Тайные поручения (СИ)

Вообще, ее тайник — это не вся теплица, а только пространство на столах. Если там появляется или исчезает что-то небольшое, Травница даже не понимает этого. Пример с фото, которое забрали, — был довольно ярок. Чтобы рубежница почувствовала изменения, нужен предмет повесомее, как та же лейка. Она сразу поняла, что зеленицы оставили ей послание.
Что тут скажешь — я угадал. Потому что прошло совсем немного времени и рука появилась снова. Она не только вернула лейку, но и уронила на стол записку, к которой Лаймовый чуть ли не побежал. А когда развернул ее, то улыбнулся.
— Он! Я же говорил, что он!
— Теперь меня ножницами убивать не будете? — поинтересовался я.
— Ножницами, наверное, не будем, — отозвался Фисташковый.
— Да ничем не будем! — решительно ответил Ядовито-зеленый. — Здравствуйте, Матвей. От имени Владетельницы Инги и от нас всех позвольте поприветствовать вас в Санкт-Петербурге! Ну и в тепличке!
  
Глава 3
 
Мне всегда казалось, что после слов «добро пожаловать» начинается что-то приятное. К примеру, тебя впускают в квартиру, где с кухни доносится запах ароматного курника. Или на работе сразу наливают чай, достают из шкафа дешевые пряники и коробку конфет, оставшуюся с праздников. Ну, или на крайний случай, с хлопком открывается бутылка с шампанским и пенный напиток разливается по фужерам.
Нынешнее «добро пожаловать» заключалось в том, что зеленицы перетащили меня ближе к столу, облокотив на одну из стен, да прикрыли «срам», как выразился Травянистый. Двигаться я по-прежнему не мог. Секатор, лежащий в углу, не взяли — и на том спасибо.
— Может, вы меня расколдуете? — поинтересовался я. — У меня вообще-то нос чешется.
— А зачем? — искренне удивился Фисташковый.
— Расколдовывать мы тебя не будем, — решительно подошел Лаймовый и стал тереть кончик носа. — Здесь? Ну вот, видишь, одной проблемой меньше. Главное, чтобы больше ничего другое не зачесалось, — он со страхом скосил глаза на прореху в джинсах. — А над печатями только Владетельница власть имеет.
— Так отнесите меня наружу, где печати не работают.
— Нельзя! — отрезал Ядовито-зеленый. — Там нас заметить или услышать могут. А здесь ты под защитой Владетельницы.
Такая себе защита, конечно, если ты не можешь пошевелиться. Лично мне очень не нравилось. Единственный вариант поскорее убраться отсюда — разобраться в чем дело. Поэтому я решил выведать у зелениц, в чем у них заключаются их трудности.
— Смотри в чем проблема, — стал объяснять Лаймовый. — Мы в Петербурге всегда работали с дивьими людьми. Они к травам и прочим растениям особое отношение имеют. Характер у них сложный, но ежели с ними общий язык найдешь, то все отлично будет.
— И что же случилось?
— Перестали товары нам поставлять. У нас с ними бартер был. Мы им либо деньги, либо травки лечебные, ну и прочее. У Владетельницы много чего имеется. Они же нам взамен другие травки…
Лаймовый запнулся, да и остальные зеленицы как-то смутились. Будто в их действиях было что-то противозаконное.
— Какие травки? — ухватился за это я.
— Я не уверен, что мы можем это говорить, — отозвался Фисташковый.
— Так, слушайте, меня Инга сама сюда отправила. У нас с ней друг от друга секретов нет. Поэтому либо вы мне рассказываете, либо я ухожу.
Блефовал, конечно. И не столько в том, что мы с Травницей лучшие друзья. Все-таки наше замирение можно притянуть за уши, как доброе приятельство. Ну ладно, не доброе и не приятельство, но все же. Соврал я в том, что сейчас психану и уйду. Я в знак протеста мог разве что под себя сходить. Хотя сомневаюсь, что это будет выглядеть устрашающе. Учитывая, что и джинсы порваны в самом бесстыдном месте.
Однако на зелениц, точнее на основной их состав, который и принимал решение, угроза подействовала. Несмотря на вялые и испуганные протесты Фисташкового, Лаймовый, Салатовый и Ядовито-зеленый вынесли свой веский вердикт — рассказать. Травянистый за все время обсуждения не произнес ни слова. И вообще глядел на это все с глазами задолбавшегося от жизни товарища.
 
— Травки они нам поставляют редкие, — начал Лаймовый. — Острогорст, Чернодым, Буровест, Шикалку, Тиранью Ядовитую.
Что-то из этого я точно встречал, когда рылся в книгах нашей выборгской клети. Потому мог с уверенностью сказать — растения редкие. И используются не для приготовления ароматного супа или какого-нибудь приворота.
— Всякое, что Владетельнице с хистом может помочь, — закончил Лаймовый.
Вообще, он был находкой для шпиона. Мог говорить на любую тему. И не всегда это оказывалось оправданно. Вот именно сейчас последние его слова встретил испуганный взгляд Фисташкового и жесткий подзатыльник от Ядовито-зеленого.
Так, давай, Мотя, думай. Попытка только одна. Либо ты сейчас попадаешь пальцем в ж… небо и разгадываешь один из главных секретов Инги, либо будешь курить бамбук. Поэтому я покивал головой, тем временем судорожно соображая. И выбрал самый жесткий из вариантов.
— Да, помню, Инга говорила, что ей нужны особые травы, с помощью которых она может убивать людей.
— Отравлять, — поправил меня Лаймовый, показывая Ядовито-зеленому кулак. — Но если до смерти дойдет, так даже лучше. Мы, значит, нужные травки ей собираем, а она уже их либо измельчит и просушит, либо зелье какое сделает.
Мне бы, конечно, радоваться, что я так ловко обвел вокруг пальца зелениц и выведал главную тайну Травницы. А как говорилось в какой-то поговорке: «предупрежден по поводу промысла — значит, вооружен». Однако меня напрягало кое-что еще.
Инга была не дура. Это мягко говоря. А вообще, если говорить комплиментарно (сейчас можно, ее же рядом не было), Травница создавала впечатление очень умной и расчетливой женщины. И я просто не поверю, что она допустила такую оплошность в информации о собственной тайне, если я смог так легко ее пробить. Это значит что? Мне позволили подобное узнать.
Мда, тут уж ничего хорошего. Я помнил, что бывает с товарищами, которые слишком много знают. Нет, они не создают миллиардные стартапы. Скорее, отправляются изучать морское дно против собственной воли, выступая в качестве корма для рыб.
А еще я вспомнил слова Натальи. Что Инги до кощея осталась всего пара рубцов, которые она может взять хоть завтра. И даже мурашки по спине пробежали. Жуть-то какая.
Хорошо, что я в последнее время научился довольно быстро брать себя в руки. И речь не о фильмах для взрослых и отдельной комнате. Я про самообладание. Поэтому рубежник Мотя Зорин, не моргнув глазом, продолжил весьма интересный разговор.
— Что там с этими дивьими людьми? И нет вообще какого-то сокращения, типа дивы, а?
— Нельзя так говорить, — испуганно поправил меня Фисташковый. — Див — великий крон, которого почитали за бога. Говорят, что именно от него эта нечисть и пошла. Потому они лишь дивьи люди.
— Ладно, ладно, пусть будет так. Так что с ними случилось?
Тут возникла небольшая заминка. Потому что, видимо, никто не смог точно ответить на этот вопрос. Немного поколебавшись, говорить стал Лаймовый:
— Мы держали связь со Шта.
— Что? — не понял я.
— Не что, а Шта. Это один из дивьих людей. Через него, стало быть, вели торговлю. Он приносил что нужно прямо к дверям нашей теплички, а мы заранее ему выносили товары.
— А не боялись, что этот Шта, к примеру, позовет своих товарищей, и они вашу теплицу на части разберут?
Почему-то мое замечание невероятно развеселило зелениц. Даже с Лаймовый с Травянистым заулыбались. Ядовито-зеленый и вовсе заржал в голос. Фу, как некультурно.
— А печати Владетельницы на что? — поднял палец Лаймовый. То ли указывая на печати, то ли призывая в свидетели какое-то высшее существо. — Тепличка защищена. К тому же, здесь магия рубежная, нечисти неподвластная. Дивьи люди тепличку попросту не видят.
— А рубежники что же? Их не опасаетесь?
Меня будто осел укусил, поэтому я и проявлял свое недюжинное упрямство. Это было что-то из «дотелефонных» времен, когда ты мог с упорством доказывать какую-то тупость Костяну. К примеру, что в следующем «Терминаторе» будет сниматься Сталлоне или что в Москве существуют даже трехэтажные поезда. Побеждал, как правило, более настойчивый.