Позывной «Минус» (СИ)

— А какая моя служба⁈ — спросил Иван негромко. — Путаете вы меня с кем-то. Я на почте работаю.
— Да как ни называй, — Минус усмехнулся скептически, — а всё служба государева. Сейчас ведь преступников развелось столько, что того и гляди, повстречаешься с каким. Революционеры эти, опять же, — Серёга хитро посмотрел на филера. — Тот с бомбой, а другой с пистолетом. С вашим наганом особо не разгуляться. Неудобная вещь. Спуск тугой, боеприпас тоже не ахти. Перезарядка вообще отдельная история. Пока вы с ним копаться станете, противник ваш магазин в пистолете сменит и высадит полностью. А если несколько человек? Нет уж, вам бы лучше чего-то прикупить. Люгер дороговато, само собой, а браунинг можно посмотреть. Вот как у Георгия Кирилловича, — Минус кивнул на человека в чёрном сюртуке. — Не ахти что, но получше вашего инструмента. А ваш можно вторым таскать.
  
— Не выдадут, — вдруг проговорил Савин. — А самому покупать — это больше, чем половину зарплаты отдать. Накладно выйдет. И патронов не дадут на него. Тоже купить придётся. Лучше уж я по-прежнему, с привычным, — и он усмехнулся, поглядев на наган.
— Ваше право, — Минус пожал плечами. — Только вот ведь незадача, вроде и накладно выходит, да только с чем сравнивать. Там, — он указал пальцем на пол под ногами, — уж больно неуютно. Прям совсем нехорошо. И никаких зарплат не нужно будет. Не дай вам бог, конечно!
Савин изменился в лице:
— Вы умеете убеждать, — он нехотя усмехнулся, — благодарю за совет. Я подумаю. Мало кто сейчас о нашем брате переживает, — филер уважительно кивнул. — Всё больше навредить хотят. А ведь без нас никак!
— Конечно, никак, — Минус развёл руками. — Письмо там или посылку какую получить, — он незаметно подмигнул филеру, протягивая руку. — Рад был познакомиться, Иван, как вас по отчеству?
— Лукич. А вас?
— Семёном меня зовут. Всего доброго, пойду я уже, а то опаздываю.
Минус распрощался со всеми и отправился наружу. На широком крыльце курил папиросу Николай, артиллерист. Он кивнул головой Серёге и проговорил негромко:
— Интересную вещь ты сегодня изобразил, Семён. Очень интересную. А ведь могу поспорить на что угодно, что ты стрелял из неё. Голову на отсечение даю, что стрелял. Больно толково говоришь, хоть и не желаешь рассказать, как и что. Да и бог с ним, — махнул он рукой. — Главное, что ты завтра придёшь? Ведь придёшь⁈ — и он посмотрел на Минуса, сомневаясь.
— Приду, — Минус кивнул. — Конечно, приду. А из миномёта этого я за границей стрелял. Извини, Николай, больше рассказать не могу. Только ведь нужно, чтобы и у нас такие были. Ведь правильно⁈
— Обязательно, — артиллерист согласился сразу. — Нельзя отставать. Сейчас ведь всё развивается очень быстро. И аэропланы и пулемёты. А артиллерия всегда нужна. Без неё никуда. Я потому и пошёл в артиллеристы, хоть братья и высмеивали. Они кроме кавалерии ничего не признают. Ерунда! Артиллерия это такая сила! Хоть крепость осадить, хоть конницу рассеять или пехоту. Вражескую артиллерию подавить наконец.
— Бог войны, как говорится, — Минус пожал плечами. — Ладно, Николай, поеду я. Завтра увидимся.
Серёга махнул рукой и сбежал вниз к фиату. Заведя двигатель, он уселся за руль, и разворачиваясь, коротко посигналил Николаю. Тот поднял руку, в которой тускло мерцал огонёк папиросы, прощаясь. Минус нажал на газ и здание казарм осталось позади.
  
Глава 27
 
* * *
Маленький краснолицый человечек в полковничьем мундире удивлённо поднял брови, разглядывая эскиз миномёта. Он какое-то время помолчал и заговорил:
— Толково. Очень толково. Ничего лишнего. Стоимость производства выйдет совсем небольшой. А почему вы именно ко мне пришли⁈ С таким проектом дорога прямиком в военное министерство, в Петербург. За это изобретение можно хорошее вознаграждение получить и не только деньгами.
— Мне награда не нужна, — произнёс Минус спокойно. — Я хочу чтобы этот миномёт как можно быстрее на вооружение приняли, пока никакая война не началась. Вот с этим трудности. А то поеду я туда, меня может и примут, да и наградят, как вы говорите, а сами швырнут этот эскиз куда подальше. По глупости, а то и вовсе с умыслом, чтобы противнику помочь. Вот в чём дело.
— Это могут, — кивнул головой человек. — У нас ведь попробуй что новое продвинь… — он задумчиво побарабанил пальцами по столу. — Но в любом случае вам туда придётся обращаться. Вот ходатайство какое, я вам организовать попробую. Через нашего командира бригады бесполезно… Тут ведь дело непростое. Вы может и не знаете совсем, как у нас Главное артиллерийское управление устроено. Там ведь конь не валялся, как говорится! Туда всё больше на пенсион уходят. Какие там новшества! Такую тягомотину устроят, что этот ваш миномёт примут на вооружение лет через десять! — при этих словах Минус вытаращил глаза, но полковник махнул рукой. — Не зря ведь наше ГАУ за глаза называют главным артиллерийским затруднением. Так оно и есть. Артком и вовсе видимостью работы занят. К Сергею Михайловичу бы попасть. Он может продвинуть, если захочет, конечно. Да только как это сделать… — полковник Кондратьев задумчиво скривился. — Давайте так, я обмозгую на досуге, как и что, тогда и сообщу. Мне побеседовать кое с кем нужно. Через Николая передам, если что выйдет.
Минус кивнул, собираясь уходить. Кондратьев заговорил:
— Эскиз тогда у себя оставьте, вряд ли он мне понадобится.
— Хорошо. — Минус удивился. — Всего доброго!
Он забрал громадный свёрнутый эскиз и выйдя за дверь, чуть не врезался в ожидающего его Николая. Тот негромко произнёс:
— Ну, что скажешь⁈
— Не знаю пока, — Серёга пожал плечами, — обещал через тебя связаться, если понадобится.
— Понадобится, — Николай уверенно кивнул. — Борис Александрович зря обнадёживать не станет. Если ему понравилось, то уж попробует протолкнуть. У него, поговаривают, в Арткоме связи хорошие имеются. Давно мог на повышение уйти, да только не хочет из нашей тридцать третьей переходить. Вообще, он командир толковый. Нас гонять любит, но не зазря. С закрытых позиций теперь каждый стрелять способен, а сколько недовольства было вначале!
— Ладно, побегу я. И так попробуй к поезду успеть! Ведь опаздываю!
— Родственники приезжают⁈ — спросил с любопытством Николай.
— Знакомые, — попытался отговориться Минус, –но опаздывать никак нельзя.
— Успеешь. Ведь не очень далеко.
— Да, только в цветочную лавку заехать нужно. А это круг дать придётся. У вокзала таких нет, как ни странно.
— Знакомые! — артиллерист усмехнулся. — Актриса какая-то, небось! Эх, Семён!
— Какая нах, актриса! — Минус не выдержал. — Девушки знакомые. Обещал встретить, а вовсе не то, о чём ты думаешь.
— Красивые⁈
— Красивые. Только пора мне, правда тороплюсь.
— Возьми меня с собой! — внезапно выдал Николай.
— Хочешь, поехали, — произнёс Минус неохотно. — Только сразу говорю, что они не из доступных. Просто мои хорошие знакомые.
Он поглядел на разом приосанившегося Николая, поправляющего мундир:
— Бежим! — произнёс Серёга, рассмеявшись. — Потом будешь делать строгое лицо. Опоздаем!
Они выскочили из здания казарм и заведя фиат проклятой ручкой, Минус рванул с места. До ближайшей цветочной лавки было неблизко. Он лавировал среди экипажей, не обращая внимания на возмущение извозчиков. Наконец, остановившись на мгновение, Серёга вбежал в магазинчик, где ошалевшая продавщица принялась торопливо упаковывать два букета. Минус, не дожидаясь сдачи, метнулся к выходу, и швырнув цветы на заднее сиденье, нажал на газ.
  
— Шикарные! — произнёс Николай. — Один мой! Сколько должен⁈
— Ничего, — Минус переключил передачу, проклиная медлительность фиата. — Ничего не должен.
— Так не пойдет! — запротестовал артиллерист. — Не годится! Ведь букет рублей в десять обошёлся!
— В тридцать пять, — Минус усмехнулся. — ведь розы французские. Но отдавать не надо. Я бы в любом случае два купил.