"Фантастика 2024-192". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

– Колдовство? – уточнила, старательно выдавливая усмешку с лица.
– Божественная Сила, дитя, – ответила Маат, посмотрев, как на бестолковую.
– Подведём итог, – сказала, тяжело вздохнув, – сюда утащили Ка, оставив моё тело и душу, – тут я вопросительно посмотрела на богиню, которая согласно кивнула, – на месте. Возникает вопрос. Что произошло с ними далее?
Маат вытащила перо из повязки и прикоснулась к поверхности воды между нами. От места соприкосновения стало разрастаться светлое пятно, в котором, как на экране, появилась картинка. Я увидела львиноголовую статую и себя рядом с ней. Вот я прикасаюсь к камню, убираю руку, поглядываю с испугом по сторонам, немного пятясь. Вот опять подхожу почти впритык к изваянию и, постояв, протягиваю руку, прикасаясь к знаку «анкх». По моему телу и статуе пробегает еле заметная искра. И вот тело начинает медленно оседать. Подбегают люди. Кто-то, приподняв голову, подставляет к губам бутылочку с водой. Мои глаза открываются, я что-то смущенно говорю. Меня аккуратно поднимают. Смена кадров убыстряется, я уже в каком-то медпункте, где мне мерят давление.
  
Если смотреть со стороны, то там я выглядела вполне нормально. Как зомби себя не вела. Даже успевала что-то писать на мобильнике, с которым уже давно почти не расставалась.
– Ну хорошо, – отведя взгляд от «кино», произнесла почти примирительно, – мою Ка переместили и отдали вам. Зачем?
– Я сама забрала твою Ка.
– Насколько понимаю, это была Сехмет. Вы можете пользоваться чужими статуями? Египтологи считают, что каждую посвящали определённой богине.
В этот момент голова Маат подёрнулась дымкой, и вместо человеческого лица на меня смотрела львиная морда. От негромкого рыка над её гривой возник небольшой огненный диск, на котором «плавала», перетекая из края в край, змея.
Вода вокруг стала явственно нагреваться и почему-то начала краснеть. Пта взял супругу за руку и нежно поглаживая, принялся шептать ей что-то в львиное ухо, которое смешно подёргивалось.
Диск над её головой погас и исчез. Львиная морда уменьшилась, превращаясь в кошачью. Мужчина аккуратно провёл рукой по мордочке и поцеловал носик.
В этот момент вода вернула свой прежний цвет и температуру, а голова богини обрела человеческие черты. Улыбнувшись, супруг впился поцелуем в её губы.
– Кхм-кхм… – решила обратить на себя их внимание.
– Другие моральные ценности и то, что считается добродетелью, – ответила женщина на его вопросительный взгляд, высвободившись из объятий мужа.
– Это что получается… Маат, Сехмет и … Баст, если не путаю… – одно и то же лицо?
– Лица у нас как раз и разные, – возмутилась богиня, – ты разве не разглядела?
– Это идиома, – сообщила возмущенно, – я хотела сказать, что все три богини – Вы и есть?
– Ну да. В зависимости от моего состояния я меняюсь. Меняются… как у вас говорят… функции, которые исполняю.
– Офигеть!.. – только и смогла произнести.
– Но ведь ты тоже была разная там.
Я с удивлением посмотрела на Маат.
– Давай разберёмся… когда ты была женой, то поступала и делала одно. Став матерью, по-другому. Ну, а на работе – вообще, третьей.
– Это совершенно другое…
– Думаешь? – усмехнулась она в ответ. – Просто на твоём физическом состоянии это не отображалось. Я же меняюсь. И каждый может понять, чем это грозит.
– Ладно, об этом я подумаю потом! Давайте вернёмся ко мне… вернее, к моему Ка, которое сейчас здесь и осознаёт себя личностью. – Я передохнула и собралась с мыслями. – Ты… забрала это самое Ка и перенесла сюда. Зачем?
– Наше великое наследие после тысячелетий существования разрушено. Его грабили, уничтожали. Сах множества потомков истреблены. Их вывозили на потеху публике, лишали покровов и портили под пьяные крики и смех. Многие тысячи Сах жертвенных животных были перемолоты и высыпаны на поля, как удобрение, рядом с городом Ливерпуль. А ведь когда мы правили миром, на том месте не было людей вообще. Гробницы осквернялись и разрушались. Многие знания, оставленные нами, утеряны. Сам же Та-Кемет будет постоянно переходить из рук в руки иноземцам. Его надо сохранить. Уберечь.
– И как я могу это сделать, учитывая, что даже вы не смогли? Как верну наследие? Вы скажете, где что спрятано, и я найду?
– Нет, дитя, в этом течении времени ничего не поправить.
– Вы хотите сказать…
– Есть небольшой «выступ» в «реке», на который мы можем влиять. Подходящий для нужных действий человек теряет своё Ка.
– Это женщина? Как-то неуютно будет иметь тело мужчины.
– Женщина. Высокопоставленная… Хи-Хемет.
– И почему эта Хи теряет Ка?
– Уже вторые роды для неё заканчиваются рождением мёртвого ребёнка. Её Ка очень устало, и она захотела уйти на поля Иалы.
– Значит… умерла при родах, и я займу её тело?
– Тело станет твоим. Кстати, оно обладает Сехем, – вмешался в разговор Пта.
– Как я слышала в начале разговора, это ваша не первая попытка подселения чужого Ка?
– Да, дитя. Но последняя была особенно неудачной. Женщина не прожила долго.
– Угу… то есть там меня могут быстренько прибить?
– Нет. Это было именно её неправильное решение. Предыдущие попытки жили дольше.
По воде пошли сначала небольшие волны, а затем я ощутила какое-то движение.
– Кажется, Амсет заметил присутствие Ка живого человека, – обеспокоился мужчина.
– Ты прав, любимый. Нужно торопиться.
– И что будем делать? – удивилась их опасениям какого-то Амсета.
– Запомни, ты всегда сможешь связаться со мной в храме. В любом из моих храмов, для любой ипостаси. Я направлю тебе помощника на первое время, чтобы обучил и подсказал.
– А что же мне делать там?
– Для начала прими своё новое тело и свой народ. А потом обсудим твою дальнейшую судьбу. Надеюсь, у тебя всё получится. Сын уже подлечил нужное Хат.
– То есть вернуть меня обратно в родное тело не вариант?
– Я думала, ты будешь горда, что стала «избранной». Другие гордились.
– Им это как-то мало помогло…
В этот момент высокая волна накрыла нас с головой. Маат схватила и прижала меня к себе, удерживая рядом. «Анкх» засветился в её руке, и она прикоснулась им к моему рту. Всё вокруг исчезло.
  
Глава 2
 
В этот раз приходить в себя было больно. Всё тело ломило, а глаза не желали открываться, веки словно налились свинцом. Страшно хотелось пить. Открыв рот, почувствовала, что губы сухие и обветренные, а язык едва ворочается.
Больше всего смущала какая-то тяжесть в районе груди. Она не давала спокойно вздохнуть или пошевелиться. С трудом двинув правой рукой, закинула её на себя.
У меня есть шерсть?.. Такое дикое предположение придало векам недостающего усилия, и глаза, наконец, раскрылись.
На груди, уставившись на меня, лежала… кошка. Мне она показалась просто огромной. Большие янтарные глаза смотрели с интересом. Уши, кажущиеся полупрозрачными, слегка подёргивались, от чего волоски на их кончиках шевелились.
– Маат? – с трудом прохрипела, чувствуя, как рвётся плёнка на сухих губах.
Кошка великолепной рыжей масти хранила молчание, продолжая меня разглядывать.
– Значит, нет.
Отведя взгляд, принялась рассматривать место, в котором находилась.
Ну, что сказать… я в небольшом пределе огромного гипостильного зала. Величественные колонны, расписанные цветными фресками, уходили высоко вверх. Одни капители украшали рисунки в виде цветов лотоса, другие были стилизованы под листья пальмы. Весь потолок и стены вокруг тоже были украшены и расписаны иероглифами.
 То, что мне уготован Египет, начала подозревать, как услышала имя Маат. Осталось понять, в каком времени нахожусь? А главное… В чьём теле?
  
Прижав к себе кошку, постаралась сместиться, так как поза была явно неудобной. Всё затекло и болело. Помню, что бывшая хозяйка «покинула его» после родов. Богиня упоминала, что та была высокопоставленной особой. Учитывая, в каком месте, напоминающем храм, я находилась, это уже не подвергается сомнению. Но где все? Она что, рожала в одиночестве?