мы оставили эту тему в покое. В большей степени я скидывал тебя не из-за твоей тяжести, ты вызывал у меня эрекцию. Все? Доволен? — резко ответил Кофи, уставившись на явно не совсем адекватного Рейнера.
— Да, — коротко бросил мужчина и рванул на предвечном рубашку, пуговицы полетели в разные стороны.
Рейнер приласкал большим пальцем вершину соска, обвел им притягивающий внимания кружок, вновь принюхался. Теперь Кофи пах хвойным лесом. Мужчина ошалело улыбнулся, затем принялся расстегивать брюки предвечного.