Позывной «Минус» (СИ)
К счастью, спор о несчастной любви прервала Нелли, которой не терпелось заставить Славика спеть ещё что-нибудь. Измайлов не заставил себя долго ждать:
Ах, зачем эта ночь
Так была хороша!
Эта песня на девушек оказала меньшее впечатление, зато многие из парней загрустили. Потом гитара, после долгих уговоров, перешла к Ире, которая чувственным голосом спела про любовь цыганки. Эта девушка хорошо осознавала свою привлекательность и умело пользовалась этим. Даже Минус с интересом слушал её. Едва она успела допеть, как Либа незаметно, но ощутимо, толкнула Серёгу в бок:
— Пойдём в саду погуляем, Сеня! — прошептала она. — Нечего на неё пялиться!
Либа, ничуть не смущаясь, повлекла его за собой. Они вышли наружу и Минус повернулся к ней:
— Не пялился я на неё. Просто она поёт красиво.
— Знаю! — Либа тихо засмеялась. — Дразнить я тебя люблю! Просто мне захотелось с тобой наедине побыть! Ты же не против⁈
— Я беседку в стороне видел, когда приехали. Можно в ней посидеть, если через заросли туда пройдём.
— Пошли, — она согласно кивнула. — Зря я тебя сюда притащила! Лучше бы мы их привезли и потом забрали! Сами на Владимирскую поехали… А то сиди рядом, как дура, и не поцелуйся! Скучно, правда⁈
— Конечно, — Серёга усмехнулся. — Но я с тобой спорить не стал. Захотелось, значит поехали сюда. Я было подумал, ты тут на кого-то глаз положила… — он шутя толкнул её легонько.
— Ой! — Либа фыркнула. — Не думал ты ничего такого! Я ж за тобой тенью хожу! Даже стыдно иногда.
— Прости, что у нас с тобой так, — Минус взял её за руку. — Но знай, что мне очень хорошо, когда ты рядом со мной.
— Мне тоже! — она наконец добралась к беседке и осторожно шагнула внутрь. — Даже в том лесу мне было сказочно хорошо! Там были только мы! Понимаешь⁈
Серёга прижался к ней. Либа замурлыкала себе под нос мелодию и тут же фыркнула:
— Проклятая Маруся! В голову влезла, не выкинешь! Вот не нравится мне совсем, да отогнать не могу! Чего бы полезное так задерживалось! А то в одно ухо влетает, а в другое вылетает!
— Неправда! — Минус улыбнулся. — В твоей голове всё, как нужно, работает. Ты очень умная девушка.
— Спасибо! Может, ты и врёшь, но слышать приятно. Ты всегда хвалишь меня! Знаешь, Сеня, чего мне захотелось, когда мы сидели там?
— Нет.
— Глядела я, как Славик поёт, а Нелли слушает, рот разинув, и захотелось, чтобы ты так же спел. Не для всех, а для меня одной! Именно для меня! Такую песню, чтобы мне понравилась!
— Не умею я, — Минус пожал плечами. — Ни играть на гитаре, ни песни петь, — он посмотрел на Либу, которая состроила жалобные глаза, и вспомнил её с ружьём в руках, стреляющей в несущийся «бенц». Будто снова увидел, как она палила из браунинга в голову незадачливого похитителя, и внезапно на ум ему пришла старая песня «Сплина». Минус тихонько стал напевать её:
Никому не доверяй наших самых страшных тайн
Никому не говори, как мы умрём.
В этой книге между строк спрятан настоящий бог,
Он смеётся он любуется тобой.
Ты красива, словно взмах волшебной палочки в руках
Незнакомки из забытого мной сна.
Мы лежим на облаках, а внизу бежит река,
Нам вернули наши пули все сполна.
Мы лежим на облаках, а внизу бежит река,
Нам вернули наши пули все сполна.
Либа застыла, с интересом глядя на Минуса:
— Я не слышала такой, Сеня! Как она называется?
— «Бонни и Клайд», — нехотя ответил он. — Банки они грабили и магазины. По-глупому, правда. Убили их потом полицейские. Не знаю я, какие они были на самом деле, но песня мне нравится.
— И мне нравится! — она восхищённо покачала головой. — Сеня, это здорово! Это будто наша с тобой песня!
— Будто, — Минус согласно кивнул. — Но нам так закончить не надо. Мы с тобой осторожными должны быть. Договорились?
— Договорились! — она протянула руку. — Но это наша песня! Вот прям моя!
— Наша, — усмехнулся Минус. — Мы с тобой вместе.
— Да, Сеня! Вместе!
Либе даже перехотелось целоваться. Она прижалась к Серёге и заставляя его повторять слова, негромко напевала, запоминая текст, пока Белла с Дайной не отыскали их, торопясь ехать домой.
Глава 56
* * *Либа растерянно стояла посреди столовой, украшенной лентами и цветами. Она обвела взглядом накрытый стол, остановившись на двух вёдерках со льдом, в которых застыли гранёные бутылки «Родерер Кристал».
— И ведь нашёл! — улыбнулась она. — Где ты их только увидел?
— Из Москвы заказал, — прищурился Серёга. — Я знал, что тебе понравится.
— Ещё бы! — Либа усмехнулась. — И не столько шампанское, сколько внимание! Приятно, когда ради тебя стараются.
За её спиной раздались женские голоса и Белла с Аней внесли торт, на котором горели маленькие свечи. Катя, весело улыбаясь, протянула маленькую коробочку, перевязанную бантом. Либа приняла подарок, поблагодарив. Её глаза уставились на торт и она засмеялась:
— Я даже знаю, кто это придумал!
— Задувай свечи и загадывай желание! — произнесла Аня, улыбаясь.
Либа набрала полную грудь воздуха и одним махом погасила свечи.
— А что ты загадала⁈ — спросила Катя.
— Нельзя говорить, а то не сбудется, — вмешалась Аня. — Ты же знаешь!
— Я забыла, — отвечала девочка.
Либа снова посмотрела на торт и усмехнувшись, произнесла:
— Красивый такой, что резать жалко!
Торт не был особенно красив, скорее необычен, будучи раскрашен, как леопардовая шкура. Либа бросила на Минуса восхищённый взгляд, но промолчала.
— А теперь подарки! — улыбнулась Белла.
В Катиной коробочке оказалась маленькая брошь, в виде цветка. В свертке от Беллы несколько книг, которые Либа приняла с наигранной улыбкой. Аня протянула небольшой ящичек, в котором оказался фотоаппарат. Либа обняла её:
— Давно купить собиралась. Опять придётся осваивать что-то новое! — и задумавшись на мгновение, она обернулась к Серёге, разведя руками:
— Сеня, тебе календарь подарить? Ты знаешь, сегодня какое число⁈ Я не понимаю, где твой подарок?
— Потом, — улыбнулся Минус. — После, — и он покосился на Катю.
— Сейчас! — Либа фыркнула. — Пойдём тогда посмотрим. Я недолго! — она повернулась к Ане. — Ведь я должна знать, что он там прятал!
Аня только махнула рукой. Либа толкнула Минуса в бок:
— Живо, Сеня!
Минус занёс большой кожаный чемодан в Либину комнату и положил на низкий столик:
— С днём рождения!
Она мигом открыла замки и её глазам предстал К6, вокруг которого лежал глушитель и запасные магазины. Либа с недоумением уставилась на него:
— Какой магазин! — она удивилась. — На сколько патронов?
— Двадцать четыре.
— Двадцать четыре⁈ А зачем столько?
— Кушает много, — усмехнулся Серёга. — Если стрелять очередями.
— Как это очередью? Что, прямо, как пулемёт⁈
— Да. Только маленький. А вот та трубка — глушитель звука.
— Вот это да! Сеня, где ты его достал? Это совсем новинка, да⁈
— Совсем, — довольно улыбнулся Минус. — Только у тебя такой и у меня.
— Ты ещё один купил? Правильно. А чей он? Я никаких клейм не вижу! Американский?
— Наш, — ответил Серёга. — На Николаевском судостроительном сделан. Вот клейма и нет.
— Я не знала, что там оружие делают. Они недавно начали?
— Не производят там такое. Я заказывал, чтобы мне изготовили. Чертёж передал и всё.
— А чертёж где взял?
— Нарисовал, — усмехнулся Минус. — Вернее, Мишка рисовал, а я говорил, что да как делать.
— Ты сам его придумал⁈
— Можно и так сказать, — ответил Серёга, чтобы избежать расспросов.
— А ты стрелял из него⁈
— Да.
— И как?
— Нормально. Сама попробуешь и расскажешь. Только завтра, не раньше. А теперь пойдём назад. Нас там заждались.
— Сегодня! — жалобно произнесла Либа. — Давай сегодня поедем стрелять⁈
— Нет, — выдохнул Минус. — Имей терпение. Нам ведь с ним в тир нельзя. Придётся место искать. Подумать надо, куда отправимся.