Хозяйка приюта, или Я не твоя жена, дракон! (СИ)

— Осторожно! — тут же переключилась я на более насущные вопросы. 
— Так, леди… — забормотал Юджин, стремительно заливаясь краской. 
— Просто не опускай руки, — посоветовала я, бросив на него убийственный взгляд. 
И почему это я так разнервничалась? Ну уронит он генерала, мне-то что? Я его вообще едва не убила. 
Ох! 
— Сейчас мы его подлатаем, — проговорил Аб, — раны промоем, перевяжем, кость на место вернем… А потом он очнется — мало ли. Вдруг и подбросит приюту пару монет в благодарность, у тебя же деньги не лишние? Вот и я так думаю. Может, все только к лучшему. Ну, кладем! 
  
За разговорами я едва заметила, что мы уже оказались у моей кровати. 
Слишком уж сильно меня занимал вопрос: что будет, когда генерал Реннер проснется? 
И, может, правда стоило его убить?..  
  
Глава 20
 
Как я смогу защитить детей, когда… когда он придет в себя? 
Запястье, то самое, где красовалась метка, горело огнем уже так давно и так сильно, что я перестала обращать на это внимание. 
Я бросила нерешительный взгляд на Аба. 
Как-то неудобно говорить доктору, что я зря его позвала и вообще — может, прокрутим фарш назад?.. Оставим, где взяли, а там оно само как-нибудь... 
— Кладем! — скомандовал Аб и, когда Юджин уже собрался разжимать руки, взвыл: — Да на кровать, не на пол! 
Все-таки Юджин был моим союзником. 
Дальше все завертелось быстро, как в калейдоскопе. Аб принялся доставать из саквояжа бинты, пузырьки с настойками и устрашающего вида металлические приспособления. Потребовал горячую воду, ветошь и что-нибудь алкогольное. 
— Бражка у тебя есть? — нетерпеливо повторил он. 
— Зачем? Чтобы раны обработать? Но… 
— Раны я найду, чем обработать, это для храбрости. 
Я посмотрела на бледное покрытое испариной лицо генерала Реннера. 
— Но ведь он без сознания. 
— Мне для храбрости! — рявкнул он. 
— Аб! Дети же увидят! 
— А ты не зови их сюда! — предложил Аб и закатил глаза. — Ну что? Что ты так на меня смотришь, я в жизни драконов не лечил. Вдруг что-то пойдет не так? Он же меня сожжет. Это же… и одежда на нем не простая — хотя разве на драконе может быть простая одежда? Ох… 
— Юджин, сбегай вниз и попроси няню Урсулу нагреть воды. 
А я пойду отыщу какой-нибудь старый пододеяльник. И выброшусь из окна от безысходности. И еще кое-кого из окна выброшу. 
— А бражка? — недовольно спросил Аб, когда я вернулась. 
— Аб… — укорила я. — Ты правда думаешь, что я бы стала тратить деньги на бражку, когда у нас крыша вот-вот начнет течь и дети только-только есть начали нормально? 
Аб смутился. 
— Ну что, ну что ты на меня так смотришь? Ну пошутил я. Давай сюда ветошь, или ты хочешь, чтобы я тебе тут все кровью заляпал? Эх… — Он повернулся к кровати. — Ну, дражайший, посмотрим на вас… 
Я воспользовалась поводом сбежать из комнаты и успела услышать только тихий приглушенный стон генерала Реннера, от которого внутри все перевернулось. 
Проследив, чтобы Юджин принес горячей воды, я принялась мерить шагами коридор у двери в мою спальню. Звон, какие-то странные чавкающие звуки, ругань Аба и редкие стоны, доносящиеся из комнаты, заставляли меня вздрагивать. 
Примерно на сотом забеге под названием “вперед-назад”, я наконец подняла взгляд от пола и увидела, что на лестнице стоят дети. Берт, Бетти, которые держала на руках Лили (вот просила же ее так не делать, малышка уже слишком тяжеленькая), Дерек с босой правой лапкой, Софи со сжавшимися крыльями — верный признак испуга. 
— Что случилось? — настороженно спросила я. 
Миллиард вариантов! Что-то разбили, куда-то влезли, кто-то сбежал или… 
Дети переглянулись. 
— Бетти, отпусти Лили, пожалуйста, — попросила я и присела перед ними, подойдя ближе. — Ну? Что случилось? 
— Су-и-лось! — гордо сказала Лили, когда Бетти спустила ее на пол. 
— А кто этот дядя? — насупившись, спросил Дерек. 
— Он… — Хм, врать детям нехорошо, а не врать — еще хуже. Полуправда — это наш путь! — Он ранен, я позвала Аба, чтобы он ему помог. 
— Он нас отсюда заберет? — спросил Берт. 
— Что? С чего ты взял? 
— А зачем ему сюда прилетать еще? 
— Долорес говорила, что если мы будем плохо себя вести, нас отсюда заберут, — пробормотала Бетти. — И отправят на каменоломни… А я вчера варенье из буфета украла, но совсем чуть-чуть, и это Дерек предложил… 
— Я не предлагал! 
Я не знала, смеяться мне или плакать. 
— Никто вас отсюда не заберет, — пообещала я. 
И замолчала. 
— Значит, заберут тебя? — прищурился Берт. 
Черт! Этот ребенок иногда бывает слишком проницательным. Я знала, что дети, которые растут не в самых благополучных условиях, иногда напоминают невероятно четкие радары, которые по малейшему жесту могут угадать настроение того, от кого зависят. 
И вот сейчас… конечно, они не могли заметить, что я сама не своя, а Берт еще и умудрился посмотреть в самый корень проблемы. 
И что сказать? 
Что меня не заберут от них? 
А как я могу это гарантировать? Я мало что знала о генерале Реннере, но он, на минуточку, генерал. Одно это прозрачно намекало на то, что, если он захочет меня куда-то забрать — то заберет. 
Хуже всего, что я была совершенно несвободным человеком в этом мире. За время, проведенное в Брайтмуре, я осторожно расспроила Аба о здешних законах. Новости были неутешительными: за покушение на чью-то жизнь легко можно было отправиться в тюрьму, а то и на виселицу. 
В этом генерал Реннер мне не врал. 
Так что, будучи в теле Ивари, я фактически находилась в теле беглой преступницы. 
Еще и эта метка… 
Дети смотрели на меня, ожидая ответа, и чем дольше я молчала, тем хуже становилась ситуация. Даже всегда веселый Дерек выглядел так, как будто вот-вот заплачет. 
— Я по доброй воле никуда от вас не уйду. Вы мои дети. И мне нужна ваша помощь. Соберете мяты во дворе? Сделаем отвар. И, Бетти, может, проверишь малинник за домом? Вдруг там остались ягоды, няня Урсула сказала, что умеет делать с ними пирожки. Дерек… 
Малышам придумать задание оказалось сложнее всего — но занять их было необходимо. В конце концов наказав им найти Юджина и вместе с ним вытереть пыль с полов и стен в дальней комнате (любой, надеюсь, Юджин сообразит), я встала. 
В этот момент из спальни раздался гневный окрик. 
— Иви! Иди сюда, где ты ходишь! 
— Поможете мне? — обвела я взглядом детей. — Я на вас рассчитываю. И попросите у няни Урсулы нагреть нам чаю. Иду, Аб! 
Войдя в спальню, я остолбенела. Все в крови. Испачканные красным тряпки, мутная вода в тазу, белый халат Аба, который он неизвестно когда успел надеть… 
— Иви, не стой! — прикрикнул он. — Мне нужна твоя помощь. 
— Что? Какая? 
Аб вздохнул, вытирая руки. Я перевела взгляд на генерала Реннера. На ранах красовались аккуратные повязки, зато из одежды на нем осталось только белье. Что ж, вот я и познакомилась с тем, как выглядит взрослое мужское белье в этом мире. Почти как и в нашем, только из обычной хлопковой ткани и вместо резинки — завязки. Может, на ком-то другом это бы и смотрелось смешно, но у генерала Реннера, оказывается, была фигура, как у фитнес-модели, так что на нем… все было очень красиво. Я прочертила взглядом кубики пресса, косые мышцы живота, рельефные мышцы бедер и голеней. Кожа была смуглой, как будто тронутой солнцем. 
И все бы хорошо, но генерал Реннер метался по кровати, как будто ему снился дурной сон или как будто ему было очень больно. 
— Вот такая, — кивнул Аб. — Раны я ему перевязал и обработал, микстуры оставил, потом расскажу, как пользоваться. А тут уж… побудь рядом, он как будто успокаивается, когда ты близко. Вот, и я о том же. 
Я сама не заметила, как подошла к кровати и дотронулась до его плеча. Стоило мне сообразить, что сказал Аб, как я тут же одернула руку.