Игры смерти (СИ)

Благодаря ему же не было на планете Земля больше кладбищ, усыпальниц или саркофагов. Только крематорий и память.
«Земля нужна живым. Примитивная логика примитивных существ, пытавшихся выжить на маленькой планетке, не в силах колонизировать другие миры или хоронить себя в бесконечном космосе», — прикинул Тим, ощущая, как начинается мигрень. — «Значит, перед нами по-прежнему виртуал. Но до чего натуральный!»
  
— И почему нас в такие места забрасывает? — легкомысленно спросила Кира в такт его мыслям. — Мы же не тёмные, а серые. Почему вечно кладбища, да пустыни?
Она присела на надгробную плиту, и вяло ковырнула грязь носком сапога. Сапоги показались Тиму очень забавными. Они были не резиновыми, а кожаными, с загнутыми отворотами и острым носом, на котором красовалась тяжёлая стальная набойка — надо полагать для пинков.
Неужели в таком раньше ходили, удивился он? Тяжёлая, неудобная обувь.
— Потому и забрасывает, что не Тёмные. Чтобы было кому нападать из… фона, — спокойно произнес Тим, осматривая топор. — Такими раньше дрова рубили. Интересно, врага такая хрень разрубит или застрянет?
Топорик всё же был коротковат, да и лезвие, не смотря на массивность и вес, имело не слишком широкую рубящую грань.
«Голову такая штука разрубит легко, но вот чтобы, отрубить руку или ногу — чёрт его знает, только при очень точном попадании».
— Плохая заточка, — донеслось тем временем от Валькирии.
Бровь Тима невольно подпрыгнула. Повернувшись, он состроил скептическую гримасу. Вот уж никогда бы не представил Киру рубящей дрова!
— Ты разбираешься в топорах?
— Как и ты. Игра внушает нам знания, — задумчиво ответила подруга.
— Внушает мысли по заточке топоров? — спросил он. — Может быть, на каждом уровне прибавляется опыта? Помимо умения.
— Не знаю, Тим, — Кира пожала плечами. — Теперь всё возможно. Одно знаю точно — таких Игр раньше не делали. Разработчики прыгнули выше головы.
— Разработчики, — протянул Акробат, скрипя зубами, как будто снова забыл что-то важное за всеми этими новыми мелочами об оружии и кладбищах. — Думаешь это они меня спасли от убийства? Ещё пара секунд до перезагрузки и… Повезло в общем.
— О-о… — Кира покачала головой. — Вижу, ты ищешь проблемы совсем не там, где нужно. Мне кажется, как раз с излечением всё очень просто. Новый этап — и ты снова здоров. Снова чистый лист бумаги. Это же стандартная схема обнуления заслуг в играх.
— Но не тогда, когда я чувствую настоящую боль от переломанных костей! — бросил он раздражённо.
Кира дернула плечиком.
— Знаешь, если в следующий раз будешь лежать при смерти, потерпи с переходом до момента, когда Игра кинет тебя на другой этап… может и выживешь.
— Хорошо. Знаешь, — произнес он вслух, словно передразнивая подругу. — Как и ты, я никогда в руках боевой топор не держал. В старых играх всё больше ножами пользовался, да пистолетом играл, бегал-прыгал-подтягивался. Может, потренируемся, пока врагов нет?
— Почему бы и нет? Отвлечёмся, — кивнула подруга. — Энергетика кладбища погружает в депрессию. Бр-р. Надо двигаться!
— Да уж, — согласился Тим. — Тот еще рай для некромантов и всякой нечисти… Как-то не по себе.
Он и раньше слышал, что кладбище — это последнее пристанище, вроде как смирение и вечный покой. Только какое нафиг смирение при таком внешнем виде?
Вот если все эти могилы вообразить на зелёном лугу, в центре города, в яркий летний полдень — тогда дело иное, а так — грустно. Окружающее место просто убивало в нём всё светлое.
«Правильно Палатенная сотня отменила кладбища, — подумал он. — Места скорби терзают душу, а воспоминания о погибших должны быть светлыми и добрыми. Человек по жизни оставляет в себе лишь светлое, а плохое все забывает. Конечно, если кто-то не повернут на мести… Стоп, что ещё за Сотня?».
— Защищайся! — взбодрила Валькирия. — Не спим! Ан гард!
Её топор, описав дугу, неожиданно врезался в щит Акробата с ужасной силой. Тот едва устоял на ногах.
«Эгей, да она не шутит! — усмехнулся Тим. — Решила приподнять уровень адреналина? Вот же азартная, стерва. Впрочем, „ан гард“ это что-то из репертуара мушкетеров. Д’Артаньян с топором, дровосек в юбке. Щас я тебе покажу, что историю прогуливать не стоило!»
Валькирия улыбнулась в ответ, и на несколько минут их поглотил танец схватки. В терминологии Игр это означало, что глаза обоих бойцов затуманились дымкой, а тела стали двигаться на одних рефлексах, выполняя замысловатые комбинации и приемы.
Ни Тим, ни Кира никогда не работали в паре именно с топорами, но опыт поединков у них был отменный. Так что навыки и ловкость искусных бойцов их не подвели. Тяжёлые топоры в их руках буквально свистели в воздухе, разрезая его кромкой лезвия. Щепки щитов летели в разные стороны, и только ловкость спасала обоих от смерти в тренировочном поединке.
Азарт закипел!
«Главное не переборщить», — думал Акробат, каждый раз останавливая лезвие буквально в сантиметре перед лицом подруги. — «Это всё-таки тренировка, а не бой насмерть».
Выполняя сложный приём, заученный им когда-то для упражнений с мечами, Тим выгнул тело, скользнул вперёд, обходя противницу-друга слева, нырнул под вооруженную руку, и снова занёс топор для победоносной протяжки над головой, как вдруг… Споткнулся.
В горячке соревновательного поединка, разогретые схваткой, они не замечали ничего. Неистовое сражение поглотило. Кто смотрит под ноги, когда топор летит в голову?
А споткнулся он не случайно — нога застряла в земле. Тим дернул застрявшую ногу, да куда там. Напрочь села.
— Да что за… корень⁈
Он снова потянул, но захваченная стопа почему-то не освободилась. Между тем Кира, которой сам бог велел его атаковать, стояла не шевелясь. Глаза её были широко раскрыты.
— Что это за хренота? — сказала она поражённым, почти незнакомым голосом.
Тим поймал её взгляд. Не пытаясь больше выдернуть ногу, Акробат посмотрел вниз. Его стопу держала РУКА!
Рядом, с чавкающими звуками из чернозема высунулась ещё одна костяшка. Впрочем, нет. Костяшкой это штуку назвать было нельзя. Это были именно руки, с плотью, с кожей, но только истерзанные гниением. Запах стоял отвратительный.
Словно ошпаренный Тим подпрыгнул, оттолкнувшись от земли, то ли руками, то ли силой ужаса и отвращения, захлестнувшего всё его существо. Как бы ни было, спустя долю секунды, он уже стоял на ногах с топором в руке и неистово лупил обухом по торчащим из земли истлевшим кистям.
«Это зомби!» — долбила в голове мысль. — «Нет, ну что за гадость? Только что разделались со скелетами и тут же — ожившие трупаки!»
Новые враги появились разом и в огромных количествах. Словно по команде, как только Тим разнёс в дребезги схватившую его кисть, из кладбищенского чернозёма тут же полезли новые сотни рук. Следом за ними показались обглоданные головы, потянулись перепачканные обрывки одежды на гниющих телах.
С разных сторон послышались крики. То же самое начало происходить по всему кладбищу-ловушке. Одновременно с восставшими мертвецами ожил сам туман. Он расплылся густыми клубами и землю словно придавили гигантские куски ваты. Спустя какие-то секунды уже не было видно далее двух-трёх метров. Судить по тому, что происходит вокруг, можно было лишь по истошным воплям, которые издавали игроки.
А орали они — будь здоров.
 Глава 22 
 СЕРЫЕ. Акробат. III Level 
Судя по предсмертным крикам, дохли на кладбище игроки рекордными скоростями. Смерть с косой махала своим оружием налево и направо, как заправский крестьянин в поле с травой.
  
«Вот это шляпа!» — лихорадочно думал Тим. — «В таком тумане, когда зомби нападают со всех сторон, по несколько мёртвых на одного живого, не спасется никто. А нам нужен следующий уровень. Странно, что во всех играх зомби считаются лёгким противником. Не чета костяным скелетам, например. Вот только время для нападения они выбрали удачно. И никто не посмел бы сказать здесь, что зомби — слабаки!»