Самая старая дева графства Коул (СИ)

— Что ты хотел мне сказать? – я решила не позволять ему довести воображение до нужного накала, чтобы не стать жертвой больного разума или местных правил.
— Ты отказала трём мужчинам, среди которых был близкий к герцогу человек. И теперь я должен решить твою судьбу. Две женщины в этом доме – непозволительная ошибка. Диана – приличная леди. Она моя жена и мать моих детей. Я обязан обезопасить её…
  
— Так что ты задумал? – недослушав его сиропные речи об этой истеричке, перебила я Даниэля.
— Как ты смеешь? Как ты смеешь перебивать мужчину? – он вскочил. И в тот же момент внутрь вошла Лизи с подносом.
Взбешённый хозяин дома локтем задел металлический поднос, который со звоном рухнул на каменный пол. К нему добавился звон битой посуды, и где-то над нашими головами в ту же секунду раздался плач младенца, а за ним завыл второй.
— Даниэль, прости, я… не хотела, - поняв, что с каждой секундой всё становится хуже и хуже, попыталась хоть как-то сгладить ситуацию.
Испуганная Лизи собирала с пола крупные осколки и, сделав всё, что могла, поспешила ретироваться.
— Я позволю тебе выбор, сестра, - отдышавшись, застегнув пиджак и вернув на лицо благочестивое выражение, тихо сказал Даниэль.
Краем глаза я заметила, что моя служанка вернулась и стояла сейчас за его спиной. Она замерла и свела брови в ожидании его решения.
— Ты выходишь за барона Слинери… - в этот момент Лизи так замотала головой, что я поняла: любой другой вариант будет более желателен, - …или переезжаешь к тётушке Лилит, - он замолчал. А Лизи за его спиной закивала в знак согласия. 
— Я должна обдумать твоё предложение, - тихо ответила я, надеясь на то, что Лизи как-то обоснует свои эмоции по отношению к этому неизвестному мне господину.
— Сейчас. Ты ответишь мне сейчас, Стефания. Или барон, - настойчиво крутящая со страшно выпученными глазами головой служанка. Словно поняла, что я не знаю никого из этих людей, и пыталась спасти меня от незавидной участи, - или тётка. В любом случае, я положу на твоё содержание необходимый минимум.
— Я согласна на тётку, - решив довериться Лизи, ответила я. Но счастья в ее глазах я не заметила.
— Ты уедешь завтра утром. А сегодня я сообщу ей о твоём решении. Она приготовит твою комнату, - брат, который должен был помочь, защитить, объяснить и поддержать, удовлетворённо выдохнул и быстро вышел из беседки. Лизи тенью прошла внутрь и, не поднимая на меня глаз, почти рухнула на краешек дивана. Плечи ее опустились, и мне казалось, девушка вот-вот заплачет.
— Ты же сама предпочла выбрать тётушку? – не понимая, спросила я.
— Это лучшее из двух зол. Но злом этот выбор быть не перестал, - бесцветно ответила Лизи.
— Ты поедешь со мной? – уточнила на всякий случай я.
— Я никуда от вас не денусь до самой вашей смерти, леди Стефания, - обречённо ответила служанка.
— И тебя это явно не радует, - заметила я.
— Вы могли быть графиней, если бы выбрали графа Коула в пятнадцать. Сейчас у вас была бы уже свора ребятишек, мы жили бы в замке на вершине, а по утрам все леди графства мечтали бы оказаться на вашем завтраке, - всё так же бесцветно произнесла Лизи.
«Неужели я сама в пятнадцать лет отказала жениху? Но ведь мать ещё была жива…», - задала я вопрос куда-то внутрь себя.
— Я не могла ничего изменить, - произнесла я фразу, благодаря которой Лизи могла бы рассказать чуть больше.
— Ваша матушка испортила жизнь и себе, и вам, - подтвердила мои догадки служанка. Но потом тяжело вздохнула и как будто заставила себя ожить, смирившись со случившимся. - Я должна начинать сборы. На это уйдет весь сегодняшний день и, скорее всего, ночь, - она поднялась, поклонилась и вышла.
Я не предложила свою помощь, потому что у меня было слишком мало времени на то, чтобы успеть разведать хоть что-то ещё.
Обойдя особняк по саду, я вновь нашла сходство с виденными мною виллами подобного плана. Естественно, в кино. Это могла быть Куба, Испания, Италия. Все здесь дышало конкистадорским шиком: временем, когда признание короля приходило с несметными богатствами, принесенными в казну.
Но я никогда не слышала такого названия, как Берлистон. Конечно, я могла попросту и не знать его. Но что-то мне подсказывало, что вся эта история с герцогами, графами и, конечно, королём подразумевает наличие и королевства. Узнай я, о каком королевстве идёт речь, всё подтвердится, и я преспокойно узнаю место, куда меня занесло.
Но вторая часть сознания, словно хитрый шулер, вынимал и вынимал из рукава карту с датами, между которыми теплилась жизнь матери Стефании.
По-южному белоснежные стены виллы романтично шептали о близости моря, где в гавани могут стоять великолепные корабли, а на побережье снуют нетрезвые матросы, грузчики, переносящие привезенный из далёких стран или же отнятый в боях драгоценный груз.
Мне хотелось выйти за ограду поместья, столбы которой были украшены фигурками ангелочков или похожих на них созданий.
Если прислушаться, на улице за трехметровой стеной кипела жизнь. И я отправилась искать ворота, чтобы хоть одним глазком увидеть мир за границами этого дома. Дома, который я скоро покину. А что меня ждёт за его пределами, мне только-только предстоит узнать.
  
Глава 7
 
Поскольку ходить я умею почти неслышно, плавно и можно даже подумать, чуть касаясь земли подошвами, этот диалог я услышала издали. Ровно там, где и были высокие, искусно сделанные кованые ворота. Замерев под раскидистой плакучей ивой возле малюсенького, явно рукотворного пруда, прислушалась.
— … к этой старой ведьме… навсегда! – шептал женский немолодой голос, обладательницу которого я не могла рассмотреть из-за живой изгороди.
— Боги! Бедная леди Стефания, наша несчастная птичка даже не представляет, что её ждёт, - второй, более молодой голос совершенно искренне выражал жалость. И обращена она была на меня.
— Все слуги так её боятся, что не смеют ни с кем разговаривать, - осторожно добавила первая, но потом моментально шикнула, видимо, услышав меня или кого-то, кто приближался к ним.
Жалости к себе я не испытывала. То ли потому, что этот вариант продолжения жизни всё равно был лучше, чем оказаться в каком-нибудь явно гарантированном мне аду, то ли потому, что я не знала ещё, на что согласилась.
«Она просто старая женщина и, судя по всему, моложе той, настоящей меня, прожившей очень длинную жизнь и точно знающей, как со стариками нужно обращаться.», - подумала я, хмыкнув, и аккуратно пошла назад.
На ужин меня пригласила Лизи. К этому времени я уже вернулась в комнату, которая напоминала гримерку как минимум пяти актрис: платья, чулки, коробки со шляпками были рассредоточены по всем поверхностям, куда что-либо можно было положить или повесить.
Служанка в какой-то момент, словно действуя по указке только ею слышимого звоночка, вдруг оставила тряпки и вышла. Вернулась она с улыбкой и словами:
— Леди Диана ждет вас за семейным ужином.
— Ну, ты же проводишь меня? – уточнила я, понимая, что ничего хорошего от этого ужина ждать не следует.
— Конечно. Но потом я оставлю вас там, чтобы успеть все сложить, - она окинула взглядом мою комнату.
Я осмотрелась, понимая, что комната эта мне нравится. Нет, даже не просто нравится, моё сердце трепетало от мысли, что я уеду из этого светлого и уютного гнездышка, так и не пожив здесь. А потом вспомнила великолепный сад, и мне стало еще грустнее.
Ужин проходил в большом зале. Там же, где я утром застала Диану с подругами за завтраком. За полупустым столом уже сидели хозяева дома. Я постаралась не встречаться взглядом ни с одним из них. Когда Лизи помогла мне усесться за стол, отметила краем глаза, что в руках моего брата и снохи вилки, и тоже взяла прибор.
  
На тарелке передо мной лежала куриная ножка, несколько кусочков овощей и тонкий, почти прозрачный кусочек белого хлеба.
— Надеюсь, леди, что были у меня на завтраке, снова вернутся в мой дом, - специально с нажимом на «мой» непонятно кому сообщила Диана.