Позывной «Минус» (СИ)

Она тихонько заговорила:
— Шрамы тут, — и она осторожно коснулась груди, — там, внутри. Они болят, но ты был прав. Не нужно убивать себя. Я постараюсь пережить это. Постараюсь.
Белла заметила, что Минус устал стоять на ногах и шагнула вперёд, усаживаясь в беседке. Он сел рядом и молча смотрел на её избитое лицо. Белла неуверенно произнесла:
— Я пришла поблагодарить тебя. Я хочу, чтобы ты знал. Ты даже не представляешь, как помог мне! Мне так хотелось умереть. Хотелось больше никого не видеть, чтобы не глядели на меня и не знали о моём позоре. Никого, ни мамы, ни отца, ни братьев. А ты поговорил со мной и мне стало легче. Хоть знаешь, я ведь не поверила тебе тогда. Надеялась, но не верила. А когда прошло два дня, а ты не пришёл, я смирилась с тем, что ты меня обманул. Просто, чтобы успокоить. Но мне уже не хотелось себя убить. А потом поздно вечером приехала Либа. Она сказала мне по секрету, что ты ранен и что их больше нет. Я не могла поверить. Я ещё тогда хотела поехать к тебе, честное слово. Но Либа сказала, что нельзя. Что тебе очень плохо. Я так молилась за тебя, Семён! Я так хотела, чтобы ты остался жить! Мне очень хотелось поговорить с тобой! Ведь ты не обманул! Ты убил их ради меня!
  
— Тсс, — Минус поднёс палец к губам. — Никого я не убивал.
— Я не дура, — ответила она шёпотом. — Я никогда и никому не расскажу. Это ты, я ведь знаю, что это был ты! — она восхищённо уставилась на Минуса. — А ведь ты меня совсем не знал! Когда я взяла в руки ту газету, где говорилось про ритуальное убийство, у меня не было слов. Скажи, там правда написана или нет?
— Я не читал её, Белла, — Минус говорил очень тихо. — Я не знаю, что в ней написано. Но если это тебя не напугает, то я скажу, что Ташев умирал долго. Очень долго. У него было время подумать про то, что это из-за тебя. Поверь мне, он прочувствовал на себе многое. Я не хочу говорить, что именно. Просто поверь мне.
— Я верю, — она радостно, а вовсе не испуганно кивнула головой. — Скажи, а когда ты говорил, что принесёшь лекарство, ты имел ввиду, что я узнаю, что они умерли и обрадуюсь? Да?
— Не совсем, — Минус неохотно отвечал, — тогда я хотел принести тебе головы. Чтобы ты посмотрела, что с ними случилось и успокоилась. Но потом передумал. Я побоялся сделать хуже. Представляешь, я бы ночью пробирался к тебе в комнату и позвал тебя на них смотреть⁈ Ведь ты могла бы испугаться. Я не знал, как ты отреагируешь, и потому передумал. Я собирался прийти поговорить с тобой, но… — и он указал рукой на свой бок.
— И это ради меня! — она с таким восхищением посмотрела на Серёгу, что он напрягся. — Я бы не испугалась, — произнесла она негромко. — Я бы обрадовалась! Мне было очень страшно, когда они издевались надо мной! Я ненавижу их! Я очень рада, что они умерли! Ты хороший, Семён! Очень хороший! Либа раньше мне рассказывала про тебя, хоть и не хотела знакомить. Я не знаю, как отблагодарить тебя за то, что ты сделал! Скажи, как⁈
— Просто живи и всё. Радуйся. Постарайся забыть всё плохое. Я знаю, это очень сложно, но ты попробуй. Мне будет приятно знать, что с тобой всё нормально, — и Минус подмигнул.
— Обязательно, — она закивала головой. — Я постараюсь. Ты ведь знаешь, что я вместе с Либой поеду в Киев на женские курсы?
Минус замотал головой. Ему Либа не говорила ничего подобного.
— Поеду. Я с мамой поговорила и она разрешила. Так мне будет легче. Я бы не хотела ходить в наш университет, ведь все станут обсуждать. А потом узнала, что Либа собирается в Киев и упросила её, чтобы вместе поехать. Она ведь сказала, что и ты с Аней уезжаешь туда.
Минус разинул рот. Он не далее, как вчера разговаривал с Анечкой и ничего подобного она не говорила.
— Ты удивился, что она мне рассказала⁈ — Белла посмотрела как-то обиженно. — Я никому не говорю. Я сейчас ни с кем и не общаюсь. Только Либа приходит ко мне и Аню твою сегодня с собой привезла.
Минус оглянулся, ища глазами Либу, но они с Аней уже вошли в дом. Белла тихонько заговорила:
— Я не стану ничего рассказывать. Обещаю. Мне можно верить, ты не думай!
— Я знаю, — Минус кивнул. — Ведь ты пообещала и ждала меня. Я просто сам не знал, что Аня решила уехать в Киев. Ты удивила меня.
— Ой! — Белла замерла в растерянности. — Тогда не говори, что я рассказала. Я не думала, что это какой-то секрет. Я думала, что ты знаешь.
— Не скажу. Не переживай. Я с Аней сам поговорю сегодня. А ты останешься у нас на ужин?
— Да. Я до завтра останусь. Не хочу ехать поздно по городу. Я с мамой договорилась, что переночую у Либы. Она хоть и рассердилась, но разрешила. Мама сказала Либе, что приглашает тебя с ней в субботу. Ты придёшь?
— Не знаю, Белла. Мне бы не хотелось. Нет, тебя я хочу видеть, ты не думай, — он торопливо проговорил, увидев, как она расстроилась, — просто у вас, наверное, будет полно родственников. Мне неудобно. Лучше пусть они приедут к Моисею в гости.
— Я скажу маме. Я думаю, что она согласится. А ты правда хочешь меня видеть?
— Да, — Минус кивнул головой. — Конечно, хочу. Ты приезжай к нам почаще. Не стесняйся лица. Тут никого не бывает. Я, Аня с Либой, Катя и старый Моисей. Ну и слуги его.
Минус и вправду хотел её видеть. Он радовался, глядя на эту девушку. Живое доказательство того, что всё было не зря. Он улыбнулся и Белла тихонько заговорила:
— Я буду приезжать. Конечно, буду. Если мама разрешит. Я думаю, что разрешит. Она ведь и так не знает, что делать со мной.
— Это как⁈
Белла помялась и проговорила вовсе неслышно:
— Я ведь должна была выйти замуж. За Янкеля. Мама сказала, что его родители согласны, чтобы он женился на мне и после того, что случилось. А я не хочу. Он приходил один раз, но я скрывала лицо и так разговаривала с ним. Он не хочет жениться, хоть и не говорит прямо. Я понимаю его. Ведь противно будет всю жизнь видеть меня и знать, что это тело уже кто-то другой брал силой. Представляешь, смотреть на эти губы и думать… — голос задрожал и слёзы показались на глазах. — Конечно, ему будет неприятно меня даже поцеловать. Я понимаю.
— Глупости! — Минус фыркнул. — Какая дурь! Неужели, ты так считаешь⁈
Она часто-часто закивала головой и Серёга тяжело вздохнул. Он оглянулся на окна домика, скрытые за шторами, и мгновенно прижав к себе Беллу, осторожно поцеловал её потресканные губы. Он медленно отстранился и произнёс:
— Не обижайся. Я просто хотел доказать тебе, что то, о чём ты переживаешь, полная ерунда. Не выдумуй.
Она смущённо улыбнулась, но не сердилась ни капли:
— Я не обижаюсь. Мне приятно.
— Только не говори никому.
— Конечно, — она кивнула. — Ни в коем случае. Но ведь дело не только в этом. Я тоже не хочу за него замуж. Знаешь, Семён, ведь это он должен был сделать то, что сделал ты. Да, именно он! А так… Зачем тогда муж⁈
Минус промолчал. Он не нашёлся, что ответить, хоть и изо всех сил пытался найти аргументы. Белла прошептала:
— Я завидую твоей Ане, Семён. Честно, очень завидую. Ты хороший, — она внезапно прижалась к нему, преодолевая стеснение. — Спасибо тебе!
Минус обнял её и они какое-то время стояли не шевелясь. Потом Серёга тихо заговорил:
— Пойдём в дом, Белла.
Она молча кивнула и вытерла слёзы руками. Минус медленно зашагал рядом с ней. «Ничего, — подумал он, — Киев большой город. Там она познакомится с кем-нибудь и всё будет хорошо. Правильно сделала Либа, что поедет вместе с ней. Но Аня? Зачем ей это нужно? Вот точно не ожидал».
За столом Минус сидел неловко. Он устал от бесконечных разговоров Либы, которая тормошила Беллу весь вечер. К удивлению Серёги, Белла тоже расслабилась и перестала нервничать. Она спокойно расспрашивала Либу про курсы и даже старый Моисей задумчиво поглядел на неё. Он, как видно, никак не мог привыкнуть к её травмам, и изредка бросал взгляд на лицо и руки Беллы, когда она этого не замечала.
  
Глаза Анечки метали молнии и Минус пытался понять, в чём он накосячил именно сегодня. Не выдержав, Серёга отговорился тем, что ему пора отдыхать, и утащил Аню вместе с собой. Катя давно заснула и теперь, шагая рядом с Аней через тёмную аллею к гостевому дому, Минус негромко спросил: