Позывной «Минус» (СИ)
Сейчас он мучительно пытался найти в себе силы её оттолкнуть, но не смог. Она была такая хрупкая, заплаканная и необыкновенно нежная, что он растаял. Её запах кружил голову, хоть разум и отговаривал Минуса, что есть силы. Но Маша поцеловала его и он ответил. Они целовались и целовались, без передышки. Маша повлекла его за собой в сторону, туда, где виднелась маленькая дверь. Они вошли в комнатку без окон. Там был только письменный стол, ворох бумаг в ящиках и раковина с древним краном над нею.
На мгновение оторвавшись от Маши, Минус попытался отговориться тем, что он потный и грязный после дороги, но Маша сверкнула глазами:
— Молчи! Лучше молчи! Грязный⁈ Вон за тобой раковина. Хоть весь искупайся! Но никуда не пойдёшь! Слышишь⁈ Никуда!
Стол был старый и шаткий. Он скрипел и Минус перенёс Машу на пол, бросив под неё свою снятую одежду:
— Может ты сверху⁈ А то холодно.
— Нет, — она улыбалась смущённо и ласково, — не холодно. Иди ко мне!
Минус смотрел на её лицо, на мгновение отрываясь от губ. Счастливое и радостное. Её глаза светились изнутри ещё ярче обычного и она тянулась к нему всем своим хрупким телом. Минус задвигался всё быстрее и только собрался выйти из неё, как Маша обхватила его поясницу ногами необыкновенно крепко:
— Нет. Я так хочу. Не переживай. Давай! — и она сделала несколько движений ему навстречу. — Я хочу от тебя ребёнка! Понял! Хочу!
Минус замер на миг, но тут же мысли промелькнули в его голове. «Если она забеременеет, то уедет из этого ужаса и больше сюда не вернётся, — подумал он ясно, — никогда не вернётся на войну». Минус впился поцелуем в её губы и перестал думать. Она ощутила тепло внутри себя и нежно улыбнулась, не разжимая ног:
— Я знаю, что он будет красивый, как ты, — Маша тихо заговорила, — какой же ты всё-таки дурак, Серёжа! Ну почему ты раньше так боялся меня⁈ Ведь всегда боялся. Вроде бы рядом, но в тоже время так далеко был. Только я к тебе, а ты куда-то собираешься. Так нельзя с девушкой. Нельзя! А ведь про тебя столько сплетен наслушалась! Про твоих женщин. А теперь думаю, что это почти всё неправда. Ведь неправда⁈
— Неправда, — согласно кивнул Минус, — конечно, неправда. А ты о чём сейчас?
— Ни о чём. Проехали, — Маша махнула рукой. — Забудь. Всё хорошо. Очень хорошо, — она улыбнулась, — а теперь слезай с меня, а то и правда холодно снизу, если не двигаться.
Она медленно начала одеваться и заговорила тихонько:
— Я никому не скажу. Ты можешь не жениться на мне, — при этих словах её лицо дрогнуло, — я хочу его для себя. Именно для себя, а не так, как некоторые говорят, а потом начинается…
Минус растерянно смотрел на неё. Она всегда казалась ему немного не от мира сего. Словно прекрасный ангел, но совсем не приспособленный к жизни здесь. Дурное предчувствие вдруг поселилось в его душе. «Выплата, — подумал он, — если что-то со мной случится, то хорошо, если она получит деньги. Ей будет легче». Минус негромко произнёс:
— А ты хочешь за меня замуж?
— Да, — она недоуменно посмотрела на него, — хочу. А ты этого хочешь? Или просто, чтобы я не обиделась? Тогда не надо.
— Хочу, — Минус уверенно кивнул, отгоняя мысли прочь, — конечно, хочу. Прямо сегодня.
— Но так не бывает, — Маша распахнула глаза, — нужно месяц ждать, даже если подадим сегодня.
— Бывает, — Минус уже решился, — ещё и как бывает. Я договорюсь, вот увидишь. Дай мне час. Только соберёшь сама эти лекарства и остальное. И ладно, я твою «электричку» возьму? Мне нужно будет съездить, не хочу по телефону говорить.
— Хорошо, — Маша кивнула, — только ты меня удивляешь, конечно. То подойти боится, а то сразу замуж тащит! — она неуверенно улыбнулась. — Впрочем, я тоже хороша… — и она покраснела.
Минус вылетел на Машином самокате к местному торговому центру, с ещё забитыми кое-как окнами. Он подкатил прямиком ко входу и торопясь снял в банкомате со своей карты все имеющиеся деньги. «Вроде такса была двадцать, но кто знает, — задумался он, — да и Николаевичу нужно что-то дать».
Глава 3
Николаевич почесал затылок. Короткий ёжик рыжих с проседью волос и массивная голова с крупным носом и хитрыми глазами, придавала ему сходство с крысой. То ли оживший Сплинтер, то ли те, что в мультике бродили за Нильсом. Того и гляди и сейчас так же зашагает. Он удивлённо уставился на Минуса:
— Не ожидал. Я думал, что ты не влезешь в петлю, — он невесело усмехнулся. — Чего так срочно-то? Девятый месяц, что ли?
— Нет, просто предчувствие хреновое почему-то. Решил, что нужно сегодня. Да и Машке, вдруг чего, то будет легче.
— Погодь⁈ — Николаевич задумался. — Это не медсестричке, случайно⁈
— Ей, — кивнул Минус, — стал бы я жениться на какой-то другой! Жалко её, Николаевич, понимаешь⁈
— Да, — рыжая голова закачалась, — её точно жалко. Она такая… Ну будто с другой планеты. А ведь хорошая девушка. Ты там не обижай её! — и хозяин кабинета нахмурился.
— Вот и я о том, — Минус улыбнулся, — ты бы позвонил сестре, чтобы расписали сегодня. Именно сегодня.
— Хм, я-то Светке позвоню, без проблем. Договоримся, само собой, — и рука потянулась к телефону, лежащему на столе, — а ты тогда можешь машину взять. Заберёшь Машу. Вот ключи, — и Николаевич бросил Минусу связку ключей от «шестёрки», стоящей у входа, — давай быстрее, а то время поджимает. Но ведь можно было проще сделать, через командование. Ведь сейчас закон разрешает одним днём…
— Это кажется проще, — Минус махнул рукой, — проще Свете двадцатку отдать и никаких проблем.
— Может и так, — Николаевич кивнул, — давай уже, езжай и не забудь машину вернуть! –добавил он вдогонку.
Минус выскользнул за двери. В кармане уже разрывался телефон. Вест очевидно управился и теперь разыскивал его. Но нет, на экране высветилось: — «Маша медс.» и Минус поднял трубку:
— Еду! Да, я у Николаевича машину взял. Пять минут и буду!
Он обернулся на обшарпанное здание городского МЧС, со следами осколков на старой облупившейся штукатурке. Прохоров Николай Николаевич, бывший командир третьего батальона с позывным Восход, перенёс инфаркт, причём на деле, а не на бумаге, как многие, и был списан из рядов вооруженных сил. Но благодаря полезным связям стал руководителем МЧС Красноугольска. Он был хорошим командиром. Минус всегда уважал его. Он вспомнил бой за проклятый «Крест» несколько лет назад и перед его глазами промелькнули снова, как вживую, чёрные силуэты танков. Минус словно услышал рёв моторов и грохот орудий. Горящее здание птицефабрики пригрезилось ему так явственно, что он замотал головой, отгоняя видение. Что не говори, а Восход был хорошим комбатом.
Минус засунул Машин самокат на заднее сиденье и заведя мотор, заторопился к медпункту.
* * *Маша растерянно улыбалась, принимая поздравления от своих коллег и обалдевшего Веста, уставившегося с недоумением на Минуса. Всё прошло так быстро, что она ещё не пришла в себя. А теперь в ординаторской был накрыт маленький столик и притихший Гиви разливал вино по разнобойным стаканам и чашкам. Воспользовавшись заминкой, Вест тихо прошептал Минусу на ухо:
— Ты попроси у Мухи отпуск хоть на пару дней. Он согласится.
— Ага, — ответил Минус ещё тише, — я в отгул, а Винни будет сидеть в этой яме? Ведь сам говорил, что штурм со дня на день. Нельзя, Вест. Нельзя бросить Винни. Никак нельзя.
Вест промолчал. Он так не думал, но не стал возражать. Минус вообще странный. Но теперь хоть понятно, почему он тогда так вцепился в Машку. Перевести её из расчёта Честера было очень сложно. Очень. Тем более, что она сама хотела быть оператором, ведь у неё отлично получалось, а Честер не собирался отпускать её, потому как хотел переспать с ней. Но Минус упёрся. Он продал машину, свою L200, соседям и занёс через Муху денег наверх. Вест не знал точно, как вышло, но Машку перевели сразу в медики, ведь образование у неё было. Честер завыделывался и не хотел отпускать. Тогда Муха поручил съездить за ней Лису.