Хозяйка приюта, или Я не твоя жена, дракон! (СИ)

Как и всегда, когда я наведывалась на городской рынок, на меня пялились и за моей спиной шушукались. Но Аба это, кажется, ничуть не смущало. Он приподнял шляпу-котелок и отвесил мне шутливый поклон. 
— Зачем вы меня искали? 
С Абом, доктором Дженкинсом, у нас сложились прекрасные отношения, но сейчас мне почему-то стало не по себе. Интуиция? 
— Как — зачем? Вы здесь уже почти месяц, а до сих пор не зашли к мэру познакомиться. Как-то невежливо. 
  
— Я не… вы знаете, я тороплюсь! — выпалила я. — Мне нужно… 
Я потрясла в воздухе саженцем сирени. Очень нужно! А знакомство с мэром — подождет. 
— Это не отнимет много времени, он как раз здесь! Идемте! 
Аб подхватил меня под руку и потащил вперед, сквозь толпу. Вот ведь силищи! А еще старик! И доктор! Ну и где сострадание? 
— Что вы делаете? — прошипела я. 
— Мэр Освальд уже начинает что-то подозревать, — процедил в ответ Аб, наклонившись к моему уху. — Скоро сам к вам нагрянет, вы бы слышали, что про вас в городе судачат. Оно вам надо? Покажитесь сейчас — и дело с концом. Мэр Освальд! 
За разговором я не заметила, как мы, перейдя наполненную людьми улицу, которая по выходным превращалась в рынок, подошли к высокому каменному зданию с колоннами. Подняв взгляд, я с трудом прочитала табличку справа от добротной двери из темного дерева — “Банк”. 
На крыльце стоял грузный мужчина в черном костюме, шляпе и до блеска начищенных туфлях. Он рылся в карманах, держа на весу трость. Рядом с ним стояла высокая и тощая женщина в розовом платье, отдаленно напоминающем столичные наряды. Лицо ее было кислым, как будто она съела лимон. 
— Мэр Освальд! — обрадовался Аб. — А мы-то как раз вас искали. 
Грузный мужчина обернулся и уставился на нас из-под кустистых бровей. На его лице отразилось непонимание. 
— Это Иви Хантер! — представил меня Аб, вытолкнув вперед. — Новая управляющая приютом. 
Вот предатель! 
Я стояла, ни жива ни мертва. 
— А… — медленно произнес мэр Освальд. — Так вот вы какая, Иви Хантер. И что ж вы так с Долорес обошлись? Такая хорошая девочка, всегда мог на нее рассчитывать. Что ж ты ее выгнала? 
Темные глаза мэра Освальда тут же показались мне поросячьими глазками, а его лицо — блестящим от пота, как намасленный блин. 
— Мы с ней… — Я откашлялась. — Не сошлись во мнениях, мэр Освальд. Я уже нашла нового воспитателя, сэр. Он отлично справляется. 
Аб, который был в курсе, в каких мнениях мы не сошлись, хмыкнул. Мэр Освальд, ощупав меня взглядом, проговорил: 
— Во-о-от как? А эта новая воспитательница такая же хорошенькая, как вы? 
Он потянулся, чтобы в знак приветствия поцеловать мне руку. Я едва справилась с собой, чтобы ее не отдернуть. Стоящая позади мэра Освальда женщина скривилась. Это его жена? Должно быть. 
— Нам пора идти, Освальд, — уронила она. — Ты же помнишь, что у нас встреча назначена на два? Банкир Григ уже десять минут как ждет. 
— Подождет, — отмахнулся мэр Освальд, продолжая меня разглядывать. 
Я трижды успела пожалеть о том, что надела сегодня более-менее приличное платье и распустила волосы. Но иногда так хотелось быть красивой! 
— Смысл быть мэром, если меня даже банкир не может подождать, правда же? — захохотав, мэр Освальд подмигнул мне и снова потянулся к моей руке. Снова приложился к ней губами. — Зайдите ко мне в кабинет завтра часа в два, Иви Хантер. Вдруг я смогу чем-то помочь вашему приюту. Обсудим это… детальнее. Ближе.
Он продолжал сжимать мою руку, и я с трудом ее вырвала. “Ближе”? “Детальнее”? Это то о чем я подумала? И жена это спокойно терпит? Судя по ее лицу, терпела она это далеко не спокойно. Но терпела. 
— До завтра, Иви, — подмигнул мне мэр Освальд и отвернулся. 
— Мэр Освальд! Вообще-то у меня в самом деле есть вопрос. 
— Вот как? Завтра… 
— Мэр Освальд, перечисляет ли приюту содержание некий генерал Реннер? Это муж хозяйки приюта, Ивари Хант. 
Грузная фигура мэра вздрогнула. Он оглянулся на меня. 
— Содержание? Впервые слышу, — не моргнув глазом соврал он. — Но, если приюту не хватает того, что выделяет корона и нужны дополнительные средства — зайдите, обсудим. 
По его улыбке стало ясно, какое именно “обсуждение” он имел в виду. У меня было такое ощущение, как будто на меня вылили ушат помоев. Я даже не знала, что сказать, только вытирала ладонь о юбку, желая стереть прикосновение потных рук и слюнявых губ. 
Мэр Освальд с супругой скрылись за дверью банка, а меня все еще потряхивало. 
— Он ворует! — прошипела я. — Ворует деньги у детей! Я так и… 
— Тс-с-с! — зашипел Аб, хватая меня за плечо и уводя подальше. — Тише, Иви, есть люди, которым не стоит переходить дорогу. 
— Но… 
— Тише, я сказал! Иви, ну не будь ты дурочкой! Хочешь закуситься с мэром Освальдом? Тебе разве нечего скрывать самой? 
Похолодев, я вскинула взгляд на Аба. Он качнул головой. 
— Не бойся, мне твои секреты без надобности. Просто предупреждаю — не связывайся с ним. И завтра сходи обязательно. Поласковее будь. 
— Поласковее? Да он… 
В этот момент я поймала заинтересованный взгляд какой-то женщины и прикусила язык. Аб проводил меня до приюта и заодно зашел проверить крылья Софи. 
О том, как быть завтра, мы так ничего и не придумали. Не надо было быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться о том, на что намекает мэр Освальд. Вопрос — смогу ли я получить у него деньги, которые причитаются приюту от короны, без того, чего он хочет от симпатичной Иви? 
Аб в ответ на мои вопросы хранил молчание. 
— А можно забрать деньги у кого-то другого? — спросила я. — У городского совета? 
Он качнул головой. 
— Ими распоряжается мэр. Ты, может… Оденься похуже как-то? — неуверенно предложил Аб. — Ну, или хоть… хотя ты все равно красивая. Как ни одень! Но может... волосы собери? 
Я так и не придумала, что мне делать. Оставалось только идти к мэру Освальду и… решать по обстоятельствам. Спать я с ним уж точно не собиралась! Пусть только попробует руки распускать! Но плана, как этого избежать и получить причитающиеся деньги, у меня не было. 
Ночью разразилась гроза, да такая лютая, что я боялась, как бы крышу не снесло. Дети тоже боялись — так что мы все сидели в детской, играя и болтая при свете керосиновых ламп. 
В раскатах грома мне слышался то рык, то грохот, не похожий на грозу, то во вспышках молнии виделись всполохи пламени. 
— Великие драконы дерутся, — сказала няня Урсула. — Так всегда про грозу говорят. 
Метка горела огнем. 
Я то и дело подходила к окну, вздрагивая от неясного беспокойства и одергивала себя. 
Нет там в небе никаких силуэтов драконов! Это только тучи! А генерал Реннер не идет из головы, потому что я дурочка! 
К утру все успокоилось, хотя я глаз не могла сомкнуть. Мы с детьми собирались пойти за ягодами, но соваться в лес после такого дождя было бы глупостью, так что я просто разрешила им побегать у особняка босиком: было достаточно тепло. А некоторые даже смогли полетать. 
Сама я сидела на крыльце, сходя с ума от непонятного беспокойства. Все внутри тянуло и болело, метка как будто горела прямо на моей руке. 
Что происходит? 
— Иви! Иви! — с криками бросился ко мне Дерек, прихрамывая на одну не до конца обратившуюся ногу-лапку. — Иви! 
— Закутайся в одеяло, — привычно скомандовала я, протягивая ему плед. — Неприлично бегать голышом. Где твоя одежда? 
— Там! Там! Там человек! 
Что? 
— Пойдем! 
Дерек, схватив меня за руку, потащил вперед — я едва успела накинуть ему на плечи плед. 
Остальные дети собрались у покосившейся металлической изгороди рассматривали что-то, лежащее на траве. Рядом стоял Юджин. 
— Леди! — воскликнул он, обернувшись. Лицо его было бледным. — Леди, тут! 
Сходя с ума от нехороших предчувствий, я подошла ближе и с криком отшатнулась. 
В мокрой высокой траве лежал генерал Реннер. Костюм был изодран в клочья, на лице и на груди — глубокие царапины, кровь на ткани. Темные волосы окружали голову, как ореол, высокий лоб был открыт. Лицо было спокойным, глаза — закрытыми.