Иллюзия страха (СИ)

Кирилл бросил взгляд на часы и это все заметили.
— Тогда, мы не будем вас задерживать, — все также спокойно проговорил Гессен-Штатский и озарил Кирилла милой улыбкой доброго дедушки. — Идите, господа, а мы переговорим с вашим начальством. Держите его в курсе, пожалуйста, а он будет держать в курсе нас.
Кирилл кивнул, захлопнул папку и, спустившись с трибуны, взглядом указал Ворону на выход. Иван, не теряя ни минуты последовал за другом и коллегой, и лишь когда они вдвоем оказались в лифте, решился заговорить:
— Демона звать будешь?
— Будем, — кивнул Кирилл.
— Будем? Издеваешься? Я его просил одну сраную консультацию, он меня по такому адресу послал, что даже Морозов заблудился бы!
Кирилл невольно улыбнулся. Морозова хотелось посылать всем и сразу еще со времён учебы. Этот заносчивый придурок никогда никому не нравился — кичился фамилией, богатством и силой. У Демона всего этого поболее будет, но он никогда ни на кого не смотрел свысока.
— Надо рискнуть.
— Ну удачи, — скривился Иван. — План расскажешь?
— По дороге в Еленовку обсудим. Если честно, не знаю за что хвататься, — признался он.
— Как за что? За Демона! Пусть в книжках своих покопается, авось, что дельное подскажет.
— Авось, но только после вскрытия и получения протоколов и записей. Мне нужно больше информации.
  
Глава 3
 
— Хорошая у тебя машина, — протянул Иван, развалившись на пассажирском сиденье. — Но у меня лучше.
— Завидую, аж сил нет, — процедил Кирилл. — Я ее купил после истории с Озерками, когда мы с Демоном на двух машинах трупы вывозили, пока местные менты не нагрянули. Решил, что мне нужнее вместительный багажник и высокая проходимость, чем выпендрёж.
— Ой-ой, — усмехнулся друг, — чего же тогда не Газель взял или УАЗик?
Кирилл только покачал головой, давая понять, что шутить не настроен. Его это убийство беспокоило. Ох, как беспокоило! Особенно теперь, когда за ними будет наблюдать все сообщество.
— Так план-то какой? — вывел его из раздумий Воронов.
— Пока никакого. Сейчас посмотрим, что нам скажут в Еленовке, потом в офис. На тебе камеры. Возьмешь Мишу в помощники. А я с Богдановым по допросам пробегусь.
— Эх, опять не спать! — с досадой произнес Иван. — А я с такой телкой познакомился! Там столько всякой херни в башке, и херня эта такая вку-у-усная.
— Придется тебе отложить свою телку.
— Да я так и понял.
Раздался звонок, и Кирилл нажал кнопку на встроенном в приборную панель экране.
— Кирилл Альбертович, это Эльнар Гасанович беспокоит, — проскрипел голос судмедэксперта, который никак не хотел уходить на пенсию. — Мы готовы к вскрытию, ждем только вас.
— Принял, буду через двадцать минут, — ответил Кирилл и тут же дал отбой.
Дальше до больницы ехали молча. Говорить совсем не хотелось. Еще в офисе наговорятся. Скорее всего придется там ночевать и не только сегодня.
Больница имени Елены Крыловой, в народе просто Еленовка расположилась в сосновом лесу на берегу реки в тридцати километрах от города. Созданная когда-то давно княгиней Еленой Крыловой, которая покинула этот мир в довольно преклонном возрасте, больница принимала не только «своих» пациентов, но и людей. Люди подпитывали своей болью и страхами больных собратьев, и те быстрее шли на поправку. Собственно, морг там тоже имелся, причем морг и лаборатории занимали целых два подземных этажа, скрытых подальше от людских глаз.
Белое здание, построенное ещё в восемнадцатом веке по указу княгини Крыловой, показалось между деревьев, когда они проехали пару километров вглубь леса от КПП. Территория больницы была действительно большой. Тут и там виднелись пруды, беседки и скамейки, ухоженные клумбы. Перед самим двухэтажным длинным зданием с широкой парадной лестницей и колоннадой обустроили вместительную гостевую парковку. Скорые сюда почти не приезжали, ибо больница была частным владением, до сих пор принадлежавшим потомкам Крыловой.
Кирилл припарковался, и они с Иваном поднялись по лестнице, где их уже ждала высокая стройная женщина лет сорока в медицинском халате. Сама Жанна Игоревна Прохорова, в девичестве Крылова, главный врач больницы, встречала их у дверей.
 
— Добрый день, — строго кивнула она. — Хотя, на мой взгляд, не очень.
Не дожидаясь ответа, женщина распахнула дверь, приглашая мужчин следовать за ней, и продолжила говорить на ходу, пока вела их на минус второй этаж:
— Я видела труп. Не представляю, кто мог такое сотворить. Впрочем, сами все увидите. Думаю, что на физическом уровне все то же самое, что мы увидели в проекции.
— Кто ещё будет присутствовать? — осведомился Кирилл.
Они уже преодолели лестницу и теперь шли по широкому коридору минус второго этажа.
— Эльнар Гасанович, вы, я и наш патологоанатом Сухой Геннадий Васильевич. Вы ведь с ним знакомы? — она обернулась на ходу и мужчины синхронно кивнули. — Отлично. Мы пришли.
Она распахнула двойные двери с табличкой, где строгими черными буквами было написано слово «Морг». Прошли приемник, где их заставили нацепить на себя халаты, шапочки, бахилы, перчатки и маски, и вошли в большое квадратное помещение.
Иван тут же застучал зубами. Под тонким халатом у него была одна футболка. Это Кирилл встал ни свет ни заря, когда на улице было прохладно, и нацепил на себя замшевую куртку. Он сочувственно посмотрел на друга и пожал плечами. Иван страдальчески зажмурился и махнул рукой, мол, ничего страшного, переживет.
Металлические столы были сдвинуты к левой стене, по правую руку располагался холодильник, разделенный на ячейки, а посреди зала стоял стол, но котором лежало тело. К столу были приставлены другие поменьше с инструментами и сверху всю эту композицию освещали яркие белые лампы.
У стола стояли двое мужчин: невысокий, жилистый, пожилой Эльнар Гасанович и его полная противоположность — высокий, плотный и широкий Сухой.
— Отлично! — прогремел Сухой, когда все собрались вокруг стола. — Можем начинать?
Жанна Игоревна ответила за всех и дала команду на старт.
Кирилл не хотел бы лишний раз общаться с этой властной стервой. Доводилось уже. Правда, тогда ругался с ней Демон. Демон же ее потом и трахнул в ее же кабинете. Стервозности ей это не убавило, но хоть работать не мешала.
Он тряхнул головой и, пока медики что-то между собой обсуждали, ещё раз осмотрел несчастную, такую молодую и красивую Викторию.
Реально красивая девочка с точеной фигуркой, но во что же превратилось ее тело… Серое, будто покрытое бетонной пылью, со множеством трещин, словно разбитая штукатурка. Веки так и не закрыли и вместо белков, радужки и зрачков их застила кровавая пелена, вроде и обычное дело, когда они питались, только тут она была застывшей, словно драгоценные камни.
Он глянул на Ивана. Тот стоял рядом, словно окаменев, и в глазах его читалось непонимание. Слышать об этом — одно, а видеть воочию — совсем другое.
Тем временем уже сделали разрезы и открыли грудную клетку. Даже Прохорова вскрикнула от неожиданности и тут же смущённо отступила в тень. Кирилл и Иван синхронно сделали шаг вперёд и замерли, рассматривая то место, где должна была находится сущность.
— Матерь божья… — протянул Эльнар Гасанович.
— Едрить твою налево, — подтвердил Сухой.
— А что это такое? — почесал затылок Иван и тут же поспешил отойти, зажав нос, ибо запах стал невыносим.
— Кто же его знает? Возьмём образец, — задумчиво ответил Сухой, а Эльнар Гасанович кивнул, подтверждая.
Там, где обычно у них располагалась сущность, внизу под сердцем, у трупа не было ничего, точнее было нечто. Нечто похожее на чёрную слизь, будто облепившую соседние органы. Словно внутри девушки разбили сосуд со смолой, и она забрызгала внутренности.
Кирилл уже бывал на вскрытиях. Даже у трупов сущность оставалась на месте. Сферический сгусток энергии, сосуд, питающий их, центр жизни, центр их силы. А тут…