Дорога на юг (СИ)

  
Дорога на юг 
 
Глава 1 
1
Было уже достаточно темно, и на фоне моря, меня не было видно. Пригнувшись, я короткими перебежками, постоянно оглядываясь пробежал вдоль берега и вскоре я казался уже у упавшей скалы. Здесь имелась только узенькая полоска берега и сразу же начиналось море, поэтому лодка, была вытащена на берег только носом, и держалась за счет вбитого в землю кола. Едва я наклонился к нему, чтобы выдернуть из земли, и перебраться в лодку, как услышал окрик.
  
— Стоять! Руки вверх! Так и знал, что все это приготовлено именно для тебя. Не дергайся, стрелять буду сразу на поражение! Как вы задолбали, недоумки, и что вам, дома-то не сидится?
Похоже, что в поселке завелся стукачок, или скорее всего, кто-то увидел, как за скалу была заведена лодка, а после оттуда вышел человек и пешком направился в сторону деревни. Впрочем, рассуждать о причинах, было уже поздно. Очень вовремя активировался мой дар, и едва находящийся у меня за спиной накинул мне на левое запястье поднятых рук, наручник, и потянул вниз, как я одновременно с этим дотянулся до его средоточия, и резким щелчком, опустошил как минимум половину объема ярко-белого шара, находящегося у того в районе солнечного сплетения. Из-за чего стоящий позади мужчина, тут же потерял сознание, и свалился на землю. Хотя досталось и мне. Из-за резкого поглощения такого количества энергии у меня закружилась голова и я наверное с минуту, облокотившись о борт лодки приходил в себя.
Затем развернувшись, я охлопал его карманы, и нашел связку ключей, в которой присутствовал и ключ от наручников. Сняв застегнутый браслет со своего запястья, я перевернул мужчину на живот, завел его руки за спину, и надел наручники, уже ему. Подтянув тело, еще не пришедшего в себя мужчины к скале, я усадил его прислонив к камню. И задумался. С одной стороны, можно было бы взять его с собой. Но далеко не факт, что на том берегу мне встретятся местные охотники, а оставлять его одного, значило бы обрекать на смерть. Ведь развязав ему руки, я рискую оказаться пленником. Все же если бы не мой дар, он бы просто заломал меня и дело с концом. Все же подготовлен он гораздо лучше к подобным ситуациям. Фактически меня спасло только мое умение.
В тоже время, оставлять его здесь, значило бы подвергать опасности Иколая. Одно дело если он, как мы договорились, заявит о том, что я угнал его лодку, и это будет выглядеть вполне правдоподобно. И совсем другое, если этот мужик расскажет о том, что эта лодка была подготовлена парнем, именно для моего побега. И ведь в этом случае, поверят именно ему. По всему выходило, что мужика надо брать с собой, а уж там решать, что с ним делать дальше. В любом случае это даст достаточную фору для моего друга, а за это время, он наверняка найдет способ, как вывернуться. В крайнем случае, как он и говорил, уйдет вслед за мною на Аляску к родне.
Решив, что этот вариант, выглядит гораздо лучше, я подхватив мужчину, который до сих пор пребывал в бессознательном положении под руки, доволок до лодки и перевалил через борт. Там устроив его в носовой части на дне лодки, в последний раз огляделся, вытащил из земли металлический кол, положив его в лодку, сел в кресло рулевого, закурил, и заведя двигатель отчалил от берега.
Впереди меня ждал долгий переход через Берингов пролив, а за ним и возможно, еще более долгий путь на юг. Катер Иколая, хоть и далеко не новый, бодренько бежал по водам Берингова пролива с каждым мгновением уходя все дальше от берегов Чукотки, и приближаясь к берегам Нового Света.
Я завершил все свои дела в Союзе, и с помощью хорошего друга, который считал себя обязанным мне, смог перейти границу. Правда не из Уэлена, как предполагалось ранее, а из Инчоуна, поселка, лежащего на тридцать пять километров дальше на запад. Как оказалось, комитетчики нашли, какие-то компрометирующие меня документы, говорящие о том, что я хочу покинуть СССР и незаконно перейти государственную границу. С чего у них была такая уверенность, мне совершенно непонятно. Вроде бы никаких действий, могущих вызвать такие подозрения я не совершал. Работал на судоремонтном заводе, вполне официально, жил как все, сделал хороший ремонт в квартире, купил новую мебель, да и вообще числился можно сказать в передовиках производства. И здесь, на Камчатке, даже не заговаривал о том, что собираюсь перебраться на другой берег. Наоборот, всем своим знакомым говорил о том, что собираюсь осесть здесь достаточно надолго, что меня все устраивает, и самое многое на что я нацеливался, так это на покупку кооператива, или жилого дома в Петропавловске-Камчатском. Другими словами, заподозрить меня в чем-то предосудительном просто не могли.
Мое прошлое, тоже было достаточно хорошо прикрыто, чистыми документами, и опять же по словам Иколая, пришли за мной именно по подозрению в подготовке побега из союза. Хотя с другой стороны наговорить они могли что угодно, но опять же, если бы хотели меня взять за прошлое ограбление и побег, вряд ли слушали бы председателя какого-то там колхоза, просто арестовали бы и все. Ведь в этом случае, я шел бы как рецидивист, а к ним совсем другое отношение. А так, похоже ждали, когда я совершу эту попытку, и судя по всему, так оно и было. И это подтвердилось словами того мужика, который сидел в засаде, вылавливая меня возле катера Иколая. Значит все-таки — побег. Тогда откуда они об этом узнали?
Хотя в голову, все же приходят некоторые мысли, которые хотелось бы опровергнуть. Или хотя бы убедиться, что я ошибаюсь. И это касается в первую очередь моего названого брата. И хотя я не верю, что он мог сдать меня милиции, но с другой стороны, это мог сделать кто-то из его окружения, либо подслушав наш разговор на стадионе, либо просто из зависти. Просто увидел, что я привез другу в последний раз, и решил нагадить, просто из вредности. Вот это вполне возможно, тем более я видел с какими чувствами смотрели на все это соседи. И хотя Женька да и Ленка без жадности делились со всеми моими подарками, все-таки наверняка, у кого-то взыграли чувства. Хотя, может быть и такой вариант, что он поделился своими мыслями с женой, а та где-то сболтнула об этом не подумав. Хотя вряд ли, Ленка всегда казалась мне гораздо мудрее моего названного брата, и уж точно за ней не водилась женская болтовня.
Второй вариант, который тоже не стоит отметать в сторону, касался письма, оставленного для Женьки еще в мое первое появление у него дома. Помнится, я тогда, написав это письмо, положил его в тайник находящийся под домом, в той кладовой, где Женька хранил зимние запасы, именно в том месте, где хранился в то время хранился пистолет Макарова, до моего отъезда. Точно! Скорее всего именно это письмо и стало той причиной, по которой меня решили остановить. Как его нашли? Да очень просто, ведь ко второму моему приезду, Женька переселился в другую квартиру, наверняка вместе с со сменой жилья, сменилась и кладовка в подвале. А новому жильцу, поселившемуся туда после Женьки, вполне могло это письмо попасть на глаза. И если новый жилец, тоже служит в той же части, что и мой брат, наверняка, решил этим письмом обеспечить себе ступеньку вверх. Хотя вряд ли смог бы пошатнуть Женькино положение, тем более что об этом письме Женька ничего не знал. Хоть на детекторе лжи его проверяй. Нервы конечно потреплют, но ничего не докажут. А я просто забыл о нем, и потому пустил дело на самотек.
Ну да ладно, сейчас уже все равно ничего не исправить. Хотя исходя из того, что сейчас рядом со мною на пайоле, начинает шевелиться мужичок, который хотел меня арестовать, то возникает довольно интересная история, которую можно повернуть на сто восемьдесят градусов, обвинив его в моем похищении и попытке вывоза за кордон. Хотя, пожалуй, не стоит. Если бы я не собирался сюда, тогда другое дело А так… впрочем, ему и так достанется, ведь я оставлю его на Аляске, а уж, как он сумеет объяснить свое появление, дело его. Хотя, по-хорошему, было бы отправить его на корм китам, или кто тут возится вместо акул, но не хочу связываться с этим. Наверное, стоит слегка покопаться в его черепушке. Не уверен, что это у меня получится, но кто знает, может удастся убрать хотя бы часть памяти, касающейся последних дней. Ну да ладно, как дойду до Аляски будет видно.