Маньякой (СИ)

- Через две минуты он потеряет канал, – сказала она. – Потом – глушение квартала. Минуты три, не больше. Успеем?
Едрить колотить, она уже даже его возможности знает. Или потому и прихватизировала….
- Куда? – удивился он.
- К тебе домой, естественно.
Едва не рассмеялся. Но в её глазах – ничего флиртующего. Только хищный, собранный блеск.
- Тогда побежали, – сказал ей. – Если ты правда хочешь увидеть, как живёт настоящий маньяк. – И рассмеялся.
  
Они нырнули в переулок. Шум города остался позади. И за ними – ещё один взгляд. С крыши старого техцентра. Силуэт сделал пометку в шлеме и передал координаты.
- Объект "Маньякой" движется по маршруту вне привычного маршрута. С ним неизвестная. Спектр энергетических полей нестабилен. Ожидаю инструкций.
Ответа сразу не последовало.
Но сверху кто-то уже активировал другой наблюдательный канал с высотного дрона, существовавший специально для чувствительных.
***
Узел 7. Внутри платформы. Серверный отсек третьего уровня.
Шум кондиционеров, разнотонное жужжание стабилизаторов, щелчки импульсных реле. Пахнет озоном, пылью и полимером, который не трогали лет пять. Над рабочим столом завис голографический снимок: шар. Он распахнут – внутренности аккуратно вынуты, словно хирург вырезал опухоль. Рядом на столе лежат: отвёртка, плоскогубцы, и… всё. Больше ничего. Ни следа магии. Никаких артефактов.
Седой инженер, худой, как антресольный шкаф, трясёт пальцем перед лицом оперативника.
- Вы мне объясните, – его голос дрожит не от страха, а от праведного технического бешенства. – Как он это сделал?! Этот шар собирали пять магистров, используя шепчущую глину, три вливания энергии и закрытие арканическим узлом третьего порядка! И теперь – какой-то шустрик с отвёрткой его вскрывает, как консерву?!
С другой стороны стола женщина в форме. На нашивке: "Оперативный анализ. Уровень допуска: Чёрный 2". Она смотрит холодно. За её спиной – стекло, из-за стекла наблюдают другие. Не вмешиваются. Пока.
- Мы хотим услышать вашу гипотезу, – говорит она спокойно. – Он не использовал магию. Не вызвал энергофон. Не нарушил изоляцию. Сигнал тревоги не сработал. Повторяю – не. сра.бо.тал. Никакого входа в сеть. Ни касания, ни вскрытия.
Инженер оседает на край стола.
- Потому что шар не вскрывали, – бормочет он. – Его понимали. Понимаете?! Он не открыл его – он понял, как он устроен. Как будто видел его схему у себя в голове. А схема…, – он делает круг пальцем над голограммой. – …никогда не была нарисована. Никогда!
Он поворачивается к ней, глаза блестят.
- А теперь скажите мне, капитан, как можно понять то, что забыли даже те, кто создал это?!
Немая пауза.
- Он не мог. По-вашему, он… – женщина чуть меняет интонацию. – …сверх?
- Не так. Он не сверх. Если бы им был, то это бы обнаружил сканер на входе любого магазина. Не в привычном смысле. Он не усилил себя. Он не прорвался через барьер. Он… как будто… починил само знание об этой штуке, – голос его стал почти шёпотом. – Восстановил то, что было утрачено. Без источника. Без доступа. Без ритуала. Вообще, чёрте как! – последнее прокричал почти истерично.
Она молчит. А что тут говорить?
Инженер бросает взгляд на лежащую рядом отвёртку, словно это святыня. Или нож, которым кто-то вырезал по венам арканический контур.
- Я изучал этот шар десять лет. Мы пытались снять хотя бы намёк на состав внутренней подвески. И всё, чего мы добились – это двух обожжённых техников и пятен крови, которые до сих пор светятся под ультрафиолетом.
Он резко выпрямляется.
- А теперь этот парень – кто он вообще, студент? – заходит, морщится, говорит: "Ну да, тут защёлка тугая, но если поддеть с другой стороны – пойдёт" – и оно идёт!
Из-за стекла доносится сухой голос. Один из аналитиков, не оборачиваясь:
- Подайте видеозапись. Замедленно. Без магфильтра.
На центральном экране загорается фрагмент. Костас. Спокойное лицо. Немного растерянный. Он подходит к шару, трогает его. Пальцы нащупывают кромку. Он вслушивается – буквально вслушивается – как в музыку. Внутри шара проявляется слабо-зелёная сетка – как эхо структуры. Но это не магия.
- Он что, слышал её? – спрашивает кто-то.
Женщина отвечает первой:
- Нет. Но, скорее всего, вспомнил то, чего никогда не знал.
***
Офис ФБР, Центр наблюдения за магически активными субъектами. Конференц-зал.
- Так кто мне, наконец, скажет, **что за девушка была с Трешем**? – раздражённо бросил мужчина в синем костюме, явно из среднего звена.
- Она вышла с ним из мастерской.
- Отлично. А откуда она туда пришла?
Тишина в зале висела тяжело, как гроза. На экранах по-прежнему крутились записи уличных камер, кадры аэротакси, видео с мастерской. Снова и снова. Треш и она. Девушка.
- Пропустила все камеры, – наконец отозвалась девушка из третьей секции наблюдения. Голос у неё был сухой, как бумага. – Ни один внешний сенсор не зафиксировал момент её появления. Она просто… была уже там. На записи мастерская пуста. Потом он выходит, и она выходит с ним. Всё.
- Повтори фрагмент. С замедлением. – Меррил не повысил голос, но все снова повернулись к экранам.
Запись включилась. Дверь мастерской – глухо металлическая, ржавая по краям. Выходит Треш. Капюшон, затенённое лицо, походка лениво-усталая. Следом – она.
Оперативник в очках листает ленту наблюдения.
- До этого момента она на улицах не засвечена. Ни в одном секторе. Ни одна камера не поймала момент приближения. Она просто... появилась.
- Телепорт? – хмыкает Меррил. – На территории под наблюдением?
- Не похоже. Нет маг-эха. Ни телепортного скачка, ни эффекта давления воздуха. Даже тепловой след не скачет.
- Тогда как?
Слово берёт аналитик из сектора "Протокол 9", худой как проволока, в сером костюме, с лицом, будто его изначально делали без эмоций, но потом пожалели и добавили одну-две.
- Она была там. До того, как мы начали смотреть.
Меррил резко поворачивается.
- Повтори.
- Возможно, она находилась внутри. Или в соседнем здании. Но скорее – маскировка. Не цифровая. Психомагическая. Визуальное подавление присутствия.
На экране вспыхивает отдельный кадр. Freeze-frame. Глаза девушки повёрнуты на камеру. Прямой взгляд. В лицо. Точнее – в наблюдателя.
- Она знала, что за ней смотрят, – говорит кто-то.
- Она позволила нам это увидеть, – добавляет аналитик. – Нарочно.
Тишина. И снова наступила пауза. Долго никто не говорил. Кто-то сглотнул.
- Есть ID? – спрашивает Меррил. – Распознавание лица, голос, походка, по структуре позвоночника?
- Ничего. Ни в гражданских базах, ни в агентурных. Ни в списках сверхов. Ни в корпоративных досье. Чисто.
- Или очищено.
Он уходит в себя на пару секунд, прищёлкивает пальцами, а потом бросает:
- Голос?
- Есть фрагмент. – Девушка из третьей секции нажала на клавишу.
Из колонок раздался голос – мягкий, тихий, но холодный, как лёд под бархатом:
- Ты опять всё забрал себе.
- Ты точно уверен, что не хочешь показать мне, что внутри?
Кто-то переместился в кресле. Один из аналитиков поморщился.
- Она говорит с ним так, будто хорошо знает его. Не просто знает – а знает больше, чем знаем мы.
- Она с ним на равных, – тихо проговорила кто-то у правой стены. – Это видно. Она не охрана, не сопровождающая. Это связь. Иная. Химия, поведение. Он реагирует на неё, как на опасность и на утешение одновременно.
  
- И не боится её. Хотя должен был бы, – добавил техник. – После того, что мы увидели на кадрах с платформы.
- Напомните, – небрежно бросил Меррил. – Она была в Узле семь?
- В самой гуще боя, – подтвердила девушка из третьей секции. – Эта вошла внутрь вместе с Трешем. Судя по камерам, нанесла смертельный удар. Металлические панели пробиты – телом, предположительно, её. На выходе – мелкие царапины. И всё это без оружия. Напомню, сущность должны были уничтожить трое далеко не слабых сверха. А тут даже без спецэффектов. Будто, какому-то гопнику в подворотне шею свернул спецназовец.